Священная война - Джек Хайт

***

Юсуф сидел в седле и смотрел, как франкские рыцари с грохотом несутся по равнине, гоня перед собой его воинов. Мамлюки, бедуины и туркменские застрельщики мчались к холмам, держась достаточно близко, чтобы франки следовали за ними. Юсуф удовлетворенно кивнул.

— Они проглотили наживку, Сакр. Пора отступать. Дай сигнал.

Сакр издал долгий звук рога, и ему ответили другие рога. Юсуф развернул коня и пустил его в галоп. Его личная гвардия, пятьсот воинов, последовала за ним. Перед Юсуфом выросли холмы, и вот он уже среди них, скачет по извилистой тропе между двумя высокими склонами. Он завернул за угол и резко остановился. Двести его копейщиков ждали впереди, выстроившись в десять рядов. Лучники притаились высоко на склонах по обе стороны. Как только франки попадут в ловушку, новые копейщики отрежут им путь к отступлению.

Юсуф свернул на тропу, зигзагом поднимавшуюся по левому склону. На вершине холма ждал Аз-Захир. Юсуф поручил ему командование засадой.

— Все готово? — спросил он сына.

— Это будет резня, отец.

С вершины холма Юсуфу открывался хороший вид на прибрежную равнину. Его воины уже приближались к холмам, а франкские рыцари все еще преследовали их. Позади них поле было усеяно сотнями мертвых, в основном его людей. Вдоль побережья христианские пехотинцы продолжали двигаться в Арсуф. Юсуф снова посмотрел на отступающих. Первые из его воинов достигли холмов. Он увидел, как дюжина мамлюков проскакала мимо по тропе у подножия холма. Копейщики расступились, чтобы пропустить их. Четыре франкских рыцаря последовали за мамлюками. Они завернули за угол и врезались прямо в копья копейщиков. Их лошади пали, а рыцари были изрублены.

Все больше мамлюков входило в холмы слева и справа от Юсуфа, преследуемые горсткой франков. Основная масса рыцарей скакала все ближе и ближе. Они уже почти достигли холмов, когда прозвучал рог. Он трубил снова и снова, и атака франков остановилась у самых холмов. Рыцари развернулись и поскакали обратно к Арсуфу.

— Йа Аллах! — выругался Аз-Захир. — Почему они повернули назад?

Юсуф, кажется, знал. Джон. Его друг предвидел засады. И снова он поставил свой долг перед франками выше дружбы с Юсуфом. Будь он проклят! Юсуфу была нужна эта победа, и не только для того, чтобы остановить Ричарда. Каждую ночь росло число дезертиров, а Эль Маштуб докладывал, что воины из Аль-Джазиры все еще злы на Юсуфа за то, что он не позволил им атаковать у Акры, когда Ричард перебил гарнизон. Победа положила бы конец их ропоту. С поражением он станет лишь громче.

— Приказать людям преследовать, отец?

— Нет. — Возможно, Юсуф сможет обернуть эту неудачу в свою пользу. — Пусть армия отступит за холмы. Я не хочу, чтобы завтра во время похода франков на Яффу были застрельщики. Пусть думают, что они разбили нас в великой победе. Иншаллах, это сделает их неосторожными, и тогда мы нанесем новый удар.

***

Сентябрь 1191 года. Яффа

Юсуф отодвинул лиственную ветку, пробираясь вперед сквозь рощу. Густой подлесок царапал его кожаные штаны и рвал темный кафтан, скрывавший доспехи. Он достиг края леса и увидел ждущего Аз-Захира. Его сын указал через прибрежную равнину на Яффу, находившуюся в четверти мили от них. В туманном свете раннего рассвета Юсуф едва мог различить руины крепости, сидевшей высоко на холме над городом. Его люди разрушили ее и снесли городскую стену, прежде чем франки заняли город. Юсуф прищурился и увидел дым на фоне бледного неба. Костры. Знатные сеньоры разместились в городе, но большинство их людей расположились в шатрах за стенами. Они еще не построили частокол. Зачем им? Они верили, что разбили армию Юсуфа.

Юсуф повернулся к сыну. Аз-Захир командовал разведчиками Юсуфа. Он наблюдал за франками с самой битвы при Арсуфе, пять дней назад.

— Ты говоришь, что видел, как люди покидают город?

Аз-Захир кивнул.

— Направляются на север, к Акре.

— Сколько их?

— Сотни. Может, тысячи.

— Они за припасами?

— Не думаю. Они не берут повозок, а те, кто возвращается, с пустыми руками. Что-то другое их туда влечет.

Юсуф догадывался, что это. После падения Акры франки хлынули в город из-за моря. Купцы, фермеры и ремесленники, бежавшие после падения Иерусалима, возвращались. А с ними — шлюхи, жаждущие обслужить воинов армии Ричарда.

— Ты хорошо поработал, сын мой. Оставайся здесь. Немедленно дай мне знать, если франки начнут готовиться к походу.

— Слушаюсь, отец.

Юсуф пробрался через рощу туда, где дюжина воинов его гвардии ждала с его конем. Он поскакал обратно в свой лагерь, скрытый за холмами в двух милях от Яффы. Утром, уезжая, он приказал своим эмирам собраться и застал их толпящимися в его шатре. Каракуш, его старый соратник, стоял рядом с Эль Маштубом, который опирался на посох, чтобы поберечь свое искалеченное колено. Аль-Афдаль стоял с двумя младшими сыновьями Юсуфа, которые присоединились к армии после Арсуфа. Масуду теперь было шестнадцать, а Якубу — четырнадцать. Юсуф едва узнал их, когда они прибыли. Он видел их в последний раз детьми, а теперь это были юноши, их редкие бороды были подведены сурьмой. Мухаммад и Нуман стояли с десятками менее знатных эмиров из Аль-Джазиры. Юсуф нахмурился. Он просил прийти лишь своих ближайших советников. Присутствие этих людей не сулило ничего хорошего.

Он резко обратился к своим эмирам.

— Сегодня мы идем на Яффу. Франки считают нас побежденными, и их гордыня сделала их неосторожными. Город слабо защищен. Они не построили нормального частокола, и многие их воины ушли в Акру. Мы атакуем полумесяцем, отрезав им все пути к отступлению. Аль-Афдаль будет командовать правым крылом, а Аз-Захир — левым. Я возглавлю центр. Вы все знаете свои места, и вы знаете свой долг. Очи Аллаха обращены на нас. Сделаем этот день днем славы во имя Его. Отбросим франков обратно в море, откуда они пришли!

Было время — до Акры, до Арсуфа — когда такая речь была бы встречена криками одобрения. Но сегодня эмиры не издали ни звука. Они неловко переминались с ноги на ногу, не желая встретиться с ним взглядом. Юсуф почувствовал укол в животе. Что-то было не так.

Наконец заговорил Мухаммад.

— Возможно, было бы лучше подождать несколько дней, прежде чем наносить удар, — предложил он своим шелковым голосом. — Франки будут более уязвимы в походе, когда покинут Яффу.

— Они не уйдут, пока не закончат чинить стены,