Кукла 9 - Мир
С задержкой получила ответ «Это не вата! Это все МОЁ!» и выставленные вперед бидоны в том самом бюстгальтере. А сестренка явно заулыбалась в душе — жертва найдена! А уж когда на новую провокацию над ней самой захотели подшутить, предложив потрогать, если не веришь, ехидно лыбясь и чуть ли не смеясь всей толпой сисястых теток, сестренка и вовсе, чуть ли не танцевала от радости — теперь то не уйдут! Силиконовые вы мои!
Меня, впрочем, это всё как бы и не касается, и слежу я за сестренкой так, в пол глаза, в четверть уха слушая её заливистый щебет и слегка басовитые ответы от мадмуазель, что выбраны жертвой её игры. Я — имею свою цель! Что уже заметил мой пристальный взор, сосредоточенный на себе. И мою целеустремленную и неторопливую походку к нему через весь зал. И уже… начал нервничать! Не понимая, чего это я так на него пристально пялюсь, зачем иду, и что мне вообще может быть нужно от этого прославленного охотника, нацепившего броню на больничную пижаму, и зачем-то сверху еще и замотавшись простынкой.
И первое, и главное, что я могу сказать, глядя на него с расстояния, так это то, что он живой! Это как бы очевидно — шевелится же! Но все же! И… пусть он и высадил свой источник казалось бы в ноль, но все же не до той степени, когда вся его работа схлопывается. И его существование прекращается. Когда… наступает конец, охотник лишается сил, и — умирает! Что очевидно и ожидаемо, ведь без энергии, прущей изнутри наружу, тело, привыкшее жить на постоянной подпитке, жить и дальше просто не может.
Но Торнадо жив! А значит — и его источник сил все еще пашет! Пусть и… явно дестабилизирован, и работает… как-то неправильно. Возможно и вовсе — на гране коллапса! А возможно просто, не может «схватить» и нормально запустится. Не может создать стабильную оболочку и… или ему тупо не хватает топлива?
Хм, броня мешает! Невидно ничего. Надо поближе посмотреть! И вообще — сравнить с нормальным ядром! И… Мирана заметила мой взгляд, брошенный на неё через плечо, вздрогнула всем телом непонятно почему, и будучи итак стоящий подле двери, непонятно чего и кого ждущей, поспешила свалить прочь, пока я что-нибудь на её счет не придумал.
Трусиха! Убежала… унесла стабильный образец прочь от меня! Не дала мне провести исследование и параллельное сравнение. И… как бы и Торнадо, на которого я вновь пристально пялюсь, тоже, не свалил, посчитав такое действие… наиболее правильным в такой ситуации.
И свалил бы! Да он не в том состоянии чтобы спасаться бегством! И иметь шансы сбежать от меня на своих двоих. И осознал это и сам. И явно принял свою участь, с комфортом расположившись на мягком диванчике, ожидая… что же я там придумаю и вякную, беззастенчиво пялясь на его персону, словно бы желая просверлить дыру у него в груди.
Ну… я действительно не прочь от дыры у него на груди! Но не в теле, а в броне — мешает! И я толком не могу понять, что же там… впрочем — а даже если бы мог, чтобы мне это дало? Накормить его чужой силой не выйдет, они не совместимы! И сторонне вливание энергии сейчас для него точно будет смерти подобно, и точно дестабилизирует ядро.
Это как… крутануть чихающий, но работающий двигатель в противоположную сторону! Точно заглохнет! Без шансов на запуск. А подобрать нужную частоту для работы в нужную сторону нереально — проще сто значный код подобрать, чем это! Тем более сейчас, когда из-за состояния истощенного ядра, его магическая частота… нестабильна! И колеблется, словно бы пульс.
Туда, сюда… действительно что ли топлива не хватает для нормального цикла? И «сердце его» то сжимается, то расширяется. Хм, а ведь и правда похоже на то! Вспышка, просадка, вспышка… да, оно! А теперь вопрос — углерод или водород? Чем его подкормить для стабильного запуска?
Оглядываюсь вокруг, слыша, как мужчина-охотник пятеркой под шлемом выдыхает. Смотрю на столики, где из съестного осталось только вода — да, скорее всего она! Надо… организовать ему… насыщенную воду! Не факт, что поможет, но… это мне особо ничего не будет стоить.
В закромах тайника нахожу боеголовки термоядерных ракет, беру оттуда немного порошка детрита лития. В ином уголке, нахожу припрятанный кислородный баллон и… смешиваю все в стальной герметичной ёмкости! Окисляя детрита лития на окись лития и воду.
Сестрица, мои манипуляции в тайнике тут же замечает, и перестает щебетать на тему молока в бидонах, и можно ли его само пить, самой себя доя, и смотрит в мою сторону с видом «Брат, что ты там делаешь? Зачем и для чего».
Я пожимаю плечами и улыбаюсь в ответ, глядя на неё через зал, выражая тем самым простое и только ей понятное — работаю! Сестра — вздыхает, закатывает глаза, и отворачивается, возвращая внимание дамам, выражая тем самым «Ну, ну! Работай! Потом расскажешь, что придумал-учудил!». Я вновь улыбаюсь — конечно расскажу, сестренка! Точно зная, что она меня видит и понимает, хоть и глаза её сейчас обращены в иную сторону от меня. И на её губках на миг мелькает улыбка — спасибо, брат!
Окисление происходит успешно, но вот отделить окись от насыщенной воды до конца все же не удается. В газах я не в состоянии проводить хоть какую-то внятную очистку от примесей, не в состоянии отлавливать одинокие молекулы из смеси. Просто не увижу их! Впрочем, это же касается и твердых тел.
Так что проводить очистку для состояния нулевых примесей, да или даже приближенных к ним значений не могу, никак, вообще. Вернее — это уж слишком трудоемко! И что-нибудь все равно да пропущу. Так что я в состоянии убирать только видимые дефекты, заметные вкрапления и муть из структур, и ничего кроме.
То, что невидно глазу — не моё. А потому — даже визуально чистые кристаллы вышедшее из-под моей руки все равно будут иметь в себе немалый процент сторонних включений, просто увидеть их будет нельзя.
Так что камни на башенках замка не абсолютно чисты, хоть и выглядят такими, ну а с газами, и жидкостями, все еще хуже и сложнее. И тот же технически чистый кислород мне при всем желании не получить, а потому я и храню в тайнике баллон с этим газом,
