Холоп - Ольга Леонидовна Погодина-Кузмина

ее кусают комары, начальство требует пригнать Гришу на берег. А этот мажор конному инструктору про метро заливает.

– Мы ж там не только по небу летаем, мы и под землей ездим! Здоровенные такие червяки перетаскивают толпы людей – из дома на работу, с работы домой...

Лиза моргнула.

– Страшно, наверное?

– Да вообще жуть! Я поэтому туда и не спускаюсь.

Лиза в это время вопросительно посмотрела на Прошку, тот подавал ей какие-то знаки.

Лиза поняла, спросила:

– Прош, а что ты там насчет Аглаи Дмитриевны?

– Найти не могу! Пропала! Не случилось бы чего! С ней! Вроде на берег пошла! – надсадно кричал Прошка.

Гриша встрепенулся, вспомнил брошенную барышней реплику: «Утоплюсь!». Вдруг – и правда...

– На берег?! Что ж ты сразу-то не сказал, дебил?!

Гриша побежал в сторону реки.

– Ну вот, я еще и дебил! – проворчал Прошка.

Лиза ответила ему понимающим взглядом.

Между тем на берегу замерзшая и обозленная на всё Аглая, поправляя веночек со светлячками, наконец получила долгожданный сигнал о приближении спасителя Гриши. Начала красиво заходить в воду под Гришкины крики:

– Аглая! Аглая!!!

Обернулась, бросила на него призывный взгляд, погружаясь в водную пучину.

Гриша забежал в воду, вытащил роковую барышню на берег. Тащить было тяжело, ноги вязли в речном иле, и Гриша не особо обратил внимание, когда Аглая выпростала плечико из мокрой прозрачной рубашки.

Лежа на траве, она со страстным придыханием простонала:

– Зачем ты спас меня, Гриша?! Зачем мне эта жизнь без любви?

Она закрыла глаза в ожидании – вот сейчас самый подходящий момент для поцелуя. Но поцелуя всё не было.

Аглая глаза открыла.

Гриша вытряхивал воду из сапог.

Она простонала.

– Отнеси меня отсюда в каретный сарай. Не хочу, чтобы нас увидели.

Что делать, барышня приказала – надо нести. Так решил Гриша, хотя сейчас бы лучше вернулся к костру и просушился как следует. Рядом с Лизой.

В каретном сарае он усадил Аглаю Дмитриевну в карету и собирался уйти. Но она вдруг повисла на шее и прижалась к губам со страстным поцелуем.

– Ну иди ко мне, мой спаситель! Согрей меня!

Гриша отстранился, сморгнул.

– Я сейчас мигом. Пять сек.

И убежал куда-то, придурок. Аглая в карете приняла сексуальную позу в ожидании Гриши. Наконец каретная дверца долгожданно скрипнула.

Аглая в изумлении распахнула глаза.

– А где мажор-то?

Перед ней стояла Любаша с пледом и чашкой горячего кофе.

– Извините. Новый поворот сюжета.

Гриша между тем вернулся к костру, но Лизы там уже не было, один Прошка грел у огонька озябшие руки. Гриша присел рядом и начал горячо и настойчиво выпытывать у Прошки, где живет Лиза и что о ней известно. Прошка только руками разводил. Но было похоже, что рассказать хоть что-нибудь придется.

В аппаратной Павел Григорьевич недоумевал.

– Час от часу не легче. Мой сын только что отказался от бабы. И подсел к мужику. Учти, мозгоправ: если ты ему еще и ориентацию переделал, ты сильно пожалеешь, Лёва.

Лев прервал его. Заговорил в микрофон, соединенный с актерской:

– Гриша ищет Лизу. Внимание! В актерской – тишина! Все замерли! Никому не высовываться!

В актерской было немного народу – в основном пьяные, кого убрали с праздника. Кто-то щелкал клавишами на ноутбуке, Барчука тошнило, он склонился над ведром, Лиза стояла рядом в джинсах и футболке, держа наготове бутылку воды. После объявления Анастасии началась паника, все убрали гаджеты и отошли от окон. Замерли.

Гриша постучал в окно избы.

– Лиза! Ты куда убежала-то? Пошли гулять. Я тебе еще про будущее расскажу.

В ответ услышал спокойный голос:

– Не могу. Меня отец не пустит. Плохо ему.

Гриша не отставал.

– Лиза! Говорят, с кем эту ночь проведешь, с тем на всю жизнь останешься. Уверена, что хочешь провести ее вот так?

Ответа не дождался. Постоял еще и пошел прочь, недоумевая, как такое могло получиться.

Глава X

Порка

На другой день Лизу вызвали в аппаратную. Психолог Лев долго с ней беседовал, объясняя ситуацию.     I

– С этой ночи у Гриши с Аглаей должен был начаться роман. Потом она бы сказала ему, что забеременела. Грише пришлось бы противостоять ее отцу. И под страхом казни бежать вместе с ней. То есть взять ответственность за любимую женщину.

Лиза кивнула.

– Красиво.

Психолог Лев прищурился.

– Но вчера наш объект выбрал себе немного не ту любимую женщину.

Лиза спокойно пожала плечами.

– Я тут ни при чем, я ничего такого не делала.

Психолог покачал головой.

– Как это не делали? Вы сказали, что вы ему верите. Вы теперь для него самый важный человек во всём мире. Так что без вас нам теперь не обойтись. А про Аглаю можно забыть.

Лиза твердо заявила:

– Извините, но спать я с ним не буду!

Психолог улыбнулся.

– Я и не прошу с ним спать...

Лиза продолжала:

– И целоваться не буду! Он мне вообще не нравится!

– Так он и мне не нравится. Он пока просто гадкий утенок. Но у нас с вами есть шанс вырастить из него прекрасного лебедя!

После в актерской обсуждали произошедшее.

– Какого утенка? Какого лебедя? Тебе хоть денег накинут?

Лиза задумчиво рассуждала.

– Ну, не знаю... А мне понравилась его мысль. Я же реально могу помочь из Гриши человека сделать! Мы же здесь все ради этого! А про деньги я и не спросила.

– Вот тетеря! – подвела итог Любаша.

Но про себя подумала: «А может, эта девчонка не так и глупа!»

Утро началось с недобрых вестей.

На барский двор въехала бричка с сеном. Приказчик Авдей уныло сидел на козлах, приговаривая:

– Беда! Дмитрий Алексеич, беда!

На крыльцо вышел Барин в шелковом халате, за ним Аглая в черном платье. Гриша и Прошка с любопытством наблюдали за сценой из ворот конюшни.

Барин неспешно, властным голосом вопрошал:

– Что стряслось, Авдейка? С Лёшей чего?

Приказчик быстро закивал, причитая:

– С ним, ваш сиятельство, с ним самым! Горе-то какое, ох, святые небеса, не углядел!

Были мы с ним в городе по делам, и уговорил он меня в кабак зайти...

Барин, гневаясь, сдвинул седые брови.

– Как в кабак?! Я же кабак настрого запретил!

– Виноват-с. Ослушался. Не мог возразить. Он мне в рожу дал, – жаловался приказчик Авдейка.