Большая книга по истории Ближнего Востока. Комплект из 5 книг - Мария Вячеславовна Кича

погибли во время войны с Ираном; пособия – у иракских сирот, которые потеряли родителей. В конце встречи Саддам заявил, что если соглашение с Кувейтом не будет достигнуто, то Ирак не согласится «принять смерть».

Стенограмма разговора Саддама и Глэспи впоследствии попала в руки американцев, и Государственный департамент США никогда не сомневался в ее достоверности. Если верить стенограмме, то Глэспи держалась очень спокойно и не реагировала на провокации. «У меня есть прямая инструкция президента: добиваться улучшения отношений с Ираком. У нас нет точки зрения на межарабские конфликты, такие как ваш спор с Кувейтом… Эта тема не связана с Америкой», – заверила она Саддама. Считается, что иракский лидер истолковал эти слова как сигнал к активным действиям.

Глэспи покинула президентский дворец, думая, что Саддам блефует. Несколько дней спустя она вернулась в Вашингтон, дабы посоветоваться с Бушем. Через три дня иракская армия оккупировала эмират. Глэспи была профессиональным дипломатом и специализировалась на Ближнем Востоке. Тем не менее, на нее посыпались обвинения в наивности и попустительстве Саддаму. Глэспи всё отрицала. В интервью «The New York Times» она сказала: «Ни я, ни кто-либо еще не мог предположить, что иракцы захватят Кувейт. Каждый кувейтец, каждый саудовец, каждый западный политический аналитик ошибался».

Британский посол в Багдаде Гарольд Уокер сочувствовал своей американской коллеге. По его словам, никто из западных дипломатов не воспринимал Саддама всерьез. Кроме того, египетский президент Мубарак сообщил Вашингтону и Лондону, что Ирак не планирует вторгаться в Кувейт, – и что кризис подлежит мирному урегулированию. «Мы все поверили Саддаму, – вспоминает Уокер. – Обычно такие политические игры заканчиваются соглашением, и все ведут себя так, словно ничего не случилось». Вскоре Глэспи ушла в отставку, и Уокер без колебаний последовал ее примеру.

Как бы то ни было, до начала военных действий Иордания, Египет, Саудия, США и Великобритания заверили Джабера III в том, что вторжения не будет. Амир запретил войскам забирать со складов боеприпасы и занимать оборонительные позиции – дабы не провоцировать Багдад.

31 июля 1990 года представители обеих сторон встретились в Джидде. К этому моменту у границы стояли 100 тыс. иракских солдат. Кувейтцы были готовы аннулировать долг и выдать Багдаду $ 9 млрд дополнительных займов. Однако они не собирались отказываться от Бубияна и Варбы. Утром 1 августа переговоры прервались. По легенде, после полудня Саддам позвонил Джаберу III и поинтересовался:

– Как поживаешь, шейх Джабер?

– Хвала Аллаху, чувствую себя хорошо, уже отобедал, – ответил амир.

– Клянусь Аллахом, – прогремел Саддам, – завтракать в Кувейте ты уже не будешь!

В ночь на 2 августа 1990 года 88 тыс. иракских бойцов и 690 танков пересекли границу. Армия Саддама имела трехкратное преимущество в живой силе, а также ощутимо превосходила неприятеля в артиллерии и бронетехнике.[136] Спецназ оперативно расчистил дорогу основным войскам и захватил кувейтские военно-морские базы. Морская битва закончилась, не успев начаться.

В 3:30 иракские танки были в Джахре, в 4:00 – подъехали к столице. Дворец Дасман – резиденция амира – пал вечером. Дасман обороняла гвардия Джабера III под командованием его младшего брата – шейха Фахда аль-Ахмеда. В 01:30 гвардейцы уже отбили атаку десантников, которые пытались высадиться с вертолетов в центре ЭльКувейта. Понеся значительные потери, иракцы временно отступили. Джабер воспользовался ситуацией и вместе с приближенными укрылся в соседней Саудовской Аравии. Брат правителя – единственный из семьи Аль Сабах – остался защищать город и погиб в бою.

К 4 августа иракцы полностью овладели эмиратом. Отдельные кувейтские части продолжали сражаться, но к 6 августа оккупанты подавили локальные очаги сопротивления. 7 августа монархия была упразднена, и Кувейт стал республикой. Марионеточное «Временное правительство свободного Кувейта» возглавил премьер-министр Алаа Хусейн Али – уроженец эмирата, член иракской партии «Баас» и обладатель паспортов обоих враждующих государств. Уже 8 августа он обратился к Багдаду с просьбой об аннексии Кувейта. Спустя 20 дней историческая вотчина ас-Сабахов была объявлена 19-й провинцией Ирака под названием «Ас-Саддамия» – в честь Саддама Хусейна.

Кувейтская армия оказалась абсолютно не готова к войне. Во-первых, многие подразделения существовали лишь на бумаге – их только планировалось сформировать. Все прочие – например, мотострелковая и артиллерийская, а также три бронетанковые бригады – были недоукомплектованы.

Во-вторых, эмират не располагал так называемой «стратегической глубиной». Крошечные размеры страны не позволяли защитникам маневрировать, уклоняться от ударов и тянуть время в ожидании помощи из-за рубежа. Даже отступать им было некуда. Для успешной самообороны кувейтцам надо было встретить иракскую армию прямо на границе – и немедленно опрокинуть ее.

В-третьих, летом четверть военных была в отпуске. Многие – включая высокопоставленных штабных офицеров – отправились на отдых за границу. Лояльность же некувейтских солдат не вызывала ничего, кроме ужаса. Так, на низших должностях служили тысячи палестинцев. Когда ООП публично поддержала Саддама, все они в мгновение ока превратились в потенциальных предателей.

Но главное – накануне войны кувейтские власти по приказу амира разоружили собственную армию, чтобы не дразнить Багдад. За неделю до вторжения ракеты сняли с кораблей и вернули на склады. Артиллерийские орудия, танки и самолеты тоже остались без снарядов. Лишь один командир бронетанкового батальона, почуяв неладное, не сдал боеприпасы. Его люди несколько дней удерживали позиции у хребта Мутлаа – единственной оборонительной линии в эмирате. Бойцам удалось затормозить вражеское наступление в своем секторе, но все они погибли.[137] Вооруженные силы эмирата были опозорены и разгромлены. Военная авиация улетела в Саудию, туда же бежали около 7 тыс. солдат. Остальные погибли, попали в плен – либо спрятались и затаились.

Тем временем Джабер III руководил кувейтским правительством в изгнании. 2 августа Совет Безопасности ООН принял резолюцию № 660, в которой потребовал от Ирака «немедленно и безоговорочно» вывести войска из эмирата. Разумеется, Саддам этого не сделал. Новые санкции посыпались на Багдад, как из рога изобилия: ограничения на финансовые операции и торговлю (резолюция № 661), запрет на продажу нефти (резолюции № 665 и 666), ужесточение уже принятых санкций (резолюция № 669), расширение перечня видов коммерческой деятельности, запрещенных для Ирака (резолюция № 670)…

Вообще Кувейтский кризис показал, как плохо ближневосточные лидеры относились к Саддаму. Их искренне возмутило то, что Ирак атаковал «братскую» арабскую страну. Многонациональная коалиция для освобождения Кувейта была создана стараниями 34 государств. Ключевую роль в ней играли США и Великобритания. Даже мнения Вашингтона и Москвы впервые в истории совпали именно по вопросу иракского вторжения. Обе столицы оценили его крайне негативно. Помимо того, аннексию эмирата осудили все члены ЛАГ, кроме Иордании и ООП. Но если король Хусейн старался не афишировать свою симпатию к Багдаду, то Ясир Арафат рьяно поддерживал Саддама, надеясь при случае натравить его на ненавистный Израиль. Позиция ООП будет иметь минимальное влияние на саму войну, но больно ударит по тысячам палестинских экспатов в Кувейте, – а также по финансовой помощи, которую ас-Сабахи традиционно оказывали Палестине. К тому же шейх Фахд аль-Ахмед, убитый при обороне Дасмана, в 1982 году в качестве добровольца сражался на стороне ООП в Ливане. Джабер III не простил Арафату предательства.

Освобождение Кувейта началось с операции «Щит пустыни». Иракская армия, захватившая эмират, продвигалась на юг – к саудовской границе, и Эр-Рияд забеспокоился. 7 августа король Фахд попросил США защитить его. На следующий день американцы уже мчались в Саудию. Авианосцы и истребители прибыли молниеносно. Переброска основных сил завершилась к октябрю.

В декабре 1990 года американский фотограф Пол Туйсберт запечатлял сюрреалистическую картину – рождественскую ель посреди Аравийской пустыни. Дело в том, что американские и британские военные, заброшенные в Саудию, очень скучали по дому и хотели праздника. Но в теократическом мусульманском королевстве рождественские ели были запрещены – как атрибут «неверных», недопустимый в исламской стране. Их незаконный ввоз приравнивался к контрабанде – подобно ввозу алкоголя и наркотиков. Однако после переговоров с Эр-Риядом британские ВВС все же доставили в КСА партию елей. Правоверные саудовцы не должны были ничего знать. Поэтому ели установили подальше от местных жителей – в пустыне, где располагались военные базы.

Коалиционные ВМС блокировали Персидский залив, дабы реализовать антииракские санкции ООН. В результате блокады ВНП Ирака сократился вдвое, импорт – на 9/10, а экспорт почти прекратился. Без продажи нефти – своей и кувейтской – Багдаду становилось все труднее содержать армию.

Кувейт жил