Мальчишка, что посмел мечтать - Кирилл Владимирович Волков

несколько. Капитан изменил хват шпаги, что держал в левой руке, острием вниз. Еще один испанец, еще один замах, но Эдвард начал вращаться влево, отразив и отбросив шпагу атакующего одной из своих и прикончив его, проведя уже вторым клинком по брюху и вывалив его красноватые кишки на палубу. Продолжая свое вращение, капитан поднял ногу и с хлопком попал по полумертвому солдату, откинув его к фальшборту. Еще двое бежали и готовились нанести свои размашистые удары по убийце их товарищей. Капитан вновь перехватил шпагу и сразу же заблокировал удары испанцев. Их шпаги столкнулись, но испанцы не теряли надежды настигнуть своей карой жалкого пирата и продолжали давить клинками, тупя их, подводя лезвия к его плечам. На лбу защищающегося начал проступать пот стараясь охладить уж чересчур горячую голову, который вскоре смешался с испанской кровью на его лице. Секунда — капитан уперся левой ногой в палубу и со всей силы толкнул их шпаги вверх. Скрестил свои руки в воздухе и провел шпагами по солдатам разводя руки в стороны. От этих ран на животе красномундирные замертво упали на палубу.

После этого финта Эдвард начал свой «танец» — вращаться, размахивая шпагами, как казалось хаотично, одновременно блокируя удары и нанося свои. Через несколько секунд все бежавшие на него солдаты лежали на палубе у его ног, кто-то еще жив, но, пожалуй, ненадолго. «Говорят человек только перед смертью по-настоящему узнает кем он был.» — пронеслось в голове Джонсона в тот момент, когда он забирает жизнь у уже беспомощного солдата. Остался лишь один, что скрывался до этого момента за мачтой, но теперь осмелел и стоял за связанным Полом, судорожно сжимая рукоять кинжала у его горла боцмана. Он был одет куда богаче и лучше, чем остальные гвардейцы, что хоть чуть-чуть подсказывало капитану, кто перед ним. Эдвард опустил красные от крови шпаги острием вниз, к палубе, и плюнул за борт.

— А ты кто еще такой? — спросил спокойным тоном немного уставший и запачканный кровью капитан.

Прошуршало что-то в капитанской каюте и через пару секунд оттуда вылетает только-только пробудившийся ото сна Рей и аккуратно усаживается на плечо.

— Не помнишь?! — громко выкрикнул мужчина. — Не помнишь, черт тебя дери?!

— А должен?! — Рей немного нахохлился, видимо узнав мужчину.

— Должен! Но ничего. Я тебе напомню! Помнишь несчастного испанского смотрящего, у которого одной «замечательной», черт возьми, ночью один чертов пират, выкрал его любимца?! Прямо из клетки, что стояла в пару метров от меня! И я хочу забрать своего попугая обратно! — бросил свой неприятный взгляд на Рей обезумевший. — Попутно забрав как можно больше ваших несчастных жизней!

— Ха. — Эдвард лишь улыбнулся и немного задрал голову. — Значит, ты тот ненормальный смотрящий, что издевался даже над своим пернатым другом? Так не пойдет. Если даже твой собственный попугай не вызывал эмоций сострадания или доброты, то и жителям Гаваны ты этого не проявишь.

— Заткнись! С этого корабля никто не уйдет! — выкрикнул смотрящий еще сильнее и громче, еще ближе подставив кинжал к шее Дюка.

— Я только что убил у тебя на глазах десяток с лишним твоих парней, даже не поцарапавшись и не устав толком. Подумай еще раз и опусти нож. — чуть помахал клинками у земли юноша, демонстрируя отсутствие страха. — И может, быть уйдешь отсюда живым.

— Ты не в том положении чтобы мне указывать! Кидай шпаги на палубу и стой смирно! Хоть один шаг и горло твоего друга будет вскрыто как корпус брига от одного залпа линейного корабля!

— Хорошо, как скажешь. — юноша отпустил рукоятки своих шпаг и отбросил их ногой к смотрящему. — Но ты прав. — чуть завел руки за спину и обхватил рукоятки своих пистолетов. — От сюда никто не уйдет. — Эдвард быстро достал из-за своей спины пистолеты и выстрелил точно в голову смотрящему.

Через мгновение в голове смотрящего образовались два сквозных отверстия, а его бездыханное тело с грохотом падает на палубу. Капитан возвращает пистолеты в кобуру и идет к своей связанной команде, по пути подбирая шпаги и готовя в голове нотацию для них. Подошел к связанному Полу, достал кинжал и разрезал немного красную от крови веревку на его кистях. Боцман тут же достал изо рта тряпку, сел на палубу и начал развязывать веревку на ногах. А капитан уже подошел к Чарльзу, наклонился, разрезал веревку на кистях и на ногах, позволив квартирмейстеру судорожно достать из своего рта тряпку и начать плеваться кровью.

— Эдвард, я никогда не видел, чтобы человек так искусно владел шпагами. Ты их просто покромсал. — восхищенно начал Дюк, поднявшись на ноги.

— Хватит. Пол, развяжи всех, скиньте трупы за борт, отдрайте палубу и после этого ко мне на разговор с Чарльзом. Объяснитесь за то, что тут произошло ранним утром. Понял?

— Хорошо, Эдвард.

— Я пока отмоюсь. Рей, лети в каюту. — пернатый бросил загадочный взгляд на труп своего бывшего владельца, оторвался от плеча и полетел в сторону открытых дверей, ведущих в каюту, а капитан взял, разбежался и прыгнул за борт, в воду.

Через несколько секунд уже мокрый капитан забрался по борту на палубу. До нитки мокрый Эдвард прошел в свою каюту, снял грязную рубаху, сложил ее и положил на спинку стула. Чуть обтерся какой-то тряпкой, поменял мокрющие штаны и уже потертые сапоги и выложил на стол пистолеты, для сушки. Удобно устроился в свое кресло и устремил свой многозначительный взгляд на Рея, что стоял все это время на столе и немного крутил головой.

— Они долго еще будут там прибираться. Можно чем-нибудь заняться. К примеру… — чуть наклонился и открыл первый ящик. — Вот этим, например… — и кладет юноша перед собой на стол свой бортовой журнал. — Забавное утро получилось сегодня.

И началась энергозатратная и монотонная работа капитана. Выложив перед собой отчеты Чарльза и Пола за неделю, стал актуализировать информацию по провизии, по боеприпасам и по состоянию корабля. Неприятная работенка, но столь необходимая перед подготовкой «Пандоры» к вылазкам. А в это время за дверьми его начались разговоры, только уже на английском языке, а чуть позже послышались звуки и начавшейся уборки. Спустя полтора часа Эдвард закончил, положил свой массивный бортовой журнал в стол вместе с отчетами и развалился на стуле, удобно закинув ноги в чистых сапогах на стол. В этот момент в каюту наконец-то входит Пол и побитый Чарльз.

— Что произошло, когда я спал? — спросил с порога капитан, сохраняя внешне спокойствие.

— Они ворвались рано утром, часов в шесть. Мы тогда все спали. Они каким-то образом попали в