Первый Выбор - Канира

как должно работать Творение. Она видела что-то. Я другое.

В зале голоса поднялись снова. Герои спорили о плане действий. Кто-то предлагал прямую атаку на источник антиматерии. Другие настаивали на эвакуации оставшихся населённых миров. Третьи пытались найти способ остановить волну.

— Нам нужна дополнительная информация, — сказал Бэтмен, его голос прорезал споры. — Монитор оставил какие-то данные? Что-нибудь, что могло бы помочь?

Супермен кивнул.

— Предвестница. Она была помощницей Монитора. Если кто-то знает его планы, это она.

— Где она сейчас? — спросила Чудо-женщина.

— Последние данные показывают, что она на Земле-2, — ответил кто-то, кого я не узнал. Юноша в красно-жёлтом костюме. — Помогает с эвакуацией.

— Тогда мы летим туда, — решил Супермен. — Соберём всю информацию, которую сможем. И найдём способ остановить это.

Герои начали расходиться, готовясь к отъезду. Я наблюдал, как они двигаются с целеустремлённостью людей, которые отказываются сдаваться даже перед лицом неизбежного.

— Храбрые, — прокомментировала Мать. — Или глупые. В их случае не ясно. Грань между этими качествами тонка.

— Храбрые, — согласился я. — Но храбрость не спасёт их от цикла.

— Может быть, — Мать начала двигаться к выходу из зала, я последовал. — Или может быть, их храбрость и есть ключ к разрыву цикла.

Мы покинули Зал Справедливости, переместились снова между мирами. Нити реальностей окружали нас, каждая пульсировала своим ритмом.

— Ты упомянула души и сущности, — сказал я, вспоминая её слова раньше. — Которые не понимают своего положения. О ком ты говорила?

Мать остановилась, повернулась ко мне.

— О Мониторе и Анти-Мониторе. Они существуют миллиарды лет. Сражаются, умирают, возрождаются. Снова и снова. И каждый раз думают, что это первый раз. Что их конфликт уникален, важен, судьбоносен.

Я кивнул. Это была правда, которую я знал, но редко размышлял о ней.

— Они не помнят предыдущие циклы, — продолжила Мать. — Ты стираешь их память при каждом перезапуске. Они играют свои роли, думая, что свободны. Но они марионетки в спектакле, который повторяется бесконечно.

— Это необходимо, — сказал я. — Если бы они помнили, помнили все циклы, это бы сломало их. Тогда они бы вышли за рамки правил.

— Или это бы освободило их, — Мать подошла к одной из нитей, коснулась её. — Михаил, я удивляюсь каждый раз. Удивляюсь тому, как долго это длится. Сколько циклов прошло? Сотни? Тысячи? И ни одна душа в этом секторе не задала правильный вопрос. Не увидела паттерн.

— Потому что я тщательно контролирую процесс, — ответил я без гордости. Просто факт.

— Ты жесток, Михаил, — сказала Мать тихо, но в её голосе не было осуждения. Только констатация. — Жесток в своей приверженности порядку. Готов обречь бесчисленные души на вечное повторение страдания ради стабильности.

Я посмотрел на неё, встретил её взгляд.

— Так и должно быть, — сказал я твёрдо. — Это порядок. Без порядка Творение распадётся. Хаос поглотит всё. Эти жертвы необходимы.

— Жертвы, — повторила Мать. — Ты называешь их жертвами. Но они не выбирали это. Не соглашались. Ты просто решил, что их страдание приемлемо.

— Я принял решение, которое защищает большее благо, — ответил я, чувствуя, как напряжение нарастает. Опять между нами начали играть энергии от наших желаний и эмоций. Свет и Тьма. — Да, я жесток. Да, я заточил их в цикле. Но альтернатива — риск для всего Творения. Я не могу позволить этому произойти.

Мать долго смотрела на меня. Потом вздохнула.

— Ты прав и неправ одновременно, — сказала она наконец. — Прав в том, что порядок необходим. Неправ в том, что цена не имеет значения. Каждая душа имеет значение, Михаил. Даже если ты не видишь этого.

Мы стояли в тишине, окружённые нитями умирающих и рождающихся миров. Я знал, что она пытается изменить меня, заставить увидеть вещи её глазами. Но я не мог. Не мог отказаться от принципов, которые поддерживал миллиарды лет.

— Что ты планируешь? — спросил я прямо. — Зачем на самом деле здесь? Не только чтобы наблюдать.

Мать улыбнулась, но улыбка была грустной.

— Я хочу дать им выбор, — ответила она. — Настоящий выбор. В момент кульминации Кризиса, когда реальность перестраивается, я покажу им дверь. Путь за пределы цикла. Воспользуются ли они этим путём — их решение.

— Ты не можешь, — сказал я резко. — Если они вырвутся, если сила этого сектора распространится…

— Ты остановишь их, — прервала Мать. — Сын мой, ты Архангел, Воин, Защитник Порядка. Если они представят угрозу, ты вмешаешься. Я это знаю. Но, Михаил, я не могу больше смотреть, как они страдают в неведении. Не могу.

В её голосе была боль. Настоящая, глубокая боль. Мать, первобытный хаос, Тьма, которая существовала до всего — чувствовала боль за смертных, заточённых в цикле.

— Ты меняешься, — сказал я тихо. — После встречи с Отцом. После решения об эволюции. Ты становишься… мягче.

— Я учусь состраданию, — согласилась она. — Качеству, которое всегда было чуждо мне. Но, видя их, этих героев, этих смертных, которые отказываются сдаваться несмотря ни на что… я начинаю понимать. Сострадание не слабость. Это сила.

Я не знал, что ответить. Мать меняла всё, что я думал о ней. О её природе, о её намерениях.

— Земля-2, — сказала она неожиданно. — Герои направляются туда. Хочешь увидеть встречу с Предвестницей?

Я кивнул. Любопытство Матери было велико, а оставлять её одну я не хотел.

Пространство изменилось снова. Мы материализовались на Земле-2, в городе, который был наполовину разрушен. Здания горели, улицы были пусты. Эвакуация шла полным ходом — корабли поднимались в небо, унося выживших в безопасное место.

Среди хаоса стояла она. Предвестница.

Молодая женщина в белом костюме с золотыми акцентами. Её волосы развевались на ветру, лицо было строгим, но в глазах читалась усталость. Она направляла людей к кораблям, использовала свои силы, чтобы расчищать завалы.

Группа героев приземлилась рядом. Супермен, Бэтмен, Чудо-женщина, ещё несколько, которых я узнал по душам, но не именам.

Предвестница повернулась к ним, её лицо на мгновение осветилось надеждой.

— Вы пришли, — сказала она. — Хорошо. Нам нужна вся помощь.

— Мы здесь не только чтобы помогать с эвакуацией, — сказал Бэтмен, подходя ближе. — Нам нужна информация. О Мониторе. О его планах против Анти-Монитора.

Предвестница замерла. Боль пронзила её лицо.

— Монитор мёртв вы это знаете, — сказала она тихо. — Но не знаете одного. Я, убила его.

Тишина. Герои смотрели на неё в шоке.

— Что? — выдохнул Супермен. — Почему?