Герои и битвы. Военно-историческая хрестоматия. История подвигов, побед и поражений - Константин Константинович Абаза

подарки: благовонную мирру, шахматы, часы, слоновую кость, но самый главный и драгоценный подарок – это ключи от гроба Господня. Карл Великий устроил тогда убежище для богомольцев. Оно состояло, как тогда говорили, из 12 гостиниц, к которым принадлежали отдельные поля, виноградники и обширный сад в Иосафатовой долине. Близ Силоамской купели устроили особое кладбище для богомольцев, умиравших в Иерусалиме. Многие христиане стали теперь доживать свой век в стенах Святого города: они молились о себе, о своей далекой родине, читали священные книги, помогали делами милосердия странникам, ухаживали за больными, хоронили мертвых, показывали святые места, снабжали пищей и всем необходимым. Многие христиане отправлялись в Палестину и для торгового дела. Рядом с пилигримом шел купец. Он вывозил оттуда шелк и разные драгоценности, которые служили украшением христианских королей. Но каждый богомолец непременно приносил из Иерусалима святые мощи; он отдавал их в церковь или хранил в семье, таков был тогда обычай. Всякое преступление, самое тяжкое, даже братоубийство иступлялось путешествием в Святую землю. Виновный приговаривался или судом короля, или же более высшим судом святого отца; и он был обязан исполнить приговор. На богомольца, который благополучно вернулся из Святой земли, смотрели иначе: в нем видели святость. Часто его провожало и встречало духовенство, кропило святой водой его одежду, сумку и палку. Но между ними были и такие, которые ходили собственно для того, чтобы похвастаться своими приключениями, они рассказывали разные небылицы, смущали тем истинно верующих.

После смерти мудрого Гаруна, христиане недолго наслаждались миром. Арабы стали подозревать христиан Палестины в тайных сношениях и помощи грекам, с которыми они вели частые войны. В случае какой-либо неудачи, христиане Иерусалима и Сирии подвергались яростной мести арабов.

Когда греческий император Никифор Фока взял Антиохию, то иерусалимского патриарха осудили за сношение с греками: его сожгли на костре, в тоже время было сожжено несколько церквей. При султане Хакиме началось беспощадное истребление христиан, в них стали видеть самых заклятых врагов, которых не следует щадить. Появились мученики. Все церковные церемонии были строго запрещены; церкви превращены в конюшни, Храм Гроба Господня разрушен до основания. Несчастные христиане рассыпались по всему Востоку, весь христианский мир был глубоко опечален. Появились разные небесные явления, которые окончательно смутили умы. Все заговорили о конце мира, и всякому набожному человеку хотелось умереть в городе, где страдал и был распят сам Господь.

В XI столетии, чаще, чем прежде, совершались путешествия в Святую землю. Туда шли графы и князья, монахи и священники, епископы и даже короли. Такие знатные лица шли с большой свитой, которая возрастала в числе по мере приближения к святому городу. В 1064 году в одной толпе богомольцев, которую вел майнцский епископ, считали не менее семи тысяч человек, многие из них полегли дорогой в боях. Никогда еще стечение народа не было таким великим в Иерусалим, несмотря на жестокости магометан: все думали, что Вечный Судья явится именно теперь и в этот город. Толпы народа покрывали дороги, их грабили, убивали, а они все шли, да шли. У стен Иерусалима их ждали новые испытания: арабы, или как их называли, сарацины, требовали по червонцу с человека. У кого были деньги, те давали, а бедняки так и пропадали под стенами от голода, болезней, от непривычки к знойному климату Палестины. И те счастливцы, которые попадали в город, тоже терпели горе, часто находили там и смерть. Случалось, что во время божественной службы, когда христиане лежали в слезах пред алтарем, врывались в церковь буйные толпы. С криком бросались они на духовенство, били его палками, кидали священные сосуды, срывали иконы и топтали их ногами. Ни один большой праздник не обходился без побоища и осквернения христианской святыни. Богомольцы, возвращаясь в Европу, рассказывали про те мучения, которые они там вынесли. Многие христиане помышляли об освобождении Гроба Господня из рук неверных, но для этого нужно было действовать сообща, дружно бороться, а у христиан шли вечные споры. Короли спорили с вассалами и духовенством, вассалы жили не в ладах с городами, ссорились друг с другом и так без конца.

Торговые города Средиземного моря собрались как-то и выслали морскую силу против сарацин, но их никто не поддержал – дело ничем не кончилось. А между прочим, положение христиан еще более ухудшилось, когда Сирия и Палестина из-под власти арабов перешли во власть турок. Это бедное племя жило в палатках и переходило с места на место, кочуя около берегов Каспийского и Аральского морей. Турки питались молоком своих коз, дикими яблоками, грушами, кореньями и тем, что было под рукой. У них не было настоящего Отечества – жили там, где находили хорошие пастбища, где паслись их лошади и козы. Но в тоже время они были храбрыми, любили войну: падки к грабежу и хищничеству. Никто на Востоке не ездил так хорошо верхом, как турки, никто так хорошо не владел копьем и не стрелял из лука, как эти кочевники. Стрельба с лошади была их любимым занятием, причем они забрасывали свои пики за плечо.

В XI столетии турки приняли магометанскую веру и подобно арабам устремились на покорение мира. Воинственное племя без труда завоевало Малую Азию, Сирию и Палестину. Ни арабы, ни греки не могли сломить их дикого мужества. Каждый турок носил копье с надписью своего имени и клялся заставить уважать это копье, а предводитель посылал в орду только свой лук, и этого было достаточно, чтобы вся орда поднималась, как один человек. В бою они располагались по ордам и семействам. Наступали в беспорядке, толпами, без передовой и тыльной стражи. Всадники, действуя в одиночку, вызывали противника и начинали отдельные схватки. Потом схватывались кучками и, наконец, вся их армия бросалась на противника. Она – как морская волна – то набегала, то отливала, пока не кончится бой. От одного перса турки научились окапывать свои лагеря, но атаку и оборону укрепленных мест они долго не умели вести. Потом уже у них появились мечи, латы и разные приспособления в боевом порядке – в виде авангарда и резервных частей. Турки любили прибегать к засадам: притворно побегут, а засадные части перекроют дорогу. Когда неприятель обращался в бегство, они, как и арабы, следовали за ним по пятам, истребляли всех до последнего человека. В нравах турок замечалась хитрость, коварство, на их обещания нельзя было полагаться. И вот эти-то кочевники в самой грубой одежде, обернутые войлоком, на лошадках с деревянными стременами, с самым скудным вооружением, в течение каких-нибудь десяти лет стали господами, сделались хозяевами