Всадник Сломанное Копье - Виталий Дмитриевич Гладкий

крепости, христианские святыни, появились собственноручно сделанные корабли с превосходными мореходными качествами.

В 1427 году князь Алексей построил крепость Каламиту[58], в переводе с греческого – Хорошую Пристань. Благодаря ей удалось обеспечить безопасность порта феодоритов Авлиты[59], расположенного на Великом шелковом пути. Авлита быстро разрасталась, там строились лавки и склады феодоритских купцов.

Все это вызывало негодование генуэзцев, которые контролировали торговлю, а значит, и денежные потоки юго-запада Готии. В то время как Каффа теряла свою главную торговую роль в Русском море, княжество Феодоро укреплялось, торгуя с Московским государством, странами Средиземноморья, с Закавказьем, Малой Азией. Знатные феодориты покупали дорогие ткани, ювелирные изделия из драгоценных металлов, стеклянную посуду, оружие…

Эти сведения теснились в голове Андреа Гатари, который стоял у борта тяжело нагруженной галеры и с огромным волнением смотрел на постепенно возникающие в утреннем туманные скалистые громады гор таинственной Готии. Именно таинственной – то, зачем его послал святой престол на этот полуостров, было тайной первостепенной важности, доверенной ему, скромному провизору из Падуи, которому приятели-студиозы присвоили прозвище Сломанное Копье.

Как раз то, что Андреа Гатари был «сломанным копьем» и служил конным латником под началом знаменитого кондотьера Эразмо да Нарни, которого прозвали Гаттемалата, и послужило причиной тому, что на него обратили внимание церковные прелаты. Избрав своим орудием инквизицию, они быстренько собрали на Андреа порочащие сведения и принудили его отправиться за тридевять земель, дабы он нашел в Готии и привез в Италию ценнейшую христианскую реликвию.

Как оказалось, разговор с главным магистром-инквизитором Венецианской республики Лауренцио Салюцци вышел тяжелым и напряженным. Его рассказ потряс Андреа Гатари до глубины души.

Мыслимо ли такое, чтобы Золотая Колыбель самого Спасителя, которую три волхва Мельхиор, Каспар и Валтасар принесли в дар младенцу Иисусу и Деве Марии на Рождество, находилась в Готии! В этом диком краю, населенном варварами и частично христианами, которые не признают главенство светлейшего папы римского!

– …Да, это мы уже смогли доказать, – продолжал свою речь магистр-инквизитор. – К слову, как вам уже, надеюсь, понятно, тайна сия велика, и те, кто ею владеют, уже не принадлежат себе, а только церкви, Святому престолу.

«Что ж тут непонятного… – думал ошарашенный Андреа. – Я попал в мельничные жернова. Ежели где-нибудь сболтну лишнее, моя кончина будет страшнее мук, которые испытывают самые закоренелые грешники в аду. С инквизицией шутки плохи. А спрятаться от ищеек в сутанах не удастся даже на дне морском».

– В 1204 году, когда столица Византии была взята христовым воинством, – продолжал Лауренцио Салюцци, – по указанию логофета секретов Никиты Хониата святыню сначала спрятали, а затем гвардеец императорской этерии, рус Василько, – как позже выяснилось, полоцкий княжич, – под покровом ночи вывез Золотую Колыбель из уже захваченного пилигримами и венецианцами Константинополя и исчез в неизвестном направлении. Однако нашим доверенным людям все-таки удалось проследить дальнейший путь Золотой Колыбели. Поначалу мы думали, что святыня находится в Полоцке. Но затем выяснилось, что княжич и не думал возвращаться на родину. И тогда мы обратили внимание на Готию, где находится православное княжество Феодоро. Именно туда держала курс византийская хеландия с Золотой Колыбелью. К сожалению, все попытки проникнуть в Феодоро и что-либо разузнать о судьбе святыни оказались безрезультатными…

– И вы считаете, что именно я смогу свершить то, что не смогли сделать до меня ваши люди, обладавшие гораздо большими знаниями, опытом и навыками в таких делах, нежели ваш покорный слуга?

– Вот! Как раз это сомнение и выдает ваши незаурядные умственные способности. Со слов мессера Эразмо да Нарни, вы мужественный человек, великолепный воин, блестяще владеющий всеми видами оружия, но никогда не лезете на рожон, что подразумевает расчетливость и хитрость. Эти качества очень вам пригодятся в будущей вашей миссии. Но и это еще не все – вы ученый человек, медикус и провизор. Именно такую личность с большим усердием подыскивает генуэзский кондотьер Карло Ломеллино, избранный предводителем армии, которая в следующем, 1434 году отправится на завоевание Готии, а значит, и княжества Феодоро. Запомните – Золотая Колыбель должна принадлежать Венецианской республике! Ее ни в коем случае не должны захватить генуэзцы.

Рыцарь Карло Ломеллино! Об этом знаменитом общественном деятеле Андреа Гатари был наслышан немало. Сын Феодоры Негро и правителя Корсики Наполеона Ломеллино, он был пятым среди семнадцати братьев и сестер. Его отец был банкиром, купцом и судовладельцем, активно торговал с Левантом, Фландрией и Англией.

Но у Карло интерес к торговле, общий для всей семьи, так и не проявился, из-за чего он был отстранен от всех коммерческих дел и изгнан разгневанным родителем из отчего дома. Правда, Карло все-таки унаследовал от отца великолепное палаццо с лоджией в престижном районе Генуи.

Характер у Карло Ломеллино был и впрямь неугомонный. Авантюрный пятый сын правителя Корсики в 1408 году купил себе добротный корабль, нанял команду головорезов и занялся пиратским промыслом. Но его одиссея морского разбойника продолжалась недолго.

В Тирренском море корабль Ломеллино был захвачен известным пиратом Сарди, который отвез его на Сицилию и заключил в крепость. Узнав, какая драгоценная рыбка попала ему в сети, Сарди решил хорошо заработать на выкупе знатного пленника.

Но не тут-то было. Карло Ломеллино каким-то образом ухитрился сбежать из неприступной крепости. Он умыкнул на пристани лодку с парусом и скрылся в неизвестном направлении.

Спустя полгода бывший капитан пиратского судна объявился в Генуе уже в качестве нобиля, обладавшего большими капиталами. Как он их раздобыл, можно было только гадать. Скорее всего, ему досталась вся пиратская добыча, припрятанная им самим и командой его пиратского корабля, которую поглотила морская пучина (Сарди отличался жестокостью к конкурентам, и изводил их, что называется, на корню), на одном из мелких островков Тирренского моря.

Уже в 1420 году Карло Ломеллино считался в Генуе важной шишкой. В 1423 году он дал взаймы значительную сумму денег муниципалитету для вооружения флота, который под руководством Гвидо Торелли был отправлен в Неаполь для поддержки восстания против Альфонсо V Арагонского. Затем он некоторое время находился на дипломатической службе и благодаря своим заслугам на этом поприще был возведен в рыцарское достоинство.

Вскоре Карло Ломеллино примкнул к сильной партии гвельфов[60] и занял одно из первых мест в Совете Генуи. Его политическая карьера росла как на дрожжах. Авантюрный характер Ломеллино позволял ему успешно продвигаться по служебной лестнице, и когда в 1433 году встал вопрос, кого назначить капитаном морской экспедиции для завоевания генуэзской крепости Чембало в Готии, которая была захвачена феодоритами, ни у кого из членов Совета его кандидатура не вызвала ни малейших сомнений и возражений, хотя как военачальник он не мог сравниться с выдающимися кондотьерами того времени.

К тому времени благодаря союзу с византийским императором и монголами генуэзцам удалось обосноваться в ключевых пунктах Русского моря. Им принадлежало практически все его южное побережье, начиная от Готии, Таны[61], Мавролако[62] и заканчивая устьем Тираса[63]. А еще Генуе принадлежали Амастрия, Самсун и фактории в Синопе и Трабзоне. Кроме того, генуэзцы обосновались в Галате, тем самым взяв под контроль северную часть Константинополя.

Все эти успехи Генуи произошли от победы над пизанским флотом при Мелории в 1284 году и над венецианцами при Курцоле в 1298 году. Это были времена полного генуэзского господства во всем Великом море.

Записаться в армию Карло Ломеллино для Андреа Гатари не составило большого труда. Опытный врач и провизор в одном лице, тем более имеющий боевой опыт, оказался очень кстати. Никого