Ашшур в гневе. Часть третья - Вадим Барташ

и персы тогда находились в подчинении у своих соседей).

   И только с начала VII века до новой эры, после того как мидийцы под предводительством Кашштарити сбросили с себя ассирийские оковы, к ним и перешла ведущая роль, но это продолжалось сравнительно недолго. Поворотными моментами стали свержение Кашштарити и скифо-мидийская война, закончившаяся для мидийцев Кох и-Рудской чудовищной катастрофой.

   Ну а после битвы при Тулизе, в которой уже ассирийцы нанесли жесточайшее поражение Эламу и обезглавили её тогдашнего царя, среди иранцев стали видное место занимать персы, объединившиеся под главенством Ахемена.

***

У персов бытовала любопытная легенда. Я не буду её подвергать критическому анализу и всю тут пересказывать, так как это займёт слишком много времени, но вкратце кое-что расскажу… Согласно ей, основателя их правящего рода вскормила не женщина, а орёл, и потому эта династия у персов оказалась весьма и весьма даровитой.

   Второй из Ахеменов, Теисп, уже фактически стал независимым от Элама правителем, и даже присоединил к своим основным владениям Аншан, передав его под управление своего старшего сына, а затем под его влияние подпали Арахосия и Дрангиана, которые до этого признавали над собой власть то Бактрии, то Мидии.

   Но ради справедливости надо сказать, что персы всё равно пока что по значению считались только третьим народом среди иранцев. И их самое славное время ещё не наступило…

   Всё у персов было ещё впереди.

   ***

   Ну а теперь пора вернуться к Набуэлю и его лидийке….

Разумеется, для Аматтеи не стало секретом то, что её Набуэль встречался в Хидзале с Хилиной, и она понимала, что же между ними на этой встрече происходило, и поэтому какое-то время она не разговаривала с Красавчиком, но тот сумел оправдаться перед ней, проявив в последние дни по отношению к супруге столько внимания и заботы, что её сердце не выдержало и дрогнуло. Она наконец-то согласилась остаться с ним наедине, чтобы он смог перед ней оправдаться.

– Ну, пойми же, – стал распинаться перед ней Красавчик, и даже при этом он опустился на колено, – ты по-прежнему владеешь моим сердцем и мне никто больше не нужен. Никто, кроме тебя!

– И даже не нужна эта вертихвостка?

– Да что ты?! Никто! Я же сказал. Ты- любовь моя! Любовь единственная!

– Это не пустые слова?

– Нет, не пустые!

– Поклянись!

– Клянусь!

– Нет-нет! Не так! Ты поклянись всеми богами! – потребовала по-прежнему недовольная Аматтея.

– Клянусь ими!– Набуэль поднялся и запальчиво нескольких из них перечислил, а затем, запнувшись, неожиданно добавил: – И если пожелаешь, то я готов поклясться сейчас и твоими, лидийскими богами! Назови их только мне.

– Что, поклянёшься даже и моей покровительницей? – удивилась порыву князя лидийка.

– А кто у тебя покровительница? – переспросил озадаченно князь.

– У меня покровительницей считается греческая богиня. И не советую её обманывать! Она этого не любит. Учти.

– И не думал я её обманывать! А что в ней такого особенного?

– О-о! Она- действительно особенная! Она грозная!

– Ну и как зовут эту грозную богиню?

– Её зовут Афродитой.

– Афродитой?!

– Да, Афродитой!

– Ну а почему она твоя покровительница, а не лидийская Великая мать Кибела? – удивился этому откровению возлюбленной Красавчик. – Насколько я знаю, именно Кибела почитается издавна в ваших краях, а вот Афродита- она же не ваша богиня, а греческая…

– А я тебе не рассказывала почему так произошло?

– Нет, но я тебя выслушаю.

– Так это просто объясняется! – ответила халдейскому князю Аматтея. – Потому что на моей родине уже многие даже дома, даже в узком семейном кругу, перешли на греческий язык, и у нас и письменность теперь основана на греческом алфавите, и лидийцы всё больше поклоняются не нашим лидийским, а греческим богам. Вернее, их совместили. Или лучше сказать, их как бы мы объединили. И теперь Кибела слилась с Афродитой. Так на протяжении последнего века у нас уже складывается.

Набуэль не много помолчал и произнёс:

– Но постой, ведь греков в Азии почитают диким и нецивилизованным народом? Разве это не так?

– Не так!

– Почему?

– Это суждение ошибочное! Поверь мне, скоро греки о себе громко скажут, и их слава прогремит на всю ойкумену!

– Ну, значит, я поклянусь и твоей покровительницей, греческой богиней! – согласился халдейский князь.

– Хорошо… И ты хочешь сказать, что в Хидзале между вами так ничего и не произошло? И ты до этой девки даже пальцем не дотрагивался?!

   Красавчику нечего было на это сказать, и он тогда вскочил с колен, притянул к себе лидийку и стал её страстно целовать. Она поначалу попыталась его оттолкнуть от себя, потому что по-прежнему была сердита, но он не прекратил своих попыток, и вскоре Аматтея ему подчинилась.

В этот раз Набуэль был необыкновенно ласковым.

   Когда их страсть немного улеглась, лидийка ещё спросила:

– Ну а о чём вы говорили с ней?

– С кем с ней?– не сразу понял разгорячённый князь кого имела ввиду его супруга,

– С кем, с кем?! С распутницей, с этой потаскухой…

– Не называй её так, я тебя прошу!

– Ты её защищаешь?!

– Я хочу, чтобы ты была к ней справедлива,– ответил супруге Набуэль. – Ведь она нам помогает! И делает это она даже во вред себе… Да, да, да! Хочешь верь, хочешь не верь, но Хилина уже многое сделала для нас! И ты не всё ещё про неё знаешь…

– Ну, да. И хорошо, что не всё. Например, я не хочу знать того, что эта девка иногда заменяет меня на твоём ложе? Не правда-ли? Ведь это так? Не юли!

– Ну, до-о-оро-огая… – стал вновь терять терпение князь, – ну, что ты опять принялась за своё? Ну, пойми же, наконец-то, если бы не эта самая Хилина, то мы бы не смогли перебраться на этот берег Южного моря, и только благодаря ей, нам сейчас персы предоставляют приют в своих землях.

– Ла-а-адно… Но ты мне можешь пообещать, что больше не будешь с ней встречаться? – сердито посмотрела на мужа лидийка.

   Набуэль не стал ничего обещать. Ещё неизвестно было, как всё сложится у них в дальнейшем. А Хилина, всё-таки, была главной, и что ещё важнее- любимой женой нынешнего эламского царя, и она по-прежнему им вовсю вертела. Так что было бы неразумно с ней порывать.

   ***

   Дядя князя Набуэля, бывший губернатор Дильмуна Намтар, был отправлен вперёд, чтобы уже на месте, в Зангархе или же в его ближайших окрестностях, выбрать подходящие места для расселения беглецов. Вслед за ним, через пару недель, и все остальные эмигранты отправились туда же, на северо-восток от Аншана.

   Намтар нашёл подходящих четыре имения, хозяева которых