Тенцинг Норгей - Тигр снегов

Все это время шла война, размах ее непрерывно расширялся. Когда-то я думал, что на свете есть только одна страна, населенная чилина-нга, – Англия, но теперь я знал, что их очень много, и в Европе и в других частях света. Я слышал о них по радио и надеялся, что когда-нибудь отправлюсь в путешест­вие и увижу их. Иногда мне казалось, что самым правильным было бы, пожалуй, пойти в армию. Но потом я возражал себе, что и так работаю для армии, а если надену форму, то вернее всего придется де­лать ту же работу, только платить мне станут меньше, а строгостей будет больше.

Много говорили также о стремлении Индии к не­зависимости и что будет новое государство Пакистан. Большинство жителей Читрала мусульмане, поэтому он вошел впоследствии в Пакистан. А так как я не индуист, то у меня не было никаких неприятных столкновений с читралцами. В ту пору я очень мало знал о политике и подобных вещах. Я мечтал только о том, чтобы жить тихо, спокойно и делать свое дело как можно лучше.

Тогда это было не трудно. Но я хотел бы, чтобы люди дали мне такую возможность и после взятия Эвереста!

Потом уж я сообразил, что мог бы неплохо под­заработать в Читрале. В этой части страны много драгоценных камней, и они попадались нам на каж­дом шагу, только я не знал тогда, что они так дорого стоят. Не знали этого и местные жители – они отдавали свои находки в обмен за несколько пачек чаю или другие продукты. Я привез с собой в Дарджилинг несколько таких камней. Увидев их, местные купцы пришли в страшное, возбуждение и сказали, что камни драгоценные. Друзья уговаривали меня вернуться в Читрал, добыть побольше камней и разбогатеть на их продаже. Однако я отказался. Я ничего не имел против того, чтобы заработать деньги, но чувствовал, что торговец из меня не выйдет.

Наряду с майором Уайтом у меня появился хоро­ший друг в лице врача Н. Д. Джекоба; он заведовал всеми гражданскими лечебными учреждениями в об­ласти Читрал. Это был очень занятый и важный че­ловек, но совершенно свободный от той чопорности, которая присуща многим англичанам. Джекоб всегда относился очень приветливо ко мне и моей семье и лечил нас так, словно я махараджа или генерал. Я очень обрадовался, встретив его много лет спустя в Лондоне, и был глубоко тронут, когда узнал, что он проехал восемьсот километров только для того, чтобы повидать меня.

Однако наше общение с доктором Джекобом было не только приятного свойства. Попав в Читрал, моя жена Дава Пхути стала часто болеть – видно, климат не подходил. Как доктор ни старался, ей становилось все хуже. В 1944 году она скончалась. Ее смерть бы­ла страшным ударом для меня и для наших дочерей Пем Пем и Нимы. Старшей исполнилось всего пять лет, младшей – четыре, и вот они остались без при­смотра. Я не знал, что и делать. Одно время я нанял им айя, но с ней у нас что-то не ладилось. И вот в начале 1945 года я решил, что нам надо возвращать­ся в Дарджилинг.

За эти годы мне удалось скопить около полутора тысяч рупий, так что денежный вопрос меня не беспо­коил. Однако война еще продолжалась, и проехать оказалось трудно. Сначала я раздобыл лошадь с вьюч­ными сумами. Посадил по одной дочери в каждую суму и провел лошадь на поводу через перевал из Читрала до города Дир. В Дире железная дорога, но и желающих ехать было множество; я никак не мог попасть в поезд. Неудивительно, что с двумя малы­шами на руках я пришел в отчаяние. Наконец меня осенило. Майор Уайт отдал мне старый мундир с офи­церскими погонами – в этом мундире я выглядел на­стоящим начальником. Я отправился снова на станцию, дождался воинского состава и прошел прямо в купе первого класса. Никто не сказал мне ни слова, поезд вскоре тронулся. Так я и проехал почти через всю Индию со своими девочками, не заплатив ни одной анна.

В Силигури, ближе к Дарджилингу, я снял форму, так как скоро должен был оказаться среди людей, которые знали меня, и мне не хотелось попасть в тюрьму за незаконный маскарад. Последнюю часть пути мы проехали на автобусе. После шести лет отсутствия я наконец-то очутился дома. Даже старым друзьям я казался чужим человеком. Они таращили глаза на мою странную одежду и смеялись моему про­изношению. Некоторое время меня так и звали «Па­тан» – по имени народа, населяющего северо-запад Индии и Афганистан.

Хотя мне не плохо жилось в Читрале, я был рад вернуться к своему народу. Однако мои дочери нуж­дались в хорошем уходе, а один я не мог с этим справиться. Друзья посоветовали мне: «Женись на доброй женщине, которая могла бы присмотреть за ними». Я отвечал: «Это хорошая мысль. Но на ком?» И тут мне опять повезло. Я снова встретил Анг Ламу, ту самую молодую женщину, которая когда-то покупа­ла у меня молоко и торговалась из-за цены. И вот оказалось, что она двоюродная сестра Дава Пхути. Мы поженились; она стала новой матерью моим де­тям, и за это я в течение последовавших лет имел все основания быть ей благодарным.

7

ГОРЫ СТОЯТ НА СВОИХ МЕСТАХ

Спустя две недели после женитьбы я уже отправил­ся в очередное путешествие. Боюсь, что Анг Ламу была не очень довольна, но такова уж судьба шерп­ских жен.

Первый поход продлился недолго. Он не был даже связан с восхождением. В годы войны в Индии со­бралось много американцев, и во время отпуска они часто приезжали в Дарджилинг. Один из них, подпол­ковник Тейлор, прибыл в Дарджилинг с разрешением на въезд в Тибет; он нанял меня, чтобы я помог ор­ганизовать поездку и сопровождал его. Мы взяли двух лошадей для себя и несколько мулов для бага­жа и двинулись – сначала по долинам Сиккима, за­тем через высокие, овеваемые ветрами перевалы. Нам нужно было недалеко, всего только до Гьянтсе, одного из ближайших к границе городов, но до тех пор я бывал в Тибете лишь в Ронгбуке и на Эвересте, потому мне было не менее интересно, чем Тейлору. Он держался очень приветливо и не раз повторял, что научит меня водить «джип», если я приеду в Америку. С тех самых пор я брежу «джипом», и, если у меня когда-нибудь окажется столько денег, я обязательно куплю себе такую машину: она лучше всего подходит для крутых дорог в районе Дарджилинга.

Подполковник Тейлор был не только приветлив, но и щедр. Позднее, когда кончилась война, он при­слал мне перед отъездом на родину двести рупий в качестве подарка. Однако за ним еще остаются уро­ки вождения автомобиля, и если я попаду в Америку, то предъявлю ему счет!

Наше путешествие продлилось всего два месяца. Подобно подполковнику Тейлору, большинство амери­канцев, с которыми мне пришлось иметь дело, пред­почитало верховую езду пешему хождению; таким образом, приобретя опыт в обращении с лошадьми, я нашел новый способ зарабатывать на жизнь. Вернув­шись в Дарджилинг, я купил на свои читралские сбе­режения две лошади и стал отдавать их напрокат. Некоторое время все шло хорошо. Другие шерпы це­лыми днями носили грузы по горам, а мне было достаточно отдать лошадей напрокат, после чего я мог сидеть дома всю вторую половину дня.