Владимир Дудченко - Канал

Ну вот, все планы коту под хвост, огорчился Полещук, надо звонить. И Сафвату — тоже…

— А чего это у вас так тихо? — спросил он дежурного на КПП. — Вымерли все что-ли?

— Главный совещание проводит, — ответил дежурный. — Понаехало генералов, погляди, сколько машин! Давай, быстренько мотай отсюда! Катушкин злой сегодня с утра, как черт!..

Полещук выскочил из КПП, глянул на припаркованные черные „Волги“ и песочного цвета газики, отошел подальше и стал ловить такси. „Какой такой умник придумал разместить аппарат главного военного советника рядом с резиденцией Насера? — подумал Полещук, глядя из окна набиравшего скорость автомобиля. — Пара воздушных ударов — и халас: ни президента, ни Катушкина со всем его аппаратом, включая Верясова!“ Он вспомнил круглую лоснящуюся рожу замполита и достал из кармана пачку „Клеопатры“.

Глава четвертая

Египетские истребители перехватили израильские самолеты, которые сегодня на малой высоте пытались прорваться к египетским позициям, расположенным в районе города Бальтим (восточнее Александрии) и к северу от Эль-Кантары.

В результате решительных действий авиации ОАР, говорится в заявлении представителя военного командования, самолеты агрессора были вынуждены удалиться в восточном направлении. Все египетские истребители, принимавшие участие в операции перехвата, вернулись на свои базы.

Ажурная 150-метровая смотровая башня, видная издалека, наверное, с любого места центральной части Каира, казалась фантастической ракетой, устремившейся в небо, чем-то нереальным, особенно, если смотришь на нее с узких и грязных улочек Булака, бедного столичного захолустья, где теснятся, подпирая друг друга старые, едва ли не средневековые домишки.

Перед мостом через Нил открылась панорама острова Гезира, утопающего в зелени садов и парков: Замалек — фешенебельный район с роскошными виллами, похожими на дворцы, и не менее шикарными зданиями иностранных посольств, престижных спортивных клубов и кинотеатров. Ну, прямо райский уголок! Даже надоедливый весенний „хамсин“, ветер из пустыни, несущий тучи мельчайшей красноватой пыли, дующий уже несколько дней с перерывами, словно натыкался на барьер, достигнув границ Замалека. Конечно же это было не так, но уж больно поразительной казалась Полещуку разница между этим и другими районами египетской столицы.

Машина свернула на улицу Азиза Аббаса и остановилась у красивого здания в викторианском стиле, окруженного высокими пальмами и раскидистыми акациями. „Неплохо, однако, устроились наши торгаши, — подумал Полещук, направляясь ко входу в советское торгпредство, — и разведчики…“ Эта мысль неизменно посещала его, когда он оказывался здесь после спартанской жизни в блиндажах на канале.

— Ну, наконец-то появился! — обрадовано встретил Полещука Озеров. — А я уж думал, куда человек пропал? Давай, присаживайся!

— Да ладно вам, Валерий Геннадьевич! — сказал Полещук. — Вам-то не знать, смешно, ей Богу! В общем, загремел в роту РЛС в Фаиде. Слышали о таком местечке?

— Приходилось, — ответил Озеров. — Давай, рассказывай! Может, выпьешь чего-нибудь? Виски, джин, коньяк…

— Кофе и стакан холодной водички, если можно…

— Можно, Саша, можно, — метнулся Озеров к двери. — Сейчас, подожди минутку. Газету вот пока полистай! Свежая!

Полещук взял „Правду“, пробежался глазами по заголовкам, машинально отыскивая сообщения или статьи о событиях в Египте. Ничего! Как будто нет, и не было здесь никакой войны… Тишь, гладь и Божья благодать. Вся страна в едином порыве готовится встретить небывалыми трудовыми успехами 100-летний юбилей вождя пролетарской революции! Больше ничего!

— Все-таки давай, Полещук, по пятьдесят грамм! — появился в дверях Озеров с расписным деревянным подносом. — Коньячку! И я с тобой выпью. Как никак с канала приехал, а? — еще раз предложил Озеров и улыбнулся. Но его глаза за стеклами очков были серьезными.

— Нет, Валерий Геннадьевич, — решительно отказался Полещук, думая о том, что ему еще предстоит сегодня вечером выпить с друзьями, а начинать это дело сейчас было бы чревато, слишком стремно. — Лучше сразу к делу, — сказал он и взял стакан с водой.

Полещук, не вдаваясь в подробности, рассказал Озерову об обстановке на Суэцком канале в районе Фаида, подготовке радиолокационных станций к боевой работе, профессионализме капитана Агеева, израильских самолетах-разведчиках… Но по глазам Озерова он понял, что все это мало интересует „сотрудника торгпредства“ и он, попросив разрешения закурить, зажег сигарету и сказал:

— Все, Валерий Геннадьевич, не буду тащить кота за хвост, перехожу к главному. В общем так. Сафвату я звонил сегодня, говорил с женой. Из госпиталя его выписали, дали отпуск. Дома будет ближе к вечеру. — Полещук посмотрел на часы. — Думаю, через час-другой можно ему позвонить.

— То, что он сейчас в отпуске — великолепно, — сказал Озеров. — Твоя задача, Саша, обязательно дозвониться и вытащить комбата на встречу. Понял?

— Куда вытащить? — спросил Полещук. — Сафват, насколько я его знаю, вряд ли пойдет сюда, например, или в наше посольство… Конспиративная квартира, — добавил Полещук, вспомнив фильмы про шпионов, — тоже отпадает. Однозначно не пойдет… Вот какое-нибудь злачное место, типа незаметной кафешки с баром — другое дело…

— Шпионских романов начитались, Александр Николаевич? — заулыбался Озеров. — Хотя, в принципе, рассуждаешь, Саша, правильно. Давай-ка сделаем так… — он задумался. — Где вы с Сафватом бывали? В смысле, в каком-нибудь кафе?

— Да я уж не припомню, Валерий Геннадьевич, — сказал Полещук и вспомнил бар Махмуда с английской водкой „Борзой“. — Он меня на „Мерседесе“ возил…

— Понял, — сказал Озеров. — Да ты пей кофе, не стесняйся! Кафе, бар… Что ж нам такое придумать? Ладно, Саша, покури пока, а я сбегаю, проконсультируюсь с товарищами…

„У них здесь что — филиал ГРУ? — подумал Полещук, доставая из пачки очередную сигарету. — С кем это Валера будет консультироваться?“ Он щелкнул зажигалкой, закурил и подошел к окну. Окно выходило во внутренний двор здания, чистенький, с ухоженными газонами и клумбами, между которыми в строго геометрическом порядке торчали невысокие перистые пальмы. Во дворе никого не было. Хлопнула дверь, и вошел Озеров.

— Есть пара вариантов, — сказал он. — Каир-то хорошо знаешь?

— Не очень, — сказал Полещук. — В основном — центр и Гелиополис.

— Ну, этого вполне достаточно, — потер руки Озеров. — Мы — люди военные, без карты никак! Не забыл еще „дубовую рощу“? [кафедра оперативно-тактической подготовки — сленг слушателей ВИИЯ], — спросил он, расстилая на столе карту Каира.