Приказ Шарпа - Бернард Корнуэлл

вдвое больше. Каждый день будешь терять людей, а их у тебя и так немного. Полагаю, лягушатники заперты в этих фортах как черт в бутылке.

— Эль Эроэ, — язвительно бросил Харпер, — если он воюет так же, как сегодня утром, лягушатники могут на него и внимания не обращать

— Это были предупредительные выстрелы, — сказал Шарп. — Он надеялся, что мы повернем назад.

— Значит, у него кишка тонка для драки.

— Посмотрим, — сказал Шарп. По правде говоря, он разделял недоверие Харпера к Эль Эроэ, но знал, что ему придется положиться на помощь геррильерос в разведке фортов, и не хотел, чтобы это недоверие передалось его людям.

Эль Эроэ привел их в горную деревушку, представлявшую собой скопище маленьких домиков и каменных овечьих загонов.

— Остановимся здесь, — сказал Эль Эроэ. — А теперь пришло время золота, майор?

Гинеи были распределены между стрелками Шарпа, и Шарп не сомневался, что несколько монет из телячьих мешочков уже успели прикарманить. Да он и сам сунул парочку в свой патронный подсумок, но того, что осталось, хватило на сверкающую горку на простом столе в доме, который Эль Эроэ выделил стрелкам под жилье. Куча была достаточно внушительной, чтобы удовлетворить Эль Эроэ, который потер одну из гиней между большим и указательным пальцами, а затем попробовал ее на зуб.

— Я забираю это сейчас, — величественно объявил он, указывая на груду монет, — и куплю пушки.

— Вы получите его, когда дело будет сделано, — сказал Шарп. — Вы поможете мне осмотреть французские укрепления, а затем я заплачу вам золотом.

— Я вам приказываю, — ровным тоном произнес Эль Эроэ.

— А я вашему приказу не подчиняюсь, — сказал Шарп. — Золото станет платой за вашу помощь, и я заплачу только, когда мы закончим. — Он повернулся к Латимеру. — Сложи золото в мешки, сержант.

Эль Эроэ угрюмо наблюдал, как золото возвращается в маленькие мешочки. Одну монету он придержал и теперь сунул ее в карман своего желтого мундира. Шарп решил, что уже достаточно испытал его терпение, и позволил ему оставить ее себе.

— Я хочу увидеть старый мост, — сказал он Эль Эроэ.

— Вам туда, — Эль Эроэ неопределенно махнул на север. — Идите по тропе, и выйдете к реке. Я отведу вас утром.

— Это та самая тропа, что идет в обход замка Миравете? — спросил Шарп.

— Она самая, — ответил Эль Эроэ, а затем указал через открытую дверь на деревенскую улицу. — Это и есть дорога. Она начинается к югу от замка и ведет к реке.

— Тогда я иду сегодня, — сказал Шарп.

— Не сегодня, я запрещаю.

— Почему не сегодня?

— А если вас увидят французы? Они поймут, что грядет беда.

— Они меня не увидят, — коротко бросил Шарп. — Пэт? Дэн? Со мной. — Он сбросил ранец на пол, затем достал из него подзорную трубу, прекрасный точный инструмент работы лондонского мастера Мэтью Берджа, подарок от виконта Веллингтона, чью жизнь Шарп спас в Индии.

Эль Эроэ покосился на трубу.

— Я куплю ее у вас, майор.

— Не купите.

— Позволите? — Он протянул руку. — Por favor[11]?

Отказать было бы нелюбезно, поэтому Шарп с неохотой передал ему трубу. Эль Эроэ вышел на улицу, раздвинул колена и навел трубу на дальний гребень.

— Она великолепна, — сказал он.

— Сделано в Англии, — ответил Шарп.

— У меня есть одна, сделанная в Мадриде, — объявил Эль Эроэ, все еще глядя на восток, — и получше этой, но тяжелее. Слишком тяжелая. — Он сложил трубу и всмотрелся в гравированную пластинку на внешнем тубусе. — «В знак благодарности, А. У.», — прочел он вслух. — Кто такой А. У.?

— Человек, чью жизнь я спас, — сказал Шарп.

— А. У.? — вмешался лейтенант Лав. — Уж не…

— Нет, — резко оборвал его Шарп

— Он богатый человек? — спросил Эль Эроэ.

— Очень богатый, — ответил Шарп. Он протянул руку за трубой, но Эль Эроэ не спешил ее отдавать.

— Ваш богатый друг может подарить вам другую, — настаивал он.

— Купите свою собственную, — сказал Шарп.

— Продайте мне эту!

— Нет, — сказал Шарп и потянулся за трубой. Эль Эроэ дернул ее на себя, но тут же замер, потому что Харпер как раз взвел курок семиствольного ружья, и два щелчка эхом отразились от каменных стен деревенской церкви, стоявшей на другой стороне дороги.

— Сержант… — лейтенант Лав сделал полшага к Харперу.

— Прикончи этого сукина сына, Пэт, — жестко сказал Шарп. Он знал, что массивное ружье не заряжено, но, когда Харпер вскинул приклад к плечу, Эль Эроэ нехотя вернул трубу.

— Я потребую такую у британцев, — сказал он, — вместе с винтовками. Почему вы не даете мне винтовки?

— Я даю вам нечто лучшее, — ответил Шарп, — стрелков, вооруженных винтовками.

Он сунул трубу под клапан своего патронного подсумка.

— Вы накормите моих людей сегодня вечером?

— В деревне есть женщины, — легкомысленно бросил Эль Эроэ, — они и приготовят.

— Еда и вино, — сказал Шарп.

— Такие вещи стоят денег, — заметил Эль Эроэ.

— Одна золотая гинея у вас уже есть, — сказал Шарп, — на сегодняшний ужин хватит. Остальное золото вы получите, когда мы здесь закончим. — Он вызывающе посмотрел на Эль Эроэ, и, не дождавшись ответа, оглядел небольшую улицу. — Французы знают, что это ваша деревня?

— Конечно, знают.

— Тогда почему не нападают?

— Они меня боятся, разумеется!

— У вас есть дозорные?

— Вокруг полно моих людей, но французы не придут. Они меня боятся!

— Тогда скажите своим дозорным, чтобы ждали нас после наступления темноты и не открывали огонь.

— Вы не должны идти, — настаивал Эль Эроэ. — Это для вас небезопасно. Может, всё же завтра?

— Просто убедитесь, что ваши дозорные предупреждены, — сказал Шарп.

— А я предупредил вас, — парировал Эль Эроэ и, после быстрого неохотного кивка, повел своих немногочисленных спутников вниз по деревенской улице.

— Вы же не думаете всерьез идти, сэр? — нервно спросил лейтенант Лав.

— С одной стороны, — сказал Шарп, — этот ряженый черт заявляет мне, что французы