Сплетение судеб - Александр Владимирович Чиненков

– Все по коням и марш обратно в слободу!

Казаки остановились и смолкли, встревоженные неожиданной резкой и непонятной командой.

– Вы меня поняли? – прикрикнул Анжели, чувствуя спиною ствол пистолета. Казаки вскочили в сёдла, но всё ещё кружили на месте, не решаясь уехать.

– Ну?!

Они пришпорили коней и поскакали обратно в лагерь, провожаемые полным тоски взглядом француза.

– А теперь и нам пора в дорогу! – сказал Архип, поднимаясь с земли.

– Куда, если не секрет? – с деланым равнодушием поинтересовался Анжели.

– Туда, куда я и ехал.

– В Сакмарск?

– Вот именно.

– А на чём? – ухмыльнулся Анжели. – Повозка сломана. Кони убежали.

– Мои кони убежали, а твой коняга вон остался, – уточнил Архип. – Сейчас мы телегу подправим, впряжём его и в путь-дорожку! Теперь не одного, а двух покойных повезём!

– И что, сами пешком до самого Сакмарска потопаем?

– А чего тута. Рукой подать. Вёрст сорок. Ехать хочешь, скажи. Я тебя застрелю зараз и тожа в телегу сложу.

– Нет, уж лучше я пешком! – вздохнул Анжели.

– Вот и правильно. По дороге зараз мне и обскажешь, кто за мною послал и почто убить меня вознамерился!

* * *

Собака завиляла хвостом и запрыгала вокруг Архипа, когда он вошёл во двор Мариулы. Из избы выбежали Савва и Василий. Мариула вышла навстречу гостю последней.

Архип сразу обратил внимание, что она осунулась и была очень бледна; в её волосах заметно прибавилось седины, глаза были полны печали, ужаса и беспокойства. Она тут же заключила Архипа в объятия, уткнулась в его грудь лицом и зарыдала.

– Ну что ты… что ты, – гладил он по голове плачущую старушку, бросая по сторонам растерянные взгляды. – Вот он я, матушка, стою перед тобою живёхенький!

К дому Мариулы со всех концов городка стали стекаться люди. Повозка с гробом, проехавшая через Сакмарск, не осталась не замеченной казаками.

Лица приходящих были объяты тревогой и страхом, и потому никто не проронил ни слова.

– Дай-ка я погляжу на тебя, Архипушка мой ненаглядный! – восклицала Мариула, обнимая и целуя его. – Теперь вот самолично зрю, что жавёхонек ты, а не в землице захоронен!

Люди, наблюдавшие за этой трогательной сценой, переглядывались, перешёптывались и крестились. Все считали казака сгоревшим в собственной избе и похороненным на кладбище.

– Я же говорила, что жив ты! – причитала Мариула, улыбаясь сквозь слёзы. – Душой чуяла, что ещё возвернёшься сюда, сыночек мой ненаглядный!

– Бабуля, иди в избу, – сказал подошедший Савва. – Нечего людей дивить. В избе зараз и обговорим всё.

Продолжая заливаться слезами, Мариула позволила внуку увести себя в избу. Как только она отошла от Архипа, к нему тут же подошёл Василий.

– Кого в гробу привёз? – спросил он.

– Луку я привёз, Барсукова, – нагнувшись, шепнул ему в ухо Архип. – Перед смертью он просил меня в Сакмарске его схоронить!

– А кто это у гроба со связанными руками? – спросил Василий.

– О-о-о, это душегуб, коих свет не видывал, – огорошил его своим ответом Архип. – Хужее самого Сатаны аспид!

– Тогда почто сюды его привёл?

– Сам «напросился»…

Архип глянул на собравшуюся толпу и отметил, что все до единого смотрят на него. Глаза у сакмарцев были такие озадаченные и испуганные, что лёгкий морозец пробежал у него по коже.

– Ты вот что, – обратился он к Василию, – пристрой куда-нибудь моего арестанта да так привяжи, чтоб ослободиться не смог. Я с людьми потолкую – и в избу… Там обо всём зараз и покалякаем!

Как только Василий увёл Анжели в конюшню, сакмарцы охватили Архипа плотным кольцом, но никто из них не решался первым до него дотронуться.

– Ну что, люди! – крикнул Архип. – Обниматься будем али лупиться друг на дружку?

– Казаки! – крикнул кто-то. – И впрямь кузнец перед нами оживший!

– Дык кого мы схоронили тогда? – загудела толпа.

– Бродягу, вот кого! – рассмеялся Архип, разводя руки для объятий.

– А где ж ты был тогда? – выкрикнул кто-то.

– Где тебя носило? – поддержал его ещё один возглас из толпы сакмарцев.

– Да где я только не был, – ответил Архип. – А теперь вот перед вами стою! Живым, а не мёртвым меня зрите!

После его слов толпа мгновенно пришла в движение. Люди, отошедшие от шока, вызванного его появлением, облепили своего кузнеца со всех сторон. Кто-то из них плакал, кто-то смеялся, кто-то осторожно трогал его рукой, словно боясь поверить в его материальность.

«Жив, жив, он энто! – витали над толпой восторженные возгласы. Дык как это могёт быть? Чудеса, ей-богу!»

Стиснутый восторженной толпой Архип почувствовал себя плохо. Тут же острой болью напомнила о себе рана. «Ещё маленько, и я помру!» – подумал он, покрываясь мертвенной бледностью. – Ещё чуть-чуть, ещё капепльку, и…»

– Казаки, а ну разойдись! – прозвучал над толпой громкий окрик. – Раз Архип жив, дык вы что, раздавить его удумали?

Окрик подействовал на сакмарцев, и они нехотя расступились.

Архип поблагодарил пришедшего на помощь Савву взглядом, с трудом отдышался и указал на телегу о покойниками.

– Казаки, о них позаботьтесь. Негоже радоваться, когда покойные рядышком!

Собравшиеся дружно повернули головы в направлении его руки и… Лица у всех вытянулись. Люди точно только что увидели телегу, гроб на ней и покойника, лежавшего с ним рядом.

– Господи, а это кого ещё подвезли? – прозвучал тревожный шёпот. – Кого это Господь прибрал и к нам отправил?

– Кто там, апосля обскажу! – набрав побольше воздуха, крикнул Архип. – Сейчас в церковь обоих свезите…

Он повернулся к Савве:

– А я…

Архип замер и закашлялся. Недосказанные слова застряли в горле. Он увидел стоявшую на крыльце Анию и почувствовал, что свет меркнет в его главах. Едва держась на ногах от величайшего потрясения, Архип хватал ртом воздух и моргал. Он снова почувствовал себя дурно, и…

Сбежав резво с крыльца, Ания кинулась ему навстречу и крепко обняла его. Дрожа всем телом, она лепетала прерывающимся испуганным голосом:

– Если бы ты знал!.. Если бы ты знал!..

По телу Архипа пробежала крупная дрожь. Он с трудом проглотил подступивший к горлу ком и прошептал:

– Голуба моя. Ты ли это?

– Я! Я! – шептала в ответ счастливая девушка, прижимаясь к груди Архипа и заливаясь слезами. – Я это, я, милый мой! Господи, как я ждала этой встречи! Как я ждала…

Не веря своим глазам, смотрящим на любимую, не веря своим рукам, прижимавшим её к своей груди, Архип только шептал ей на ушко переполняемые нежностью слова любви.

– А мне сказали, что потонула ты, – отстранив от себя Анию, шептал Архип. – Говорили, что в полынью зараз угодила.

– Разве ты не видишь, что перед тобою я, – шептала в ответ девушка. – Я жива, здорова