Елена Бергман - Мир львинов

В лесу было тихо и спокойно, никто не крутился рядом, не визжал и не вопил, и друзья прогуляли под деревьями до самой ночи. Вернулись они без добычи, но довольные и отдохнувшие.

Утя сразу же утащила Мраха к своим, а Варму и Арша, взявшись за руки, оправились на поиски уединенного местечка, чтобы без помех предаться поцелуям, но не тут-то было — везде влюбленные натыкались на львинов.

— Я не завидую твоему другу… — вздыхала кошка. — У этой зеленоглазой слишком большая семья.

Мимо пронеслась группка из пяти- шести львинят — дети тащили за собой упирающегося Ксара и кричали все одновременно. Варму только головой покачал — ему было жаль Ксара.

— Он им рисует. — пояснила Арша.

— Пойдем выручать твоего брата? — предложил варах. — Замучают ведь.

Кошка не согласилась.

— Иди сам, если охота! — заявила она, тряхнув косичками, и удалилась, обиженная.

Варму поглядел ей вслед и отправился выручать Ксара. Остаток вечера пролетел незаметно: соскучившийся по возне с детьми варах отлично провел время.

Арша обиделась ненадолго, так что рассвет влюбленные встретили вместе. Им было хорошо вдвоем. Оставив девушку досыпать, Варму сбегал на реку — освежиться и наловить рыбы на завтрак.

Арша очень удивилась, найдя его у костра свежим и умытым.

— Как вкусно пахнет! — протянула она мечтательно. — Ты что, купался?

Аромат жарящейся рыбы перебудил половину стойбища.

— Ух ты! — восхитился незвестно откуда появившийся Мрах, заспанный и взъерошенный. — Это все мне?

Варах наделил зевающего друга парой кусков. — Тебе. Но не все. Бери и иди отсюда!

Понятливый львин шустро сцапал подношение и исчез. Арша присела к огню и принялась завтракать. Аппетит у девушки был отменный.

— Вкусно! — похвалила она, облизывая пальцы. — Ты молодец!

Варму привлек возлюбленную к себе и поцеловал.

— Мурррр. — мяукнула сытая кошка. — Я тебя люблю… Всегда хотела мужа, который умеет готовить!

— А ты сама умеешь?

— Неа! — беззаботно рассмеялась Арша. — А зачем? У нас в племени мужчины готовят!

Варму усадил возлюбленную на колени и нежно поцеловал.

— Послушай, Арша, — мягко сказал он, — Я не знаю, как у вас в племени, но у нас готовят женщины. Меня засмеют, если я начну стряпать!

Кошка напряглась. Ее большие карие глаза наполнились слезами.

— Я не умею готовить и не буду! — заявила она дрожащим от возмущения голоском. — Это гадко!

— Но кушать же ты любишь? И тебе не гадко?

Арша оттолкнула возлюбленного и вскочила.

— Все равно не буду! — выкрикнула она, топнув ножкой. — Ты меня не заставишь!

— Арша! — взмолился Варму. — У нас все женщины готовят! Это нормально!

Кошка недобро прищурилась и поджала губки.

— А что у вас еще делают женщины? — поинтересовалась она.

— Ну… — Варах замялся. — За детьми смотрят… Шьют… Стирают всякое…

— Стирать тоже не буду! — фыркнула Арша.

— А шить?

— Не люблю. Но ради тебя… Ладно!

Варму стало смешно.

— Арша, милая. — сказал он. — Если не стирать, тебе придется шить просто сутками! Я не стану ходить в грязном! Да и ты — тоже!

— Вот и постираешь! — заявила кошка. — И себе, и мне!

Варму начал злиться. Взлетев на ноги, он схватил возлюбленную за плечи и немного встряхнул.

— Не мели чушь, женщина! — проговорил он прямо в ее испуганные глаза. — Я — мужчина и воин, и не стану позориться, бегая в одиночку на реку с грязным бельем! Помочь — пожалуйста, но не сам!

Арша пискнула и неожиданно двинула его коленом в пах. Не ожидавший ничего подобного Варму тут же разжал руки и свалился. Кошка убежала в слезах.

Когда боль немного утихла, человек льва встал, подобрал нож и ушел в лес — ему надо было подумать. Он совсем не хотел обижать возлюбленную и не понимал, с чего она разозлилась. Бредя по лесу, варах размышлял о случившемся и недоумевал.

— Есть женская работа. — бормотал он. — Есть мужская работа. Что в этом такого?

И тут же отвечал сам себе: — Готовить — гадко! Стирать — не буду! А кто тогда будет? Не знаю! Ты не будешь, я не буду — просто здорово выходит! Но мне — не нравится! Вот!

Откуда-то издалека донесся голос Арши — девушка звала его — Варму. Но варах не откликнулся — он тоже умел обижаться.

— Кричи — кричи! — фыркнул он. — Все равно не прощу! Шить она будет! Фу, дура! — и в сердцах сплюнул.

Кошка еще немного покричала и ушла, и варах остался в гордом одиночестве. Ему было грустно, обида улеглась. А еще он вдруг понял, что соскучился по Арше, и решил вернуться.

— Она маленькая и глупая. — убеждал сам себя воин, шагая к стойбищу. — И ничего не понимает. Но обязательно поймет!

Вот только Арши в поселке не оказалось, и куда она ушла — никто не знал. Один из друзей Ксара сказал, что видел девушку с кем-то из воинов постарше недалеко от реки. При этом юноша смутился и покраснел. Варах заподозрил неладное и почти бегом бросился на поиски. Ох, лучше бы он этого не делал! Кошка и вправду была на берегу, и при ней имелся воин — парень лет двадцати… Парочка самозабвенно целовалась, лежа на теплом песке. Варму не стал им мешать и снова ушел в лес. Ему хотелось выть.

— Маленькая дрянь! — шипел он, по дороге избивая стволы деревьев. — Кошка! Да я тебе!

Постепенно гнев улегся, оставив пустоту в груди и содранные до крови костяшки пальцев. Почти стемнело, когда человек льва вернулся в стойбище, голодный и мрачный, и, не на кого не глядя, сразу пошел искать невесту.

Арша хлопотала возле хижины — девушка что-то готовила! Точнее, пыталась готовить — от того, как она держала нож, вараху сразу захотелось утопиться. Но факт оставался фактом — Варму победил! Подойдя, варах обнял возлюбленную и зарылся лицом в ее теплые, пахнущие медом волосы. Арша посмотрела на него и расплакалась.

— Я думала, ты меня бросил… — всхлипывала она… Зачем тебе жена, которая ничего не умеет? Но я научусь, правда!.. Обещаю!..

Человек льва целовал ее в мокрые щеки, в глаза и в губы, и ему было хорошо и радостно. Нацеловавшись, влюбленные вместе принялись за стряпню. Они помирились. На этот раз.

Арша честно старалась, но то, что она готовила, есть было нельзя. Варму давился и терпел — любовь, как известно, зла. Но и у любви есть предел! На четвертый день варах не выдержал. Брезгливо приподняв двумя пальцами очередной приготовленный кошкой кулинарный «шедевр», он спросил, с трудом подавляя раздражение:

— Арша, милая, это что?

Кошка покраснела и убежала.

— Ну вот… — вздохнул варах, выбрасывая безнадежно сгоревшее мясо. — Опять слезы!