Адъютант Бухарского эмира - Виктор Иванович Носатов

полиции, — ответил тот на немой вопрос гостя. — Селим-шах мой дальний родственник и близкий друг. Мы иногда с ним спорим, но в отношении англичан у нас всегда одно мнение — они наши заклятые враги. Думаю, что и вы найдете с ним общий язык.

В это время зазвучал колокольчик, извещая о том, что пришел еще один гость.

— Саиб, раис-кутвали[5] пришел, — доложил вошедший слуга. Мамед-хан, извинившись, резво вскочил на ноги и поспешил навстречу гостю.

Вскоре в зал вошел невысокого роста полный мужчина средних лет в военной форме.

— Это один мой друг из русского посольства, — представил хозяин Агабека.

Полицмейстер занял место на одном из тюфяков, разложенных по периметру ковра. Лицо его выражало настороженность и любопытство.

— Очень рад познакомиться с вами. Я очень люблю русских, которые являются нашими лучшими друзьями, — сказал он, улыбаясь.

«Вот хитрый лис, — подумал Агабек, глядя на его лоснящееся от жира лицо, — выставил возле посольства своих соглядатаев, а говорит, что наш лучший друг».

— Вы сегодня, наверное, по Кабулу путешествовали, — указал полицейский Агабеку на пыльные сапоги, стоящие у входа.

— Да, было дело, — неопределенно сказал Агабек. — В городе сегодня только и разговоров было о недавнем разбойничьем нападении на купеческий караван, — решительно перевел он разговор в другое русло.

Полицмейстер недовольно поморщился.

— Сегодня для нас это самая больная тема, — признался он. — Но я уже знаю, чьих рук это дело. Во всем виноваты англичане! Это они финансируют и вооружают наших врагов.

— В самом деле? — удивился хозяин.

— Да! — без тени сомнения сказал полицмейстер. — Мои люди уже поймали английского агента, которого несколько дней назад видели в логове банды Каратемира, уже много месяцев терроризирующей всю провинцию. Я хотел установить слежку за всеми англичанами, живущими в городе, но на это просто нет средств. Так что следствие, по независящим от меня обстоятельствам, затянется надолго.

— И что, агент уже дал признательные показания?

— Пока нет! Но даст! Я еще не применял к нему мер устрашения!

— Что ж, возможно, вы правы, — согласился Агабек. — Англичане сегодня из кожи вон лезут, чтобы дискредитировать власть падишаха, поссорить нас.

— О да, Саиб! — почувствовав поддержку, закивал головой Селим-шах. — И для нас, и для вас англичане — враги.

— Мы должны объединить свои усилия в борьбе с ними, — неожиданно предложил Агабек и, видя, как расплывается в довольной улыбке лицо полицмейстера, понял, что семя брошено в подготовленную почву. — Я готов делиться с вами имеющейся у меня информацией, касающейся англичан, — предложил чекист.

— В свою очередь и я готов поделиться с вами своими наблюдениями в отношении британцев, — сделал встречное предложение Селим-шах.

— За это надо выпить! — предложил хозяин, и наполнив рюмки хлебным вином, протянул их своим гостям.

— За наших русских друзей, — провозгласил хозяин.

— За нашу дружбу! — торжественно сказал Агабек.

— За наше тесное сотрудничество! И пусть враг дрожит! — грозно произнес полицмейстер, чокаясь со своим новым другом.

Несколько минут слышался только хруст разламываемых лепешек, сопений и восторженные восклицания в адрес хлебосольного хозяина.

— Англичане — богатые люди, — прервал затянувшееся молчание Селим-шах. — Чтобы за ними следить, нужны деньги, которых у нас, к сожалению, нет. Да и вообще, последнее время правительство уделяет нашему ведомству недостаточное внимание.

— И в самом деле! — подтвердил Мамед-хан. — В стране постоянно растет преступность, а полицейским вот уже несколько лет не поднимали жалование.

— Сколько вы получаете? — спросил Агабек у полицмейстера.

— Триста рупий в месяц!

— Я готов доплачивать городской полиции по пятьсот рупий в месяц, если у меня будут сведения обо всех передвижениях англичан.

— Вы настоящий друг! — чуть ли не прослезился от восторга Селим-шах. — Теперь мы зададим перцу этим джентльменам!

«Мои деньги, конечно же, не дойдут до кабульских полицейских, а непременно осядут в кармане моего нового знакомого», — подумал Агабек.

— Скажу вам откровенно, — приложил руку к груди Селим-шах, — это именно по моему настоянию английского посла теперь постоянно сопровождает конвой конной полиции. И еще, — полицмейстер загадочно оглянулся вокруг, словно боясь, что его кто-то может подслушать, — два дня назад, ранним утром, из английского посольства вышел невысокого роста человек в арабских одеждах…

— И куда же он делся? — заинтересовался Агабек.

— Вышел в восточные городские ворота и исчез. Больше в Кабуле его не видели.

— Надо его найти и арестовать, — посоветовал чекист. — Имена и описание других английских агентов я передам вам позже. Их тоже надо арестовать и допросить. Таким образом, вы систематически будете пополнять свой бюджет и наверняка получите за успешную работу следующий чин.

— А что мы еще должны делать? — вдохновленный нарисованной Агабеком перспективой, спросил Селим-шах.

— Ничего особенного. Вы, наверное, знаете, что мы имеем об англичанах самую достоверную информацию, но нам не помешали бы и ваши наблюдения за отдельными агентами и посольством в целом. Кто туда приходит, кто с чем уходит…

— Хорошо, я согласен, — ответил полицмейстер, пожимая Агабеку руку. — Только все это должно оставаться между нами.

Глава XXV. Афганистан. Кабул. Ноябрь, 1924 год

Собираясь в Москву, Агабек предварительно обговорил с Темир-беком способы связи. Не желая передавать своего агента кому-то другому, он, потребовав срочного перевода Денаусского разведчика Худайберды в Бухару, поставил перед ним задачу — всю добытую Темир-беком информацию лично передавать Лацису.

В шифрованной записке, которую Агабек передал контрабандисту Худайберды, а тот свою очередь Темир-беку, местом встречи назначался парк Баги-Бабур. Каждую пятницу, в полдень ждал он Темир-бека у мавзолея Бабура.

Прошло больше полутора месяцев. Агабек уже не знал, что и подумать. Он гулял по парку, а в голове роились самые разные мысли. «Что же могло помешать встрече? — напряженно думал он. — Непредвиденная задержка в пути? Болезнь? А может быть, провал?» Отгоняя от себя мрачные мысли, чекист все-таки надеялся на удачу. И потому, увидев наконец Темир-бека живым и невредимым, чуть было не бросился своему агенту на шею. Только усилием воли сдержался и даже подавил невольный вскрик. Темир-бек, в свою очередь не показывая, что они знакомы, гуляющей походкой направился вслед за Агабеком. Продолжительное время попетляв по узеньким улочкам кабульского пригорода, Темир зашел в лавку сапожника, куда немного раньше проскользнул чекист.

В комнатушке, сплошь заваленной тюками с кожей, кроем и готовыми изделиями, кроме сапожника никого не было. Темир-бек удивленно взглянул на хозяина мастерской. Тот как ни в чем не бывало, окинув равнодушным взглядом посетителя, спросил:

— Что саиб желает?

— Я, — растерялся Темир, но в следующее мгновение, вспомнив пароль, быстро нашелся: — Я хочу заказать сапоги, только из самой лучшей кожи.

— Подождите немного, я сейчас же сниму мерку, — сапожник улыбнулся.

Закрыв на задвижку дверь, он широким