Джеймс - Персиваль Эверетт

понимал, что семья моя все ближе, до нее еще было по-прежнему далеко. Я шагал без малого три дня. Булочки кончились, я голодал.

На краю кукурузного поля я наткнулся на чернокожего мужчину – к своему и его удивлению. Он бросился прочь, но я окликнул его.

– Друг, – произнес я.

Он остановился, обернулся ко мне.

– Откуда ты? – спросил он.

– Из леса. Я беглый.

– Оно и видно. Откуда?

– Из Ганнибала. Я ищу ферму Грэма.

– Заводчика? – уточнил он.

– В каком смысле?

– Грэм занимается разведением. Он разводит рабов, а потом продает.

– Туда забрали мою жену и дочь.

Мужчина молчал.

– Так ты знаешь, где это?

– Пожалуй что. Сам я там не бывал. Это возле города на другой стороне долины.

– Эдина?

– Вроде да.

– Туда? – Я указал направление.

Он кивнул, я поблагодарил его.

– Есть хочешь?

– Да.

– Подожди здесь.

И я стал ждать, радуясь, что вокруг кукурузное поле и высокие стебли скрывают меня от глаз. Я залез в сумку, достал повесть Уильяма Брауна. Я читал, терзаясь печалью и чувством вины, ведь Норман тоже когда-то выбрал себе фамилию Браун. Первые страницы рассказа я читал как свою историю. По правде сказать, она и была моей. Я читал, хоть меня и клонило в сон. Я читал о том, как он попал на борт парохода, направлявшегося в свободные штаты, к городам, которые мнил настоящими, к Канаде. Вот бы попасть в Канаду вместе с женой и ребенком.

Я, наверное, все же уснул. Проснувшись, я увидел того раба и еще какую-то женщину. Они сидели на корточках рядом со мною. Я сел.

– Я Джеймс.

– Я Эйприл, – ответил раб. – А это Холли.

Я кивнул в знак приветствия.

– Мы тебе принесли поесть. Куриные шейки и потроха, – сказала Холли. – И рис.

– Спасибо.

Еда была жирная, очень вкусная.

– Давно ты в бегах? – спросил Эйприл.

– Не очень. Я хочу отыскать свою семью, жену и дочь. Мне сказали, их отвезли на ферму Грэма.

Холли покачала головой, точно отгоняя дурные мысли.

– Вы там бывали? – спросил я.

– Нет. Но я знаю, что это ужасное место.

Я доел и поднялся на ноги. Стояла ночь, хорошее время, чтобы идти полями.

– Что ты намерен делать? – спросил меня Эйприл.

– Пойду искать семью, – ответил я.

– Ишь ты. То есть вот так вот заявишься на плантацию и спросишь, здесь ли они? – Эйприл смотрел на меня недоверчиво.

Я слишком хорошо понял его вопрос. Я и сам задавался им, но ответа пока не нашел.

– Там на месте разберусь, как быть.

– С ума ты спятил, – сказал Эйприл.

– Не то слово, – согласился я. – Меня разыскивают за побег, похищение, кражу и убийство.

– Ты правда все это сделал? – уточнила Холли.

– Какая разница? – спросил я.

– Пожалуй, и никакой.

– Да, сделал.

Я шагал в темноте по просторной долине, в низинах стояла грязь. Я видел вдали россыпь огней и думал, надеялся, что это Эдина. Послышались звуки людей. Нет ничего страшнее, чем звуки людей. Голоса, смех, стоны. Я увидел кольцо лачуг и догадался, что это жилища рабов. Я почуял вонь нечистот из выгребной ямы и подался в сторону. К одному столбу были прикованы четверо рабов, между ними стояла миска с кашей.

Мое неожиданное появление очень их напугало, но я успокоил их. Я сел рядом с ними, взглянул на их цепи.

– Грэм здесь живет? – спросил я.

– Здесь, – ответил высокий мужчина. Они все были крупнее меня.

– Я ищу свою жену и дочь.

– Женщины в другом лагере, – сказал второй.

– Зачем вас приковали? – спросил я.

– Они нас боятся, – пояснил первый под смех остальных. – Да мы сами не знаем. Наверное, надеются довести нас до животного состояния. Чтобы мы спаривались, как животные.

Я посмотрел на ржавые замки кандалов. Они были точь-в-точь как замок на цепи, что прежде висела на двери погреба мисс Уотсон, и я знал, что открыть его можно ножом.

– Мужики, убежать хотите? – Я специально назвал их мужиками. Во-первых, потому что они мужики, во-вторых, потому что им нужно было это услышать. – Я намерен забрать свою семью и убежать на север. – Я достал нож, который прихватил на кухне у судьи Тэтчера, и отпер их кандалы. – Я хочу найти мою жену и дочь.

– Черт, – сказал один из рабов и потер высвобожденную щиколотку.

Я отпустил их всех. Мы стояли. Они высились надо мною.

– Как зовут твою жену? – спросил первый.

– Сэди. А дочку Лиззи. Ей девять лет.

– Я видел, как привезли женщину с маленькой девочкой, – сказал он. – Недели две назад.

– Ты знаешь, где они? – спросил я.

– Полагаю, с другими женщинами.

Я сунул руку в сумку и достал пистолет. Мужчины попятились.

– Кто-то из вас умеет с ним обращаться?

– Мой последний хозяин палил во все подряд, – сказал прежде молчавший. – А я за ним наблюдал. Надо большим пальцем оттянуть вон ту штуку. – Он указал какую. – Это курок.

– А пули в нем есть?

Я протянул ему пистолет.

Он взял его, оглядел и вернул мне так осторожно, точно тот был горячий.

– Да.

На западе в небе висел полумесяц. Я понимал, что разумнее подождать, понаблюдать, проявить терпение и напасть в подходящий момент. Но терпения не оставалось. И я знал, что подходящий момент никогда не настанет. Знал я и то, что, чем дольше я буду ждать, тем вероятней меня обнаружат, случайно ли, по сообщению от спасенного Тэтчера.

– Идем, – сказал я.

– А план у тебя есть? Или “идем и все”? – уточнил самый крупный.

– Боюсь, что так, – ответил я.

– Да кто ты?

– Меня зовут Джеймс. И я намерен забрать мою семью. Можете пойти со мной, можете остаться здесь. Можете пойти и отведать свободы или можете остаться здесь. Можете умереть со мной вместе, пытаясь найти свободу, или можете остаться здесь и все равно быть мертвецами. Меня зовут Джеймс.

– Морис.

– Харви.

– Луэлин.

– Бак, – представился самый мелкий. – Идем.

Глава 11

План действий пришел мне в голову, едва мы приблизились к хижинам, где жили женщины. Впрочем, его и планом назвать нельзя. По лагерю рыскал белый, на поясе его висел кнут. Надсмотрщик шагал вперевалку, как все белые мужчины после того, как кого-нибудь изнасилуют.

– Разве нам не надо выяснить, где твоя семья? – спросил Бак.

– Они где-то здесь. Я знаю. Я чувствую. Но мы заберем с собой всех, – сказал я.

– Всех?

– Всех. Тут есть тропа на север?

– Есть дорога, – ответил Бак.

– И тропа тоже есть, – добавил Морис.

Я посмотрел на белый дом, высившийся к западу от нас. Видимо, разведение –