Кабул – Донбасс - Виталий Леонидович Волков

были сгноить в туркменском зиндане. Выжил? Ладно, исправим. Что касается Балашова, то просьба, как ни странно, поступила от Чеченеца. Тот пояснил: просьба от его братьев по общему делу, общая борьба. А русский предал, он опасен. Саат сам не прочь был бы обрезать и эту ниточку в прошлое. Но он обождал бы следовать просьбе каких-то братьев Чеченца, бойкого на язык и подвижного как ртуть. Обождал бы, поскольку такие люди, как Абдусалам, дорого стоят и нужны для серьезных дел, а не для удовлетворения чужих советов. Украинец ведь не предложил ни одного доллара за такое дело. Да, Саат обождал бы отправлять убийц в Москву, если бы в Кабуле его не посетил посланник от Ахмада Джамшина, пакистанского генерала, сам в чине полковника. «Надо и пора обкатать на задаче парней, кто половчее и говорит по-русски, бывал у русских. В Москве. За хорошую работу – хорошие деньги», – без обиняков обозначил он цель приезда. Саат поинтересовался, стоит ли цель хороших денег, когда узнал, о ком речь, и сдержал первое изумление, осознав, что полковника интересует тот же Кеглер. Ну а если Кеглер, то почему бы и не Балашов? Если удастся, так сказать, дуплетом. Саат все-таки уточнил, зачем этот риск. «Чтобы иметь хорошие деньги, нужно иметь хороших друзей. Сегодня хорошие друзья – это украинцы», – был ему ответ. Саат тогда на всякий случай спросил, считает ли и его визитер, что украинцы – особенные, что они подвижны, они способны к высоким технологиям, умелы в войне и изощрены в тайной хитрости гораздо больше, чем турки, таджики и арабы? Гость ответил утвердительно и добавил, что Саату лучше него известно, какая у его нынешнего помощника-украинца современная техника и что он с ее помощью способен вытворить. «А чем мы?» – не сдался Саат. «С вами, устат, никто не сможет сравниться. Вы – первый в своем деле. Поэтому мы вам доверили Абу Кундузи», – успокоил его полковник-пакистанец. К тому же посланец генерала Джамшина передал деньги.

После этого сомнения оставили Черного Саата. Он умел отличить просьбу от совета, а совет – от предложения так же легко, как умел отличить таджика от узбека, а узбека – от киргиза. И он согласился опробовать Абдусалама. Да, так поступил бы прежний Саат. Другой же, «верхний Саат» сумел надстроить над согласием метафизику. Если Аллах направляет именно его покарать журналиста и писаку, именно его, а не кого-то другого, то значит ли это, что они – не просто помехи в чьем-то деле, а метафизическое препятствие на пути осуществления великого замысла? Да, никто иной не мог бы стать лучшим знаком препятствия, его символом, нежели Балашов, некогда смутивший самого Керима Пустынника. Но нужно ли его уничтожить вот так, ради чужих забот, а не из собственной ненависти? Получится убийство «на вырост», не по нынешнему размеру Балашовскому. Такая выстроилась метафизика, подтвердившая ту голую материю, суть которой в том, что денег на два акта можно было бы взять и побольше. Поэтому сильно стараться с Балашовым убийцам не требуется. Если не выйдет сейчас, то будет в другой раз. Не объясняя всю арифметику молодому Абу Кундузи, вельможа прикрыл веки…

Абдусалам же скупым движением ладони дал понять, что принял оба ответа и не настаивает на большем. Да, он определенно пришелся бы по душе Саата, если бы тот не обрел навык открывать кому-либо ворота к душе. «Если вернется целым, приближу его к себе», – отметил бородач. – «Пусть сперва вернется». И старый боевик уточнил задание, и про главную цель, и про цель вторую, если без риска. Он дважды, трижды прошел с Абдусаламом пути в знакомую ему Москву и обратно. Прошел со знанием дела, как опытный наставник, но и выше, как покровитель всех смертников. И отпустил Абдусалама только после того, как убедился, что тот в России – как рыба в воде.

Отправив в Дубай молодого Кундузи, Саат призвал Чеченца и обратился с вопросом, известен ли рыжебородому тот человек, которому пришло в голову объединить дух воинственных древних племен Хорасана и дух племени украинского? Только ли искусственный мозг такое придумал, или нет? Не тот ли это брат, которому потребовались жизни двух ничтожных русских? Верный своей природе, Чеченец ответил хохмой про курицу, яйцо и Бога. «Не шути с именем Бога», – предостерег Саат. Он желал получить ответ. Ведь вряд ли искуственный мозг определил в жертву ничтожного Балашова, чья истинная роль не может быть раскрыта машиной… Но Чеченец огладил огненную бороду, огонь вспыхнул в его глазах. «Если все будет так, как должно стать, то я дам тебе возможность узнать моего брата. Он тоже гений».

После вторых майских праздников в России, после торжеств Победы, после того, как церберы из русских спецслужб ослабили хватку, в Москве появились люди Абдусалама. Их было семеро. Абдусалам разделил их на две тройки, а сам решил держаться особняком. Одну тройку через своих ребят в общине сразу устроили в курьеры Яндекса, другие поступили прислугой в чайхонах возле «Автозаводской». Сам Абдусалам пошел в дворники, он заменил прежнего таджика, срочно вынужденного отправиться на родину из-за тяжелой болезни родственника. Блюсти чистоту ему выпало во дворе того дома, где проживала главная цель – Павел Кеглер. Жилконтора была счастлива быстро найти замену в молодом работящем человеке, прекрасно говорящем по-русски. Получить адрес не составило труда. Украинская агентура в Москве обладала доступом к самым разнообразным базам данных, да и сама звезда журналистики не думал шифроваться. Сложнее дело обстояло со вторым кандидатом. Где он спрятался, украинцы не знали, и это предстояло выяснить самому Абдусаламу, не подвергая риску выполнение первой, главной задачи.

Глава 24

Логинов и Громада. Ссора с Женьком. Логинов встречается с Сербовым

Москва. Первая половина мая 2022 года

Логинов в праздники работал и умудрился нажить неприятности. Его источники как раз передали ему несколько важных сообщений, что и неудивительно – дни были знаковые, необычные. В Казахстане запретили проводить «Бессмертный полк». Неожиданность? Как бы не так. Логинов еще в апреле отдал в руки Сергею Сергеичу отчет о приезде в Астану группы британских инспекторов, целью которых было научить казахов выявлять нарушителей санкций, наложенных на Россию ее недругами. В первую очередь выискивать нарушителей, непослушных банкиров и торговцев не у себя, а у соседей, в Киргизии. Источник подробно описал то, как хорошо приняли инспекторов казахские чиновники из МИДа, из Минфина, из комитета по статистике. «Вот какие у нас замечательные союзники. Важная бумага», – долго сокрушался, качал головой