Игорь Святославич - Виктор Петрович Поротников

реке половцев не оказалось, но повсюду были видны следы их становищ.

– Разошлись степняки в трёх направлениях, – сообщили Игорю следопыты, оглядев всё вокруг.

– Куда двинулась самая большая орда? – спросил Игорь.

– К Днепру, – ответили ему.

– Стало быть, и нам путь туда же, – сказал Игорь.

Через два дня дружины вышли на днепровский берег и двинулись вдоль него против течения реки, пока не наткнулись на чёрные кострища брошенного стана. Это было место ночёвки Рюриковых и Святославовых полков.

– Ушли наши к порогам, – доложили разведчики, – ещё позавчера ушли.

Игорь задумался.

Куда теперь ему идти? Догонять ли Святослава или пытаться самому отыскать орду Кобяка?

Благоразумие подсказывало Игорю, что лучше предупредить Святослава о Кобяковых хитростях, но честолюбие подталкивало его к действию. Половцы разделились, и, значит, ему будет по силам разбить любую из трёх орд, главное – найти врага.

Не слушая советов Вышеслава и не внемля предостережениям Ярослава, Игорь снова углубился в степи, оставив Днепр за спиной. Он решил двигаться по местам вероятных водопоев степняков, издревле кочующих у самых границ Руси.

Беспредельная равнина поглотила Игорево войско.

После двух ночёвок русичи вышли к степному шляху, что тянется от Переяславля до засушливой Тавриды.

Ещё день двигались по шляху на юг в надежде, что какая-нибудь орда подстерегает здесь торговые караваны. Когда стемнело, дружины расположились на отдых. И тут на русичей наткнулся отряд торков, как оказалось, посланный Святославом на поиски Игоря.

Кондувдей, военачальник торков, был сильно встревожен.

– Недалеко отсюда стоит большая половецкая орда, – сообщил он, – много кибиток, множество коней пасётся вокруг. Судя по знамёнам, это ставка днепровских ханов. Они миновали шлях и идут к Днепру.

– На рассвете мы нападём на поганых, – сказал Игорь. – Поможешь нам, Кондувдей?

Но Кондувдей замотал головой в островерхом шлеме с перьями.

– Нападать нельзя, князь. В одном переходе от днепровских половцев стоит лагерем лукоморский хан Тоглый с братом Бокмишем. А ещё чуть дальше – сам Кобяк расположился станом версты[79] в три в окружности. С ним ханы Акуш, Бегубарс, Тарсук и Колдечи. Растопчут нас, как щенят!

– Может, ночью на поганых ударить? – предложил Всеволод.

– С ума ты спрыгнул, брат! – ужаснулся Ярослав. – Как различим в темноте, где свои, где чужие?

– Но степняки-то пешие будут, а мы на конях, – промолвил горячий Всеволод. – Пусть Кондувдей отгонит их табуны подальше в степь. Пеший степняк – никудышный воин!

– За Святославом посылать надо, – сдвинув брови, сказал Ярослав. – Хотите сами добычу заглотить, а ну как подавитесь!

– Покуда подоспеет Святослав, поганые и сами на нас нападут, – сказал Игорь. – У них тоже сторожи имеются. Сейчас у нас союзник – внезапность. А коль промедлим, тогда ханы нас числом задавят.

Кондувдей, поразмыслив, согласился отогнать половецкие табуны, но в сече участвовать отказался.

– Мне Святослав повелел разыскать тебя, князь, и сразу к нему воротиться, – сказал он Игорю.

– Что велел передать мне Святослав? – спросил Игорь.

– Велено без него в битву не вступать. Святослав и Рюрик будут ждать тебя, князь, у Орели-реки. Замышляют что-то ханы, поэтому Святослав решил все полки купно держать.

– То он так решил, то эдак, а в результате – никак! – презрительно обронил Игорь. – Эх, горе-воитель! Ищет поганых у порогов, а они аж вон где все собрались! Ханам теперь отрезать войско Святослава от рубежей наших да к Днепру прижать проще простого. Нет, надо бить поганых с тем воинством, какое у меня есть. Святослав потом благодарить меня будет за расторопность.

Договорился Игорь с Кондувдеем так: торки отгонят половецких лошадей и сразу поскачут за подмогой, а Игоревы дружины обрушатся одновременно на днепровских ханов и на стан хана Тоглыя.

– Пущай Кобяк думает, что это Святослав нагрянул, – усмехнулся Игорь.

Рано утром, когда русичи уже садились на коней, вдруг со стороны Переяславля примчался ковуй на взмыленном коне, ведя на поводу запасного скакуна.

– Беда, князь! – бросился гонец к Игорю. – Князь переяславский прямиком в твою волость пошёл, жжёт сёла твои по реке Сейму.

У Игоря от гнева потемнело в глазах.

Сжав кулаки, он шагнул к Ярославу, тот слегка попятился.

– Нож в спину мне вогнал зятёк твой! – проговорил Игорь. – Ухожу я, брат. Всю славу и добычу тебе оставляю. Сразу говорю, коль столкнусь с Владимиром Глебовичем, своей рукой порешу злыдня!

– И я с тобой, брат, – сказал Всеволод.

Игорь молча кивнул.

Глядя на то, как северские дружины на рысях уходят к холмистому горизонту, Ярослав стоял как потерянный среди своих воевод. Его черниговцы, сидя в сёдлах, ждали приказа ударить на половцев. С ожиданием взирал на Ярослава и предводитель торков.

В мозгу у Ярослава вертелась одна-единственная мысль: «Бежать!»

Он потребовал коня и заявил своим воеводам, что идёт на соединение с киевским князем.

Кондувдей охотно согласился показать дорогу Ярославу.

Игорь шёл вперёд днём и ночью, позволяя своим воинам лишь краткий отдых. Когда достигли пределов Новгород-Северского княжества, измотаны были и люди и лошади.

В пограничном городке Вырь, стоявшем на одноимённой речушке, впадавшей в Сейм, дружины остановились на ночь.

Местный воевода, которого звали Нечаем, был изумлён и обрадован внезапному появлению своего князя. Городок Вырь входил во владения Игоря.

– Ко времени ты подоспел, княже, – молвил Нечай, – лишь вчера ушли отсюда переяславцы. Князь их безбожный земли твои разоряет! Городок наш переяславцы взять не смогли, но все деревни в округе выжгли. Смердов и скот угоняют за собой, как добычу.

– Куда ушли переяславцы? – спросил Игорь.

– К Путивлю, – ответил воевода.

На другой день дружины вышли к реке Сейму. Близ устья речки Выри лежал городок Зартый, от которого осталось обгоревшее пепелище с полуразрушенными бревенчатыми стенами. Уцелевшие жители поведали Игорю, как они отбивались от переяславцев, но тем всё же удалось ворваться в город.

– Много их было, княже, – сетовал какой-то согбенный годами старик, – намного больше, чем у тебя дружинников.

У Игоря похолодело в груди: вдруг и Путивль лежит в развалинах! Этот город был ему особенно дорог, ведь в нём он начинал княжить.

К счастью, Путивль не стал добычей переяславского князя.

Однако многие деревни вокруг Путивля были опустошены, из смердов лишь немногие успели спрятаться в лесах. Никто не ожидал нападения, да ещё со стороны Переяславля! Беда всегда из Степи приходила, а тут русский князь бесчинствует хуже половца!

Сторожи, рассыпавшиеся повсюду, извещали Игоря, что переяславцы гонят пленных и везут награбленное к городу Глебову, что на реке Стырь, разделяющей черниговские земли и владения переяславского князя.

На этой реке разбил стан Владимир Глебович.

Игорь стал спешно набирать ратников в Путивле и ближних к нему городках, послал за племянником Святославом в