Последний в очереди - Мария Рашова

уже не понимаешь, почему ты совершаешь очередной глупый поступок, кто тебя тянет за язык оскорблять, осуждать и унижать других людей, почему вдруг тянет на блуд, а с балкона, выйдя покурить на развеселой вечеринке внезапно хочется прыгнуть вниз. Казалось бы, пара небольших нераскаянных грехов – и вот вы уже деревянная кукла на веревочках, дрыгаете ручками- ножками по велению кукловода, а думаете, что по своей воле. Каждый раз поражаюсь, как же у этих тварей все продумано по возрастающей: первый грех, на который толкают человека, такой маленький, что многие его не замечают. Никогда не понимал фразы « Нет маленьких грехов, все грехи одинаковы», а теперь вдруг как понял, как понял. Каждый грех тянет душу человека вниз, в преисподнюю, каждый. Каждый грех ложится на совесть тяжким грузом. Если сразу после этого «маленького» греха умереть, можно легко сгрохотать в ад, так как «в чем увижу, в том и судить буду». Никогда этого не понимал, а тут все сошлось. Необходимо тщательно следить за всем, что ты делаешь, за всем, что ты говоришь и что думаешь. 24/7 необходимо это делать. Потому что тот, кому не терпится, чтобы ваша душа сгрохотала в преисподнюю, тоже следит за вами 24/7. И ему ой как хочется, чтобы вы успели нагрешить и, главное, не раскаяться, чтобы хватило на то, чтобы душа была полностью закабалена, чтобы цепи, гири и кандалы не дали ей взлететь, чтобы черная паутина на сердце не дала покаяться. Уже много тысяч лет приемы одни и те же, и они их не меняют, потому что те работают. Зачем менять, если что-то работает веками? Я знал их приемы наизусть, иногда на них попадался, но я едва мог уследить за своей жизнью. Мне горько было смотреть на миллиарды, упрямо шагающих по широким дорогам в ад. Но я ничего не мог с этим поделать. Оставалось лишь смотреть, как происходит неизбежное. Всегда ненавидел этот процесс отделения зерен от плевел. Только человек с ледяным сердцем мог бы спокойно наблюдать его. Кто угодно, только не я. Я все еще был горяч и не собран. Ничем не мог помочь, но сопереживал всем сердцем. Сердце мое горело за каждого, которого тащили на аркане в ад. Я видел этих тварей, чувствовал их присутствие по запаху. А они видели меня и тщательно ненавидели вот уже не первую жизнь. Я не мог ничего поделать – не в моих полномочиях было устраивать апокалипсис и травить их дихлофосом, как противных рыжих тараканов – могли пострадать люди, души которых находились в финальной очистительной стадии, чтобы, наконец, после смерти попасть в рай. Приходилось терпеть. Этот процесс отбора был запущен Им много веков назад. Не я его запускал, не мне его останавливать: я помнил про свое место в конце очереди. В конце концов, нужно было смиряться.

Я уже почти дошел. Москва река в масштабах не шла ни в какое сравнение с Невой – так, ручеек, но и она приносила облегчение измученной душе. Если долго смотреть на ее воды, можно было кратковременно забыть о всех своих мучивших душу проблемах. В этом смысле Москва река отрабатывала гордое название на все 100. Я долго и внимательно посмотрел в ее свинцовые воды. Вздохнул. Стало полегче. Сработало.

Я, честно говоря, не очень то и понимал, зачем меня вызвали. Вроде не косячил и никаких крупных просчетов за мной в последнее время не водилось. Но я понимал, что меня вызвали не просто так, не цветочки нюхать. Да и откуда в ноябре цветочки? Да и нас никогда не вызывают в Центр просто так, с бухты-барахты. Нужен весомый повод. По настоящему весомый. Я проглотил комок в горле и попытался прекратить мурашки по коже – куда там, они разбегались, как настоящие муравьи, нахально щекоча меня. Мда, владение телом у меня так, наверное, с четверки и не поднялось. Да хуже, хуже, сдавай я сейчас экзамен, небось, влепили бы тройбан. Плохо, товарищ светлый, плохо. Опять мне выскажут это и попеняют на совесть. С совестью у меня было все в порядке, я знал, что чтобы быть хорошим светлым, нужно работать над собой. И я не чурался никакого труда, я знал, что без него ну никак « не выловишь» рыбку, что нужно быть внимательным, бодрым, не распускаться, всегда быть готовым к нападению и уметь его отразить. Задрожал воздух, я вздохнул. Портал открылся, как всегда, неожиданно. Ох уж эти шпионские штучки – никогда не знаешь, когда и где. Мне ничего не оставалось, как шагнуть вперед. Я набрал в легкие московского воздуха и мое тело, как обычно закрутило в турбулентности. Ох, как я не люблю вот это вот все. Потом еще тошнить, небось, будет, все как обычно. Портал выплюнул меня так неожиданно, что я не успел спроецировать свои ноги в вертикальное положение и плашмя ударился о пушистый ковер, проехав по нему своим таблом. «Повезло же, что ковер,– успел подумать я, как неведомая сила подняла меня и поставила в вертикальное положение. «Вы так и не исправили свою четверку по владению телом», – мрачно произнес голос того, кого я никогда не видел. «Нет»,– пробормотал я, мне хотелось вжаться всем своим телом в пол, сравняться ростом с высотой ворса ковра, чтобы никто никогда больше меня не видел. «Очень жаль», – продолжил голос. Дальше почему-то мы перестали разговаривать и я оказался в межволновой бочке, где данные передавались мне по воздуху и любая моя мысль считывалась мгновенно и служила моим ответом в диалоге. «Так быстрее»,– услышал я его фразу в своей голове и мысленно кивнул. Мда, это вас не в офисе вызвали на ковер перед начальником и вы мысленно послали его на три буквы, на секунду почувствовав себя королем, нет, тут начальник знает все про вас и любая ваша мысль немедленно транслируется ему в голову. Я мгновенно вспотел как последний мокрый кот, самонадеянно дефилирующий по бортику и внезапно свалившийся в ванну. Тут вам не здесь, тут вам за мыслями ох как следить надо. Бочка тем временем вибрировала и мне шли данные об общей картине взаимодействия по Москве, прибыло – убыло темных и светлых, убиты, инициированы, участие в боях, уровни, бла-бла-бла. Как обычно, сгустки темной энергии в Выхино, вспышки ненависти на ВДНХ, разборки на Китай городе. Все мы это уже слышали, все проходили, ничего нового. Ага, вот и то, зачем меня сюда позвали. Проект невиданной силы, неоцененного влияния на людей, мощности,