Григорий Захаров - Ролевик: Адепт мира Звёзд

  «Если хочешь, оставайся так.»

  Она отмахнулась от меня и как-то даже с радостью ушла за Саван, послушно раскрывшийся перед умершей.

  — Легкого тебе посмертия, — выдохнул я, подобрал хран и повернулся обратно.

  — Ббб, — парнишка дрожал губами, но всё-таки выговорил: — Д-д-демоны ушли?

  «Демоны?» — чуть было не ляпнул я. А, точно, было дело. Ещё Сандра говорила, что демоны умеют захватывать мертвые тела.

  Так это демоны были?!

  — Ушли, — вздохнул я.

  — Вы такой сильный, господин маг! — парнишку, кажись, накрыло послебоевым откатом: — А они все такие слабые! Только и могли, что рычать и шататься!

  — Да-да-да, — нетерпеливо пробормотал я: — Пошли обратно. Не могу больше видеть это болото.

  А зомби здесь я больше и так не увижу.

  Мы брели обратно по тропинке, уставшие и мокрые. В такой дождь хрен разберешь, сколько прошло времени, и кажется, что очень много... Правда, коммуникатор не согласен, и показывает жалкие полчаса с последнего запроса.

  Что ещё более пакостно, все мои попытки прекратить этот чертов дождь провалилилсь. Если раньше я попросту экономил силы для боя с нежитью, то теперь мог развернуться во всю ширь... Но тщетно. Мана уходила как в бездонный колодец, а воздух и тучи даже не колыхались.

  В какой-то момент я обнаружил, что проваливаюсь в транс — но даже не удивился этому. Только выпустил наружу стихи, бродящие по душе:

  — Нам недосуг бороться,

   мы наугад идём.   Чья-то душа прольётся   в душу твою дождем.   Как ты давил педали,   Трусов бросало в дрожь!   Мы лишь слегка отстали.   Мы на подходе. Дождь.   На подходе... Дождь...[12]

  — Так з-звучит з-заклинание? — внезапно заинтересовался проводник, шлепающий впереди и стучащий зубами.

  — Это стихи, — ответил я, подумал, и добавил: — И заклинание.

  Впрочем, это заклятие на дождь тоже не подействовало.

  Когда мы добрались до лагеря, мокрые, голодные и грязные, то мигом попали в оборот к двум отсиживавшимся в относительной сухости обозникам. Эти хитрюги, убедившись в безопасности покинутой деревни, мигом организовали костерок под крышей одного из более-менее целых домов, просушили вещи и приготовили еду.

  Мало того, в нас ещё попытались влить для сугреву какой-то странной бурды, судя по запаху и плавающих в ней ошметках — с мухоморами. Парнишка-проводник принял за милую душу, а мне такой сугрев обещал только проблемы с магией. Обозники не поняли:

  — Как же так, господин инспектор? Вы же холодные оба, тут и до горячки недалеко!

  — Мне горячка не грозит, — отмахнулся я, присел к костру и приступил к ужину. Горячая еда, тепло от костра — что ещё надо для защиты от болезней?

  Подкрутить вероятности, конечно же. На всякий случай.

  В середине ночи я резко и неожиданно проснулся.

  Вовремя.

  Сверху на меня падал парнишка-проводник. С ножом, направленным мне в грудь.

  Я успел немногое. Активировать защитное поле и попытаться откатиться в сторону.

  Слава случаю, что Граница Души не пропускает ничего! При попытке откатиться я запутался в собственном плаще.

  Впрочем, парнишка как-то не заметил этого. Соскользнул по защитному полю, упал на пол и как-то беспорядочно дергался. Мало того, правой рукой, с ножом, умудрился угодить в огонь, но даже этого не заметил.

  Со второй попытки я все-таки смог откатиться в сторону и подняться.

  Парнишка к этому моменту перестал дергаться, вытащил руку из костра и с шипением стал подниматься.

  Я пристально взглянул на него, активируя Прозрение Разума — ну а на самом деле, что это с ним, если не воздействие на разум?

  Странно. Всю его психосферу занимала одна-единственная эмоция, даже почти Страсть — он боялся.

  Ух ты как интересно-то!

  Парнишка развернулся, увидел меня и снова двинулся на меня. Я с интересом смотрел на его реакцию. Вообще забавно следить за кем-то, кто так боится тебя.

  Он неловко ударил по куполу Границы Души. Ударил ещё раз, куда ловчее — с тем же результатом...

  А потом он меня удивил.

  Его тело буквально распухло, наращивая мыщцы. Правда, слишком уж сильно нарощенные мышцы разорвали кожу, да и зачем нужно было растить мышцы лица, я не понял. Хотя какой логики я ожидал от одержимого страхом?

  Одержимого?!...

  Впрочем, даже и такого усиления ему не хватило, чтобы пробить мою защиту. Еще бы. Он так долбиться может долго и упорно, а я его могу убить одним ударом.

  Вот только я ему обещал, что защищу от демонов, и... Не защитил. Я должен его хотя бы спасти.

  Но как?!

  Я сделал шаг вперед и окружил его защитным полем, вынудив забиться в импровизированную темницу.

  Одержимый задергался, а когда я потянулся к его разуму, задергался пуще прежнего.

  Эм. Такое ощущение, что у него нет никакого разума, кроме всепоглощающего чувства страха на все, что он чувствует.

  А вот дух не затронут, но сжат куда-то вглубь и чем-то закрыт.

  И что с ним делать?

  Когда проснулись и вылезли наружу двое других обозников, то мои предположения подтвердились — мужики хором заорали:

  — Демон!

  И вознамерились было свалить, но приросли к месту после моего рыка:

  — Стоять, сукины дети! Я его держу! Подошли и рассказали мне о демонах!

  Один из них жалобно пробормотал:

  — Да что о них говорить, давайте его сожжем, раз уж вы его держите.

  — Это наш проводник, и его сжигать нельзя!

  — Как знаете, господин инспектор, а все-таки лучше его сжечь...

  — Никого не нужно сжигать, — произнёс спокойный голос в стороне. Я обернулся на звук.

  Интересная личность. Чем-то меня напоминает — лысый, уверенный в себе, одно только не так — уши длинные и острые.

  И Аватар весьма заметный — непривычный, но мощный.

  — Отступник! — ахнул мужик.

  Остроухий поморщился:

  — Какая разница...

  — Приветствую, коллега маг, — перебил его я: — Меня зовут Макс. Что скажете? — и кивнул на одержимого.

  — Вот что, — и от мага к одержимому потянулись потоки энергии: — В сторону!

  Я послушно свернул защиту и отпрыгнул в сторону до того, как вокруг одержимого замкнулся круг заклинания.

  Странного заклинания. Такое чувство, что мне не хватает зоркости, чтобы разглядеть подробности. Впрочем, финальный Эффект я узнал: отсечение эмоции, конкретно, страха.

  Тело парнишки сдулось как воздушный шарик и без чувств упало на землю.