Китай в XX веке. От рисовых полей до атомной бомбы - Алекс Каплан

величие и значимость этого грандиозного события в жизни Китая. Стоит сказать, что многие отдельные эпизоды Великого похода в свое время подверглись различного рода исторической обработке. Однако все это никоим образом не может изменить той огромной роли, которую сыграл Великий поход в деле создания современного китайского государства, а потому создателей революционных мифов на основе тех событий не стоит жестоко порицать. Такие же исторические мифы, даже много более искаженные, существуют в официальной истории любого, даже самого демократического, государства, ведь именно таким образом куется государственность.

Когда Чан Кайши осенью 1934 года готовился нанести красным последний удар в Цзянси, ему не могло даже в голову прийти, на какую высоту сможет подняться коммунистическое движение всего лишь через год. В те решающие дни многочисленные иностранные и китайские журналисты, толпившиеся в ставке главнокомандующего гоминьдановскими войсками, лихорадочно готовили последний материал об окончательном разгроме коммунистов в Китае. Затем они приступили к написанию «последнего» материала о прорыве красных и тщетной их попытке уйти от преследования правительственных войск, готовых в любой момент прикончить наголову разбитые отряды «красных бандитов». После ожесточенной битвы на реке Сянцзян советское командование утратило радиосвязь не только с Москвой, но и с внешним миром. Некоторое время даже у разведки гоминьдановской армии не имелось достоверной информации о дислокации и количестве выживших после битвы коммунистов. Журналисты немедленно объявили на весь мир, что долгожданная и решительная победа над «красной угрозой» достигнута и с коммунистами в Китае покончено окончательно и бесповоротно. Довольный, но несколько встревоженный Чан Кайши принимал поздравления насчет внушительной, хотя и подтвержденной только на бумаге победы над врагом, которого тщетно преследовал уже восьмой год подряд. Опасения его в скором времени оправдались самым худшим образом: войска в буквальном смысле возродившегося из пепла Первого фронта Красной армии продолжали свой поход в никому не ведомом направлении. Генералиссимус знал секрет этой красной птицы феникс. Потеряв в жестоких схватках тысячи бойцов, Красная армия уже через месяц пополнялась тысячами добровольцев, готовых идти ради коммунистической идеи на самые большие человеческие жертвы – даже на смерть. Для продвижения коммунистической идеи нельзя было и придумать более эффективной пропаганды, чем Великий поход, ведь маршрут его пролегал буквально через всю страну: сначала с востока на запад, а затем с юга на север. Гоминьдановское правительство собственноручно вывело коммунистов на высочайший политический уровень, причем в рекордно короткие сроки. Мао Цзэдун, до начала событий служивший провинциальным партийным работником, которых в стране насчитывалось сотни, к октябрю 1935 года стал настоящей легендой и политической ровней самому генералиссимусу Чан Кайши. С этого момента китайское общество поделилось на сторонников Чан Кайши и соратников Мао Цзэдуна – два противоположных и могущественных политических лагеря, хотя еще годом ранее коммунисты и мечтать не смели о таком положении дел в Китае. Они заседали в крошечной Советской республике на отшибе огромной страны, занимаясь марксистскими изысканиями на тему замены пролетариата на крестьянство в будущей революции. Великий поход стал не только военной, но самой успешной политической кампанией в истории Китая. Можно даже сказать, что вскоре после завершения событие это стало главным оружием в деле пропаганды коммунизма на всей территории страны. Легенды о подвигах красноармейцев возникли из желания коммунистов выиграть последнюю битву, – битву за сознание китайского народа. Гоминьдановская пресса писала о «красных бандитах», в то время как советская пресса писала о «красных героях». Вскоре сражение между коммунистами и Гоминьданом развернулось уже не только на страницах прессы, но и на городских площадях, где простые люди рассказывали друг другу выдуманные и зачастую фантастические истории о председателе Мао и других героях революции, разгромивших одним махом две, три и даже четыре вражеские дивизии. В походе комиссары Красной армии неустанно вели политическую работу с самыми широкими народными массами тех населенных пунктов, через которые они проходили. У помещиков отбирали рис и другое имущество, распределяя его между бедняками. Красноармейцы получили жесткие указания относительно поведения, допустимого в отношении мирного населения: никого не грабить, за все платить, вести себя достойно, поддерживая благородный образ Рабоче-крестьянской Красной армии. В большинстве случаев местное население встречало войска Первого фронта как освободителей, а молодежь поголовно становилась «красной» после нескольких дней пребывания красноармейцев в их городке или деревне. На сторону коммунистов массово переходили все бедняки, старики и женщины – ввиду их тяжелого угнетенного положения. Шедшие по пятам Первого фронта гоминьдановские войска только укрепляли веру народа в правильность коммунистической идеи. Эти банды мародеров грабили всех подряд в наказание за радушный прием, оказанный коммунистам. На деле они лишь прикрывались ширмой возмездия, потому как по сути своей были обыкновенными наемниками-бандитами, воевавшими за Чан Кайши исключительно ради возможности безнаказанно грабить мирное население. В попытке угнаться за призрачной победой, по-солдафонски полагая, что убийство коммунистов решит все его проблемы, Чан Кайши допустил громадную политическую ошибку – ввязался в борьбу за сознание китайского народа, имея на руках крайне негодную идеологию. По большому счету у него вообще никакой идеологии, кроме стяжательства, не имелось, а потому и битву за умы китайского народа Чан Кайши с треском проиграл, тщетно пытаясь запугать страну танками и пушками, как до него на протяжении тысячелетий это делали другие правители. Даже потерпев столь сокрушительное политическое поражение, Чан Кайши не оставил надежды покончить с коммунистами, однако времени у него было в обрез. История стремительно открывала в жизни страны куда более страшную страницу, чем гражданская война между левыми и правыми. Китаю предстояло отстоять свою независимость в тяжелой схватке с японскими оккупантами.

Глава 10

Война с Японией. Вторжение

Военный авантюризм японских милитаристов во время Второй мировой войны во многом превзошел авантюризм нацистской Германии. Небольшое островное государство с населением 70 миллионов человек, всего полвека назад выбившееся из средневекового феодализма, намеревалось захватить всю Восточную и Юго-Восточную Азию, где проживала треть человечества. Удивительно, что Японии это все же удалось, правда, ненадолго и ценой огромных потерь: к концу Второй мировой войны Японские острова лежали в руинах. Американская авиация безнаказанно, поскольку к тому моменту японской авиации уже не существовало, уничтожила страну-агрессора. Возникает вопрос: неужели и правительство, и божественный император Страны восходящего солнца были настолько недальновидными, что привели страну к столь катастрофическому финалу? Нет, глупцами этих людей назвать нельзя, ведь в начале войны они успешно реализовали свои масштабные захватнические планы. Скорее всего, причина кроется в апатичном нежелании Запада противостоять неприкрытой агрессии новых мировых завоевателей, будь то Япония или Германия. Пережив ужасы Первой мировой войны, Европа отказывалась верить в саму