Пират. Тайна золотого клинка - Андрей Андреевич Леонтьев

вынесло приливом, но первое впечатление, как часто бывает, оказалось обманчивым. На палубе мертвого корабля творилось какое-то оживление, и, как только мы вгляделись получше, большинство членов команды хватил шок. Команда мертвого корабля оказалась отнюдь не живее и состояла из трупов, которые совсем недавно безжизненно возлежали на разломанных палубах, а теперь суетились, управляя кораблем. Полуразложившиеся мумифицированные трупы и скелеты злобно размахивали мечами, глядя на нас.

Мертвый корабль двигался прямо к нам, и я точно знал, что это кристалл вновь оживил мертвецов, которые желали нашей смерти. Я вдруг понял, что смертельно устал от всех этих приключений и кристаллов, во мне начала просыпаться ненависть к волшебнице, которая дала мне это задание и заставила меня пройти такой опасный путь. И теперь в очередной раз мне приходилось подвергать свою жизнь риску.

– Все на весла! – прокричал Тич.

Команда побежала на нижнюю палубу. Я поспешил вслед за остальными, но когда спустился вниз, то увидел, что все уцелевшие весла были уже заняты другими матросами. Нужно было подниматься наверх и смотреть, для чего я еще мог бы пригодиться.

Наверху творилась суета. Марии нигде не было, и большинство указаний отдавал Тич Браун. Черная Борода был в ударе, лихо раздавая команды и управляя судном. Мертвый корабль держался от нас на том же расстоянии.

Погода продолжала ухудшаться, все небо затянуло темными тучами и начинался настоящий шторм, от которого нас мотало по волнам Нужно было как можно скорее оторваться от преследовавшего нас мертвого корабля, поскольку мы не сможем принять бой из-за отсутствия должного вооружения, и к тому же судно было не до конца отремонтировано.

Мы вышли в открытое море. Впереди виднелся остров Черепа. Он почти полностью ушел под воду, но сам череп из камня было видно хорошо даже на значительном расстоянии. Мертвый корабль не отставал, но и не подходил ближе, как будто испытывая наши нервы на прочность. Тут все услышали голос впередсмотрящего:

– Позади корабль! Еще один корабль! – кричал он.

На палубе появилась Мария. Достав подзорную трубу, она начала всматриваться вдаль. Я подошел ближе, и в этот момент Мария выронила подзорную трубу. Я совсем этого не ожидал, но все же успел среагировать и поймать ее.

– Как он нашел меня? – на ее лице застыл ужас.

Сгорая от любопытства, я взглянул в трубу на корабль, качающийся на волнах начавшегося шторма. Его борт был украшен мертвыми головами, насаженными на колья. Я ухитрился разглядеть сквозь дождь нос корабля, на котором болтался повешенный, а на полубаке20 стоял тот самый монстр. Герман Потрошитель. Именно с ним мы встречались в порту перед отплытием. Этого огромного человека можно было разглядеть даже на таком расстоянии, и после того как я увидел его, по телу пробежал легкий озноб. Еще одного врага в данный момент нам и не хватало!

– Это Герман! – прокричал впередсмотрящий.

–«Vessel of flesh»21… – прошептала Мария.

– Готовьте оружие! Все какое есть! – заорал Тич, стоя на палубе. – Встретим Потрошителя и отправим всю его команду в ад, где ей и место!

И пока он раздавал указания и толкал воодушевляющие речи, издалека раздался грохот пушки. Откуда прозвучал выстрел, мне не удалось выяснить, но ядро предназначалось явно не нам. Подбежав к борту на шканцах, я увидел происходящее позади нас. Видимо, мертвому судну было абсолютно все равно на кого нападать. Преследовавшее нас «Vessel of flesh» со своей командой оказалась ближе к этому кораблю-призраку, чем мы. Поравнявшись, они какое-то время перестреливались, подплывая друг к другу все ближе, пока костяная команда не начала абордаж. Даже Потрошитель не ожидал, что на них может напасть куча костей и разложившейся плоти, но, вероятно, такому человеку было абсолютно все равно, с кем сражаться – с людьми или с нечистью.

Я подлетел обратно к Марии и посоветовал ей:

– Нужно заменить тех, кто на веслах, и убираться отсюда, пока они там заняты друг другом!

Подняв глаза, она взглянула на меня странным, пустым и холодным взглядом. У меня возникло ощущение, что она сейчас вовсе не здесь, а в каком-то другом месте. По ее лицу и волосам текли струйки воды, но она этого как будто не замечала.

Моргнув, Мария отвела глаза и встряхнулась, как будто приходя в себя.

– Да, ты прав, – сказала она.

Два опасных корабля оставались позади. Мы сменили матросов, и часть команды, которая до этого была на веслах, отправилась спать. Тучи густели, и я даже не сразу понял, что наступила ночь. Стараясь замести следы, мы решили погасить весь свет, и уже на третьей или четвертой волне мы пропали из виду, после чего поменяли курс и отправились в замок Марии.

* * *

Кажется, нам удалось оторваться. Прошла половина ночи, но мы не заметили, чтобы нас кто-то преследовал. Шторм почти закончился, и Джон Лорди решил ликвидировать несколько неполадок, чтобы ускорить ход корабля. Такелаж22 на судне был примерно таким же, как и на моем корабле, за исключением нескольких отличий: отсутствовала бизань-мачта23, а вместо нее во всю длину корабля пролегал косой парус, состоявший из тех же брасов24, топенантов25 и фалов26. Работа продолжалась недолго, поскольку мачты и паруса пострадали меньше всего.

Судно пошло на парусах по практически спокойному ночному морю, повинуясь невысоким волнам. Меня и остальных людей, участвовавших в ремонте, начинало клонить в сон. Зайдя в каюту к Марии, я увидел, что она, мертвецки пьяная, спит за столом, держась одной рукой за пустую бутылку рома. Не в силах как-то отреагировать, я прошел к неудобной кушетке и, примостившись на ней, моментально уснул.

«Ложь… Все ложь… Тебе никому нельзя верить… Сейчас только враги могут оказаться друзьями!» – женский голос звучал откуда-то из глубины. Вокруг было темно, и я, кажется, быстро понял, что это просто очередной сон и вмешательство волшебницы. Но вокруг все еще стояла темнота, и выйти из сна мне не удавалось, да и не очень-то хотелось. Я все еще чувствовал усталость после долгого и сложного дня.

Я пытался отвлечь себя всевозможными мыслями, но безуспешно. И постепенно сгустившаяся темнота начала меня пугать. Я почувствовал себя ужасно одиноким. Мне казалось, что нет ничего страшнее этого, но сквозь сон я успокаивал себя тем, что где-то рядом должна быть Мария. Да! Она! И как только я подумал о ней, передо мной тут же предстал ее образ. Мария стояла чуть поодаль полностью обнаженная, и как только я попытался приблизиться к ней, она повернулась и начала растворяться в темноте. Протянув руку,