Османы. История великой империи - Азиз Явуз

султаната. Одни утверждают, что женский султанат нанес Османской империи непоправимый урон, а другие напоминают, что после окончания периода женского султаната империя просуществовала более двух с половиной веков, а ведь это значительный срок. При всех недостатках женского султаната нельзя отметать в сторону его стабилизирующую роль, так что он заслуживает оценки в семьдесят пять баллов.[159]

Глава 13. Султаны эпохи Кёпрюлю

В названии главы нет ошибки – речь действительно пойдет о султанах, правивших в так называемую «эпоху Кёпрюлю», когда должность великого визиря преимущественно занимали представители этого семейства, происходившего из одноименного македонского города, который ныне называется Велес. Что поделать? Иногда эпохи отcчитываются по правителям, а иногда – по их сановникам, всё дело в том, кто оставляет бо́льший след в истории.

Албанское семейство, возвысившееся благодаря системе девширме, было очень удобным для османских правителей, поскольку никоим образом и ни при каких обстоятельствах не могло претендовать на трон. Даже женитьба на султанских дочерях не делала представителей дома Кёпрюлю равными султанам, ибо родство по женской линии давало только почет и ничего более.

В сравнении с женским султанатом, правление, то есть визирство династии Кёпрюлю было гораздо более эффективным и полностью соответствовало установившимся традициям – кому же еще ведать всеми делами, как не великому визирю. Султан – тень Всевышнего на земле, а великий визирь – тень султана. Злоупотребления властью, конечно же, имели место, но система управления Османской империей была далеко не идеальной, и избежать злоупотреблений было невозможно. Разбирать недостатки системы мы не будем, поскольку в этой интересной теме можно увязнуть очень глубоко, и написано об этом немало, а у нас идет речь об Османской династии, в данный момент и о семействе Кёпрюлю, представители которого более полувека – с сентября 1656 года по август 1710 года, с некоторыми перерывами, управляли великой империей.

После Мехмеда-паши, умершего в октябре 1661 года, великим визирем стал его старший сын Фазыл Ахмед-паша, такой же сильный администратор, как и его отец. Согласно преданию, перед смертью Мехмед-паша дал наставление султану Мехмеду IV: никогда не прислушиваться к советам женщин, никогда не назначать на высокие должности слишком богатых людей, всегда следить за тем, чтобы казна была полна, и не оставлять армию в бездействии, которое ее разлагает. Это наставление, возможно, что и выдуманное кем-то из хронистов, отражает суть политики визирей из дома Кёпрюлю. Жены и матери султанов могли в какой-то мере влиять на правителей, великим визирям приходилось, образно говоря, огладываться на гарем, но отныне ни одна валиде и ни одна хатун не становилась у кормила власти, которое крепко держали в своих руках представители семейства Кёпрюлю.

Фазыл Ахмед-паша умер в ноябре 1676 года на сорок втором году жизни, от водянки, причиной которой была его приверженность к вину (можно предположить, что у него развился цирроз печени). Его преемником на посту великого визиря стал Кара Мустафа-паша, турок, усыновленный Мехмедом-пашой, и женатый на одной из его дочерей. Европейцы описывали Кара Мустафу-пашу как жестокого, алчного и несправедливого человека. В подобной характеристике не было ничего удивительного, поскольку в Западной Европе было принято демонизировать и султанов, и их визирей – а как еще будешь относиться к людям, от которых исходит постоянная угроза. Кстати говоря, Кара Мустафа-паша стал последним из великих визирей, старавшихся расширить границы Османской империи. Он провел несколько успешных кампаний в Заднепровье, а в середине 1683 года осадил Вену. Поначалу осада казалась удачной – создавалось впечатление, что город вот-вот будет взят, но к Вене подошло христианское войско под командованием польского короля Яна III, которое 12 сентября разгромило османскую армию. Горечь поражения усиливалась тем, что побежденные имели двукратное численное превосходство над победителями – около ста восьмидесяти тысяч против девяноста. Вину за поражение возложили на пашу, который был задушен 25 декабря 1683 года в Белграде по повелению Мехмеда IV. В принципе, наказание было справедливым, потому что Кара Мустафа-паша во время осады расслабился, не поддерживал дисциплину в войске на должном уровне, не укрепил свои тылы и не проявил необходимой бдительности.

Промах Кара Мустафы-паши в определенной степени подмочил репутацию семейства Кёпрюлю, и в течение четырех лет великими визирями были сторонние люди. Визирство не было закреплено за семейством по умолчанию, всё определялось волей султана – как решит повелитель, так и будет. Преемником Кара Мустафы-паши стал Кара Ибрагим-паша Байбуртлу, до этого правивший Египтом, а в ноябре 1685 года его сменил Сары Сулейман-паша, начинавший карьеру при Фазыле Ахмед-паше Кёпрюлю. Сулейман-паша закончил жизнь подобно Кара Мустафе-паше – он был казнен по повелению Мехмеда IV после поражения османской армии в сражении при венгерском городе Мохаче, состоявшемся 12 августа 1687 года. Это поражение положило конец османскому господству над Венгрией, Славонией и Трансильванией, а также оказалось роковым для султана Мехмеда IV…

Мехмед IV не отягощал себя государственными делами, о чем свидетельствует хотя бы его прозвище – «Охотник». Он не был особо жестоким, но за крупные промахи карал сурово, например, казнил Кара Мустафу-пашу, хотя до разгрома под Веной был им доволен.

Что же касается Сулеймана-паши, то с ним вышла следующая история. Поражение под Мохачем вызвало среди османских воинов недовольство пашой, которого считали главным виновником случившегося. Сулейман-паша сначала бежал в Белград, а оттуда в Эдирне, где находился султан. Восставшие воины избрали своим предводителем Абаза Сиявуша-пашу Кёпрюлю, абхаза, женатого на дочери Мехмеда-паши. Султан Мехмед поспешил назначить Сиявуша-пашу великим визирем, надеясь таким образом успокоить восставших, однако на этом дело не закончилось. Младший сын Мехмеда-паши Кёпрюлю Фазыл Мустафа-паша, недавно назначенный на должность военного губернатора столицы, поднял новый мятеж. Сначала он вынудил султана предать смерти Сулеймана-пашу и назначить себя каймакамом (помощником великого визиря), а в начале ноября 1687 года Мехмеду пришлось уступить трон своему младшему брату Сулейману, который около сорока лет провел в кафесе, где коротал время, занимаясь каллиграфией. Мехмеду повезло – его оставили в живых и поместили под домашний арест во дворце Топкапы. Умер он в 1693 году.

Султан Сулейман II совершенно не разбирался в делах правления и откровенно тяготился своим положением, с тоской вспоминая время, проведенное в кафесе, где никто не отвлекал его от переписывания Корана. Впрочем, Абаза Сиявушу-паше и Фазылу Мустафе-паше был нужен именно такой султан, говорящая кукла на троне.

Надо отдать должное Сиявушу-паше и Мустафе-паше – они взяли власть в очень сложный для государства момент. Два сокрушительных поражения, последовавших одно за другим (под Веной и под Мохачем) не только оказали вдохновляющее действие