Сплетение судеб - Александр Владимирович Чиненков

с собой в могилу никакого зла на род людской. И жизнь свою я прожила полную и счастливую! Да будет воля Божья! А вам, Артемьевы, спасибо, што навестили меня сегодня. Страдала все эти годы я за вас. Но больше мне сказать нечаво. Ляля уже всё обсказала вам за меня.

Мариула перешла на шёпот. Складывалось такое впечатление, будто силы покидают её и она вот-вот умрёт, не сходя с места.

– Хочу вот ещё что обсказать вам на прощанье, сынки мои Артемьевы, – не пытайтеся впредь вызнать про судьбу свою! Судьба ваша в семье крепкой и единой! Судьба ваша – это земля, вас взрастившая и вскормившая! И вы душою с нею связаны. Ни одна чужбина, пущай самая распрекрасная, не заменит вам Родины! Россия – мать ваша, а вы дети её! Берегите ее, помогайте ей, и пусть она гордится сыновьями своими! Прощайте, дети мои, и любите друг друга. Прощай, граф Артемьев. Тебе воздастся Господом за то, что ты не бросил деток своих, а собрал их под своё отцовское крыло и дал им всё, что только дать был в силах! Прощай, Архип, оставайся таким же, как и был – всегда добрым, сильным и справедливым. Прощай, Сашенька. Всегда помни, голубок, что продолжатель ты рода своево славного. Надежда и опора своих родителей. Только на тебя ляжет бремя заботы о своех. И ты прощай, славный Сакмарский городок, земля славная, казачья! Ты – колыбель края Оренбургского и частица весомая России Великой! Я со всеми вами разделила свою судьбу и не жалею. Я горжусь этим! Вот и всё, прощевайте, дети. Ступайте себе с кладбища, да покуда до ворот не дойдёте, не оборачивайтесь…

И Мариула указала Артемьевым на крепостные ворота.

– Господи, жив ли я? – спросил у Архипа граф, покачиваясь на ватных ногах и неуверенно шагая в направлении ворот.

– И не обнялись даже не разу, – думая о своём, угрюмо пробубнил сын, тоже ступая по земле неуверенной поступью. – Не эдак как-то всё. Я чувствую себя так, будто только что побывал в каком-то потустороннем мире…

– А Сашок? Что скажешь обо всём этом, внучок? – спросил граф и остановился. – Кстати, а где он?

– Отец? Дед? Идите сюда? – неожиданно позвал их Александр.

Александр Прокофьевич и Архип обернулись. Они увидели юношу, стоявшего у могилы, возле которой только что сидела и разговаривала с ними Мариула. Но сейчас рядом с Александром её не было.

Недоумённо переглянувшись, отец и сын Артемьевы вернулись обратно и остановились у креста, на который со страхом смотрел Александр-младший.

– Прочтите, – ткнул пальцем в надпись на кресте юноша и отошёл в сторону.

– Чего тут? – удивились Александр Прокофьевич и Архип, приближаясь к кресту настолько, чтобы можно было прочесть начертанную на нём сакмарским писарем Тушкановым надпись: «Здесь покоится прах рабы Божьей Погадаевой Мариулы, царство ей небесное во веки веков».

Под надписью стояла дата.

– Господи, уже девять дней нынче минуло со дня её смерти! – ужаснулся Архип. – Так с кем же мы только что разговаривали?

– Наверное, с её душой, – сказал граф, беря сына и внука под руки и направляясь с ними к выходу из крепости. – Скажи мне кто об этом – не поверил бы! А теперь… Храни Господи её бессмертную и благородную душу!

Примечания

1

Бабр – тигр (ст. рус.).