Кабул – Донбасс - Виталий Леонидович Волков
– Верно все понимает твой друг.
– Поэтому он согласился ускорить процессы, причем не с Божьей, а с моей, сатанинской помощью.
– Тоже верная мысль.
– Слушай дальше. Это был только первый шарнир.
Тут уже Хамид улыбнулся одними губами. Глаза обратились к зеркалу заднего вида, в котором еще виден был двуглавый острошпилий собор. Сатана? Забавно. Что он знает о сути сатаны… Этих украинцев если что-то и подведет, то их самоуверенность. Они уперты, но хитры, изворотливы, беспринципны, они умеют беспринципность облекать в наряды идей, они смелы, они считают себя лучше всех других, а этих других, всех-всех, им обязанными, и это сделало бы их действительно неуязвимыми сатанами. И все-таки они самоуверенны без меры, хотя им не дано, их крови не дано одного – у-прав-лять. Чтобы управлять миром, нужно сотни лет с острова управлять и управлять им, чтобы стратегии шарнир за шарниром нанизывались на один хребет и омывались кровью. Как-нибудь он объяснит это Яго, он объяснит это действительно незаурядному Укру, возомнившему, будто заменит его, Хамида, и вообще брита. Он объяснит это Укру, которого допустил до девяносто восьмого шарнира, до оружия сумасшедшей, сатанинской силы, как американцы допускают сейчас парубков попроще до «Пэтриотов» и «Хаймерсов» на полигонах этого континента.
– Продолжай. Мне уже интересно.
– То ли еще будет. Самое главное, что там признали факт – Буча не стала нокаутом, это нокдаун, и не самый жесткий. Это не попадание в печень, это тычок в лоб. Второй удар должен оказаться последним. Смоленсу очень по душе идея «антирусского Нюрнберга» и моим приятелям в Берлине – тоже.
– Плевать на берлинцев. Давай про американца. К тому же ты мне говорил, что еще осенью он заинтересовался Нюрнбергом.
– Не надо плевать на немцев. Немцы еще сыграют свою партию. Когда мы им расставим фигуры так, как нужно нам. Это искусство шахматного этюда. Я в нем – гений. То, что было осенью, – уже вчерашний перегной.
– Пусть так. И все-таки?
– Двухходовка. Мы подрываем Керченский мост.
– Звучит уже неплохо. Дальше?
– А дальше русские впадают в отчаяние. На фронте у них беда, а мост – это символ, это их идея. Это была сверхзадача, а стала – сверхидеей. Россия – мост. Крым – новая Византия. И вот какие-то недорусские, какие-то малорусские ее низвергают в прах. Что делает рейх, лишившийся символа? Он в ярости наносит удар Судного дня.
– Бьют по Киеву ядерным оружием?
– Не по Киеву. Я думаю, не по Киеву, хотя в пределе можно и так. Лучше Харьков. Русяцкий город Харьков.
Тут уже британец расхохотался:
– А неплохо. Осталась только малость. Осталось обрушить мост и доставить в Харьков настоящее изделие. Грязная дура в этом плане не прокатит.
– Ага, схватил план? Грязная не прокатит, но подделка под русский мини-заряд сойдет. Если включить все информационные пушки, то еще как сойдет. Схватил гениальную мысль?
– Друг мой, мы преподавали там, где вы учились рождать такие планы. Ты лучше скажи, откуда взять изделие? Смоленс готов раздобыть? Он согласился?
– Кое-что есть в Харькове.
– Что именно?
– Под пыткой он признался, что их парни давно готовят что-то типа прототипа.
– Да, мы знаем. На основе микса из М–29 и советского ЗБВЗ. Туда с восемнадцатого года из Пакистана доставляли афганский материал. Мы, конечно, были в курсе. Мы отслеживали поездки пакистанских высоколобых ядерщиков в Киев и в Харьков. Так ты предложил для твоей затеи имитатор из их гильмендского урана? Неплохо.
– Гениально. Хотя предложил сам Смоленс. Просто я его подвел к этому.
– Изощренно. Этот уран потом не привязать ни к ним, ни к нам. Через пятьдесят лет какая-нибудь экспертиза выявит след, но это через пятьдесят лет…
Яго поднял указательный палец. Это был знак поощрения проницательности его собеседника. Хамид про себя улыбнулся. Гений тот, кто кукловодит гениями.
– То есть ты хочешь сказать мне, что Смоленс сумеет быстро собрать коллектив и изобразить имитатор на гильмендском материале и предоставит свой бюджет? Не реалистично. Как говорят русские, не верю. Он будет тупо настаивать на имитации второй Бучи где-нибудь в Херсоне. Так ведь город называется? Или устроить большую Бучу вокруг Запорожской АЭС.
– Да, так и было бы, и было бы проще, если бы русские не завезли туда инспекторов МАГАТЭ. Ты прав, Смоленс туговат, он предпочел бы проще и дешевле. Но я убедил его, что для запуска нашего главного оружия нужна ядерная инспирация.
– Ты про кубик Рубика?
– Да. Он поверил в кубик.
– Убедил его кубиком? Верится с трудом.
– Да. Не только кубиком. Русским мостом его приманил. Конкретный план ему выложил. Для Смоленса это как в космос первым слетать. Ясный личный результат и карьерная перспектива до самой пенсии при любом президенте. А к этому я брошюру приложил. Наша чудо-машина его профиль посчитала, все фишки, плюсы подобрала и вот такую, – он поднял большой палец, – бумажную грамоту составила, что – не отказать. Он всюду – молодец и чемпион мира, а завистники – в полной заднице. То, что сработало на Пушкине, сработает и на Смоленсе. Он еще будет обсчитывать, обдумывать, но я на ваших в Лэнгли рассчитываю, поможете ему принять верное решение. Материальная база есть. Кое-что есть в Харькове, чего-то нет, я тут не в науке, и это что-то мои американские друзья будут доставать у твоих лондонских друзей. Он при мне кого-то вызвал, ему подтвердили – технически осуществимо. Но не это тут главное, Хамид.
– А что главное?
– Теперь ты догадайся? Ты же обладатель девяноста девяти шарниров…
Британец поддал газу, и собор в зеркале исчез, сгинул, утонул, как сгинет идея русского моста. Он помнит, как удивили его русские, действительно, вопреки всем выкладкам коллег-аналитиков, воздвигнувшие красивое инженерное строение в срок вопреки санкциям и попыткам организовать саботаж. Это было больно. Значит, вдвойне больнее будет им его потерять, а вчетверо больнее – оказаться после этого не пострадавшими, а разрушителями. План хорош уже тем, что если даже не удастся его вторая часть, то и первая стоит мессы.
– Главное, мой друг – это засинхронить все три хода. Три действия.
Яго провел ладонью по губам. Засинхронить… Верно. Молодец Хамид. Главное – это так рассчитать подрыв моста, чтобы сразу вслед за этим взорвать имитатор. А сразу за взрывом выстрелить разом из всех информационных орудий. Да, Хамид – молодец. Хотя главное, на самом деле, даже
