Джеймс - Персиваль Эверетт

скопления валунов исчезают, новые появляются в одночасье. Вот почему мы понятия не имели, где находимся. Красть лодку не было смысла, ведь идти на веслах вверх по течению еще медленнее, чем пешком, а сил отнимает больше. И мы снова отправились в путь на своих двоих, река была справа от нас, но видели мы ее не всегда.

Глава 5

Если ад стал тебе домом, получается, вновь очутившись в аду, ты вернулся домой? Но даже в аду, коль скоро он существует, найдется такой уголок, где жар от огня прохладнее и камни язвят не так больно. Таков был мой ад. Там ждала меня и семья, там ждали меня и напасти: выгребная яма, караульный надсмотрщик. В город мы с Геком прибыли поздно вечером, выспавшись на берегу напротив острова Джексона. Как давно мы с ним прятались в этой пещере! Казалось, теперь, когда Геков папаша мертв, нам в здешних лесах особо бояться нечего, но, разумеется, это было не так. Меня разыскивали за побег и, пожалуй, вдобавок за похищение, кражу, убийство. Солнце давно закатилось, когда мы вышли к лачугам рабов. Костер горел там же, где он горел всегда, но вокруг него не было ни души.

– Беги к мисс Уотсон, – сказал я Геку.

– Я останусь с тобой, – заупрямился он.

Парнишка прошел за мной по двору к моему дому. С тех пор как я убежал, здесь все переменилось и ощущалось иначе. Тишина стояла такая, что меня одолел испуг. Я прибавил шаг.

– Джим? – Это был Дорис. Он приблизился к нам и уставился на меня. – Джим? Бог ты мой. Где же тебя носило? – Тут он заметил Гека и повторил вопрос: – Божечки мои боже, и где енто ты шлялси?

– Вот те на, и ты тоже, Дорис? – удивился Гек.

– Что здесь происходит? – спросил я.

Мир обрушился на меня, как все воды реки Миссисипи.

Дорис покосился на дверь моей хижины и снова уставился на меня.

Я переступил порог. Над очагом спиною ко мне стояла женщина. В дальнем углу на соломенном тюфяке валялся мужчина. Меня охватила злость. Неужели Сэди назначили нового мужа? Неужели такое возможно?

Женщина повернулась ко мне. Она была не Сэди. И от этого меня охватило облегчение и вместе с тем тревога. Мужчина встал. Высокий, широкоплечий.

– Вы кто? – спросил я женщину.

Она бросила долгий взгляд на Гека.

– Я ить Кэти. А енто вон Коттон. – Она указала на мужчину.

– Я пыталси тебе сказать, Джим, – добавил Дорис.

– Расслабьтесь, – ответил я. – Парень знает.

– Чево знает? – уточнил Дорис.

– Про наш язык, – пояснил я.

Дорис вздохнул.

– Хорошенькое дело.

– Что ты хотел мне сказать, Дорис? Что ты собирался сказать мне?

– Про Сэди и Лиззи, – ответил он.

– Где они? – Я снова обвел взглядом хижину.

Женщина посмотрела на Дориса и уставилась на земляной пол.

– Дорис?

– Джим, их продали.

Я прекрасно расслышал эти слова, но все равно уточнил:

– Что?

– Их продали.

То, что случилось дальше, расплывается в моей памяти: помню, как стою на коленях. Я рыдал, натурально рыдал. Я почувствовал, что Гек меня обнимает. Через его руки мне передавалась его тревога. Я поднял глаза и увидел смущенные лица Дориса, Кэти и Коттона. Мне еще никогда не было так горько.

– Кто их купил? – спросил я.

Разумеется, они не знали и не могли мне ответить.

– В какую сторону, Дорис? В каком направлении их увезли?

Дорис покачал головой.

– Но они уехали вместе, – сказал он. – Это же хорошо, Джим. Их не разлучили. Разве это не хорошо? Надзиратель, Хопкинс, пришел, увел их, и они уехали.

Я посмотрел на Гека. Кажется, впервые в жизни он увидел меня по-настоящему.

– Гек, ты должен мне помочь, – сказал я. – Кто-то должен мне помочь. – Я никогда так не плакал. – Гек?

– Да чего я могу? – спросил он. Глаза у него покраснели от слез – наверное, как и мои. – Я всего лишь ребенок.

– После того, что ты пережил? – возразил я. – Ты мужчина, Гек. Ты можешь узнать, кто их купил и куда их увезли.

– И как же мне это сделать?

– Ты смекалистый. Сообразишь. Поспрашивай. Расспроси всех и каждого. Поройся в бумагах на столе судьи Тэтчера и найди купчую. Он ведет все дела мисс Уотсон. В общем, придумай что-нибудь. Представь, что это такое приключение.

Это убедило парнишку: он вдруг вновь превратился в парнишку, в ребенка.

– Может, Том мне поможет.

Я кивнул.

– Джим, тебе нельзя здесь оставаться, – сказал Дорис. – Тебя ищут. И если найдут, наверняка вздернут.

– Так и есть, – подтвердил Коттон. – Тебя ищут будь здоров как. За разные преступления. Я слышал их разговоры.

Кажется, этот здоровяк побаивался меня. Видно, за мной утвердилась грозная слава.

– Гек, – произнес я, – беги к мисс Уотсон и скажи ей, что ты вернулся с того света. И еще скажи, что ты видел, как я утоп при крушении парохода. Сочини ей интересную историю.

– Ты хочешь, чтобы я соврал? – спросил Гек.

– Да, я хочу, чтобы ты соврал. Не можешь же ты сообщить ей, что я мертв, и всерьез думать, что это правда. Да, я хочу, чтобы ты соврал. Ври напропалую. Ну ступай.

Гек выбежал из хижины. Коттон, наклонив голову, проводил его взглядом.

– Ты, наверное, и впрямь человек страшный, раз командуешь белой трещоткой. Пусть он еще мальчишка.

– Извините, что я к вам вломился, – сказал я Кэти и Коттону. – Мне пришлось нелегко.

Они кивнули.

– Вы не возражаете, если я посплю у вашего очага? – Я видел, что Коттон боится, не за себя, так за Кэти. – Ничего страшного. Я найду, где поспать в лесу.

– Ты голодный? – спросила Кэти и взяла Коттона за руку.

– Нет, просто устал.

– Мы постараемся сохранить твою тайну, – пообещал Дорис. – Но постарайся не попадаться никому на глаза. Если надсмотрщик тебя увидит, ты покойник.

– И мы тоже, – сказал Коттон.

– Знаю, – ответил я.

Дорис вздохнул и выглянул за порог.

– Ладно, Дорис. Спасибо. – Я посмотрел на Кэти и Коттона. – Меня не найдут. Обещаю.

Коттон кивнул.

Я улегся на земляной пол у очага. Тепло отупляло – то, что мне было нужно. Запах горящей сырой древесины навевал привычное ощущение, которого мне не хватало. Я почувствовал, как глаза мои закрываются. Кто-то накрыл меня одеялом.

Глава 6

Nous devons cultiver notre jardin[9], – сказал мне незнакомый парнишка, тощий и косоглазый, похожий на белого.

– Извините, я не говорю по-французски, – ответил я.

– И тем не менее в твоем сне я говорил по-французски.

– И тем не менее говорили, – признал