Эдисон Маршалл - Викинг

Однако мы не приняли в расчет мягкой зимы и Мееры, которая была в курсе всех новостей.

Мы увидели дым от горящих городов в устье Мааса и решили спрятаться в соленых ручьях Ваала. Но из морского тумана вынырнули очертания больших кораблей, и при виде шедшего впереди Китти прижалась ко мне: трудно было не узнать драккар Хастингса — «Огненный Дракон». Вряд ли он приплыл сюда из-за нас — мы насчитали около пяти десятков судов. Следом за кораблями Хастингса, ведомые «Лебедем» — драккаром Бьёрна, — шли еще тридцать кораблей.

— Они плывут в Англию? — спросил я Алана.

— Быть может, в набег. Для большого завоевания их все же маловато. Возможно, они будут грабить побережье, чтобы накопить средств для настоящего вторжения.

— А если они встретят флот Рагнара?

— Нет, он все еще на севере, иначе мы бы о нем услышали.

— Может статься, Англия, так и останется свободной, если викинги не осмелятся переплыть Северное море.

— Я того же мнения. Слишком долог окружной путь. Они не смогут перевезти достаточно людей.

Когда корабли прошли мимо, мы двинулись следом, держась в пределах видимости. Конечно, нас могли заметить, но на таком расстоянии все рыбацкие лодки одинаковы.

Викинги продвигались быстро, останавливаясь, правда, чтобы захватить добычу во встречных поселениях. Я все еще не был уверен, что они плывут не в Англию.

Погода, которую я так ждал, наступила, когда мы подплыли к устью Сены: густой туман надолго улегся на спокойную воду. Драккары Бьёрна повернули в море, мы держались за ними. Чтобы не потеряться в тумане, команды кораблей окликали друг друга. Мы дрейфовали уже среди них, как вдруг перед нами вырос драккар, в котором я узнал «Морского Скакуна» — корабль Сигурда, одного из ярлов Бьёрна.

Приготовившись скрыться в тумане, я крикнул:

— Сигурд с Длинного берега!

— Кто это?

— Я скажу, если ты знаешь, где восток.

— Я отвечу, где восток, если ты скажешь, где запад.

— Ты поделишься со мной элем, если я укажу запад?

— Да, если покажешь и сможешь доказать это.

— Если я и моя вёльва поднимемся к вам, ты отпустишь нас с миром?

Так как я разговаривал с викингом в присутствии команды, то я мог положиться на его слово.

— Клянусь в этом, даже если ты спал с моей женой прошлой ночью.

Мы подгребли вплотную к драккару, и я вскарабкался к норманнам. Сигурд широко раскрыл глаза.

— Если это не колдовство, то ты — Оге Кречет.

— Да, и если мне не рады, я уйду.

— Я не причиню тебе вреда. Ты сбежал с пленницей Хастингса, но он выплатил всем участникам погони их долю, так что теперь только у него счеты с тобой. Ты скажешь, что сталось с девушкой?

— Когда я видел ее в последний раз, она была в надежных руках.

— А ты, я вижу, руки лишился?

— Это долгая история. Но мне хотелось бы получить обещанный эль, прежде чем рассеется туман.

— Ты говорил о вёльве. Это та самая старая лапландка? Но ведь раньше…

— Раньше она была простой ведьмой. Руку я потерял, защищая одну великую колдунью, и в награду она кое-чему научила желтокожую женщину. Сигурд, как ты думаешь, где ближайшая земля?

— Пожалуй, устье Орна.

— Сколько до него, и в какую сторону?

— Пара миль к югу. Я думал так же.

— Можешь показать рукой? — спросил я.

— Какое там, нас крутит прилив.

Я махнул Китти, и она вскарабкалась на корабль в своем ведьмином плаще, неся с собой три шеста и шкуру оленя. Пока она сооружала крошечную палатку, я спросил Сигурда о новостях. Осторожно задавая вопросы, я произнес главный совершенно спокойным голосом.

— Где зимовал Рагнар?

— Это никому не известно. В последний раз его видели на Эльбе примерно год назад. Он отослал свой флот на Рейн и обещал догнать, закончив кое-какие дела по поручению Мееры. Но он не вернулся. Многие считают, что он в Ирландии с Олавом Белым.

Я подумал, что он сейчас с более могущественным правителем, чем Олав.

— Кто-нибудь знает, в каком направлении юг? — спросил я. Никто не имел понятия, и я сказал Сигурду:

— Скажи кормщику, чтобы правил, куда я укажу. И хорошенько глядите вперед, дабы не врезаться в береговые скалы.

Это, правда, нам не грозило, так как море было спокойным, а прилив почти стих.

Китти забралась в палатку, достала рыбку и стала наблюдать за мной через щель. Я принялся медленно поворачиваться по кругу, держа перед собой вытянутую руку, пока Китти не остановила меня по-лапландски. Так как нам нужен был юг, я сделал полуоборот кругом и отдал команду кормщику следовать в указанном мной направлении. Не говоря ни слова, люди взялись за весла. Если корабль немного отклонялся от курса, Китти говорила, куда и насколько надо повернуть. Мы проплыли мимо драккара, в котором я узнал «Лебедя» Бьёрна, и его голос окликнул нас:

— Куда это ты направился, Сигурд?

— В устье Орна, чтобы выиграть бочонок эля.

— Ты воображаешь, что найдешь Орн в таком тумане? Ставлю свой бочонок против твоего.

— Скажи, что согласен, — быстро ответил я, глубоко вздохнув.

— Я сам спорю, что берега не найти, но кормщик согласен держать пари с нами обоими, — крикнул Сигурд.

— Тогда я плыву с вами.

На нескольких кораблях услышали спор, и все они быстро снялись с якорей, чтобы посмотреть на развлечение.

Холодный туман смешивался с потом на моем лице.

— Я обещал вести тебя на юг, — обратился я к Сигурду. — Ты уверен, что устье Орна было именно к югу от тебя?

— «Крылатый Змей» стоял на якоре рядом с нами. А он приплыл как раз оттуда, и шел именно на север.

Нам повстречалась отмель, и гребцы подняли весла, чтобы проверить, сносит ли нас. Течения практически не было: трудно было пожелать лучших условий для железной рыбки, и она меня не подвела.

Я вспомнил, как Рагнар, сидя в своем зале, попивал эль из серебряного кубка. Теперь я спорил на бочонок эля с сыном Рагнара.

Вскоре мы услышали плеск волн в оба борта. Однако спереди его не было слышно, а значит, мы входили в устье реки. Еще чуть позже я разглядел лодку, стоявшую на якоре. Сигурд уставился на нее.

— Клянусь Одином, ты выиграл свой эль, и твоя вёльва превосходит всех, кого я знаю.

Бьёрн шел прямо за нами, и мог бы узнать меня, вглядись он попристальней.

— Сигурд, я под твоей защитой, если Бьёрну вздумается платить долги Хастингса, — быстро сказал я.

— Я понимаю это. — Он повернулся и крикнул: — Бьёрн, наш победитель — мой гость, и он под моей защитой. Он враг Хастингса, но надеюсь, ты не тронешь его.

— Некоторые враги Хастингса и мои враги, а некоторые — нет. Кто этот счастливчик?

— Оге Кречет. — Сигурд изо всех сил старался говорить спокойно.

— Кто?

— Ты что, Бьёрн, оглох? Я же сказал — Оге Кречет.

— Клянусь Фрейей, в это невозможно поверить!

— Это правда, Бьёрн, — крикнул я, — и со мной Китти.

— Как ты здесь очутился? Мы все считали, что ты стал кормом для акул. Один Хастингс не верил в твою смерть.

— Я ему нужен живым? — Но в этом вопросе не было нужды.

— Мой брат Хастингс всегда платит долги, но я лично не питаю к тебе ненависти и… — тут он запнулся и спросил другим тоном: — Ты говорил, что с тобой желтокожая женщина?

— Да.

— Должно быть, она услышала ворон на берегу, как ты в тот раз?

— Ее сила гораздо больше. Если ты в этом сомневаешься, то давай поспорим на десять монет, что мы доведем вас обратно к «Крылатому Змею».

Бьёрн помолчал. Он был медлителен, но умен.

— Сигурд, я поднимусь к вам и выпью с Оге, — сказал он с большим дружелюбием, чем хотел показать. — А после поглядим, простое ли это везение, или же его послал Один, чтобы вести наш флот.

Бьёрн перебрался к нам, и мы выпили. Затем он предложил свои условия следующего спора: он ставил пятьдесят монет против десяти моих, что я не смогу привести их обратно к «Крылатому Змею». Я должен был одеть повязку на глаза, пока берег не скроется из виду. Затем, сняв повязку, указывать курс. Ветер к этому моменту совсем стих, и Бьёрн решил, что я не приму вызов. Я, не моргнув глазом, отсчитал десять монет в ладонь Сигурда.

На мои глаза надели повязку. Когда ее сняли, вокруг была густая пелена тумана. По подсказкам Китти я указывал направление, и через некоторое время, за которое, как мне казалось, мы прошли нужное расстояние, я попросил Бьёрна окликнуть «Крылатого Змея». На его вопль раздался громкий отклик. Сигурд молча отсчитал мне выигрыш. Бьёрн протер глаза и встал, сложив руки на груди.

— Ты со своими спутниками останешься у Сигурда, пока я буду говорить с Хастингсом? — спросил Бьёрн.

— А что ты хочешь ему сказать?

— Ты дерзко разговариваешь, но это твое право. Я потому и решил сперва поговорить с тобой, а потом с ним. Скажи, волшебство Китти имеет силу ночью?

— И днем, и ночью, и у берега, и в открытом море, и при любой погоде.

— Что ж, если ты поведешь мои корабли, я поспорю с Хастингсом, что первым прибуду к острову Олерон, двигаясь своим курсом. Мы будем плыть от мыса к мысу. Если я выиграю, то хорошо тебе заплачу.