Сиам и российский императорский флот. История становления дипломатических отношений - Ю. Л. Сергаев

вручившая командиру «Авроры» и некоторым офицерам крейсера ордена «за верную службу». 22 февраля, пожелав экипажу корабля успехов в дальнейшей службе, «Аврору» покинул великий князь. Казалось, что теперь уже не обремененный присутствием высоких гостей корабль может возвращаться к родным берегам. Он выполнил свою миссию. Однако еще 19 февраля командир крейсера получил телеграмму: следовать на Крит. Началась его служба в качестве старшего российского станционера на этом острове в бухте Суда.

Нахождение «Авроры» в иностранном порту для демонстрации военного присутствия определялось международной обстановкой того времени. Официально тогда Крит принадлежал Турции, но был населен главным образом греками, стремившимися присоединиться к Греции. Для поддержки интересов Турции «державы-покровительницы» Крита (Англия, Россия, а также Франция) блокировали остров, чтобы не дать возможности депутатам Крита попасть в Грецию, где парламент рассматривал вопрос о включении острова в состав Греческого государства. Невзирая на эту «опеку», 15 апреля 20 критских депутатов попытались покинуть остров на пароходе. Однако их перехватил в море английский крейсер «Минерва». Семь депутатов отправили на «Аврору» для содержания в качестве арестантов до завершения работы греческого парламента. Однако стоит отметить, что на российском корабле депутаты содержались целый месяц далеко не как узники. Они даже столовались к кают-компании наравне с офицерами. Но это уже было решением командира крейсера, а отнюдь не петербургских сановников.

Из дневника Г. К. Старка: «7 марта. Получена телеграмма ″Министр разрешил старшему лейтенанту Старку вернуться в Россию на свой счёт″. Командир прочёл эту телеграмму мне и бывшему тут ревизору и сказал… (непечатное слово). Когда мы нужны, то мы очень хорошие и за нами ухаживают, а когда человек устал и нуждается в отдыхе, то на свой счёт; Николай Григорьевич (Лапшин, наш ревизор плавает у нас пять лет), удовлетворите Юрия Карловича прогонными деньгами″. На что ревизор радостно сказал: ″Есть, будет исполнено″».

Пересев на канонерскую лодку «Хивинец», Г. К. Старк добрался до Пирея, а оттуда на пароходе до родного Кронштадта. Крейсер же задержался еще на длительное время, выполняя нелегкую дипломатическую вахту, и вернулся в Кронштадт только 16 июля 1912 года.

Сразу же по возвращении из похода крейсеру был назначен Высочайший смотр. Из воспоминаний Г. К. Старка: «Государь Император, произведя 20 сего июля на рейде ″Штандарт″ смотр крейсеру ″Аврора″ и оставшись вполне доволен блестящем состоянием корабля, порядком на нём, бодрым и молодцеватым видом команды, изъявил Монаршее благоволение».

В 2019 году у истории «сиамского похода» крейсера «Аврора» появилось продолжение. В ходе почти двухлетней ревизии российских воинских захоронений, расположенных на территории других государств, специалистами петербургской Региональной общественной организации «Информационно-аналитический центр ″Помним всех поимённо″» (президент центра – Савельева Галина Сергеевна, руководитель интернет-портала Poxoronka.ru – Несмеянов Александр Николаевич) была изучена информация о захоронении в 1911 году на территории Королевства Сиам (ныне – Королевство Таиланд) двух моряков крейсера 1-го ранга Балтийского флота «Аврора» Якова Тимина и Федора Тунякина, которые в 1911 году были погребены на Протестантском кладбище Бангкока (Чароен Крунг Роуд) с отданием воинских почестей как погибшим при исполнении служебного долга.

Тунякин Фёдор, ум. 22 ноября 1911 года, 26 лет, матрос 1-й статьи, музыкант, уроженец г. Воронежа; похоронен в день смерти (был описан как Th. Tanniakin, died 05.12.1911 года по новому стилю); Тимин Яков, ум. 27 ноября 1911 года, 23 года, матрос 2-й статьи; похоронен на следующий день после смерти (был описан как J. Finin, died 10.12.1911 года по новому стилю).

«Аврора» ушла, и про могилы забыли, спустя 108 лет место захоронения моряков было вновь выявлено. За прошедшее время скромные памятники, установленные более ста лет назад, утратили надписи и кресты.

Летом 2019 года место захоронения было выявлено в г. Бангкоке на Протестантском кладбище. Оригинальный проект памятника разработан петербургским архитектором Рафаэлем Даяновым и согласован с администрацией Протестантского кладбища. Средства собраны неравнодушными жителями Санкт-Петербурга и соотечественниками, пребывающими в Королевстве Таиланд.

Памятник морякам крейсера 1-го ранга Балтийского флота «Аврора», погибшим во время Сиамского похода в 1911 году, установленный в 2019 году на Протестантском кладбище Бангкока

3 июля 2019 года по благословению секретаря Таиландской епархии архимандрита Олега (Черепанина) заведующий канцелярией Таиландского епархиального управления, настоятель храма Покрова Пресвятой Богородицы в Паттайе иерей Иоанн Мороз встретился с представителями администрации Протестантского кладбища Бангкока. В ходе состоявшихся переговоров было получено согласие администрации кладбища на установку и торжественное открытие памятника российским военным морякам по разработанному в Санкт-Петербурге оригинальному архитектурному проекту.

20 декабря 2019 года в столице Таиланда Бангкоке состоялась церемония открытия памятника морякам крейсера 1-го ранга Балтийского флота «Аврора», погибшим во время Сиамского похода в 1911 году.

Церемонию возглавил Чрезвычайный и Полномочный посол Российской Федерации в Королевстве Таиланд Е. Ю. Томихин. Патриарший экзарх Юго-Восточной Азии, временно управляющий Таиландской епархией, митрополит Сингапурский и Юго-Восточно-Азиатский Сергий освятил памятник и совершил заупокойную литию по почившим морякам российского флота.

На церемонии присутствовали архиепископ Корейский Феофан, духовенство Патриаршего экзархата Юго-Восточной Азии. ИАЦ «Помним всех поимённо» представляла президент центра Савельева Галина Сергеевна.

Рапорт командира русского крейсера «Аврора» П. Н. Лескова в морской генеральный штаб России о пребывании в Бангкоке

РГАВМФ, Ф. 418. Оп. I. Д. 298. Л. 31–33 об., копия, рус. яз.

2 декабря 1911 г.

Сингапур

Из Сингапура крейсер вышел под флагом великих князей в 7 часов утра 13-го ноября и прибыл к устью реки Менам 16-го ноября в 9 часов 45 минут утра, где, не доходя до берега в расстоянии 34 миль от гор. Бангкока, стал на якорь.

На рейде оказались следующие суда: сиамская канонерская лодка «Sucrib» и яхта «Mahu Chakri» под флагом герцога Зюдерманландского и принцессы Текской[1], английский крейсер «Astraea», японский крейсер «Ibuki», японское посыльное судно «Jodo» и маленькая сиамская яхта «Jog» под флагом нашего посланника.

С подходом к якорному месту были произведены установленные салюты и ответы на них, причем японский крейсер «Ibuki», салютуя флагу е. и. выс-ва, на время салюта расцветился флагами.

В 10 часов утра яхта «Mahu Chakri» снялась с якоря и с иностранными высочайшими особами пошла в Бангкок, а для следования е. и.выс-ва великого князя Бориса Владимировича[2] и свиты была оставлена отдельно яхта «Jog».

В 10 час. 15 мин. на крейсер прибыл наш посланник статский советник Де-Плансон и доложил е. и. выс-ву, что в распоряжение е. выс-ва и свиты предоставлен королевский дворец Dusit.

Одновременно с нашим посланником прибыли на крейсер два сиамских офицера, назначенные состоять при е. выс-ве на все время коронационных торжеств: генерал-майор Phya Sakda