Герои и битвы. Военно-историческая хрестоматия. История подвигов, побед и поражений - Константин Константинович Абаза

вот забегали гонцы с одного конца Англии на другой. И в хижине бедного пастуха и в замке владельца первое место уступали гонцу, ему давали лучший кусок, наливали большую кружку пива, и когда он передавал добрые вести, что там-то или там-то собираются борцы, то слушатели восторженно хватались за мечи и сами клялись умереть за родину. Скоро все узнали, что Эдвин Моркар и другие сподвижники саксонских королей подняли толпы смельчаков и, укрывшись с ними в непреступных трущобах, кружились, как шмели, вокруг войска. Они быстро нападали, неожиданно, отрезали небольшие отряды, истребляли врагов в одиночку, а в случае появления больших сил, они исчезали бесследно, как будто проваливались сквозь землю. Это было не войско, а целый народ, с отчаянием и ненавистью искавший случаи хоть чем-нибудь отомстить ненавистным чужеземцам.

Близ Кембриджа, на лесистом островке, собралось несколько отрядов из самых отважных бойцов. Они выкопали ров, насыпали валы и из этого укрепления ежедневно делали вылазки на зáмки соседних нормандцев. Дошло до того, что владельцы стали пленниками в своих собственных зáмках: они не смели выехать даже на охоту. Тех, кто решался на это, беспощадно убивали, или они попадали в плен, откуда их выкупали за очень большие деньги. На сто миль кругом страна трепетала, отважные предводители: Гируард, Моркар и Эдвин устраивали набеги, побивали королевские войска. Каждая победа умножала запасы их оружия и продовольствия. Отягощенные добычей, они возвращались в свое укрепление и наполняли склады на случай осады. Король Вильгельм выступил против них во главе своих войск. По мере того, как он подходил, дороги становились непроходимые, болота – более топкими, на каждом шагу попадались засеки. Тяжелые всадники погружались в трясину, отряд должен был останавливаться и вытаскивать их поодиночке. Как только король обложил укрепление, тотчас приказал насыпать гати, но беспрестанные вылазки мешали работе. Тогда Вильгельм велел выставить впереди рабочих старую и безобразную старуху, которая кривлялась, размахивала руками и напускала волшебные чары на лагерь англосаксов. Те испугались и уже думали, что их дело пропало, но Гируард сделал вылазку, и в лесном пожаре сгорели не только старуха, но и многие рабочие и воины.

После шести месяцев осады работы нормандцев мало продвинулись вперед, но и у осажденных продовольствие было уже на исходе, это их и погубило. Между саксами нашлись изменники, которые, пробравшись в лагерь короля, вызвались указать скрытую тропинку, за эту услугу они требовали, чтобы им оставили все прихваченное богатство и позволили бы спокойно дожить в каком-нибудь монастыре. Хотя все это и было обещано, но осталось неисполненным: взявши укрепление, нормандцы ограбили его дочиста и перебили всех обессиленных защитников. Один Гируард с горстью земляков успел пробиться в свой замок, где он долго еще оставался страшен для своих заклятых врагов – нормандцев. Все недовольные и опальные находили у него в замке безопасный приют и вместе с ним нападали на проезжих путях, душили на ночлегах, на охоте – в лесах и полях. Это были последние попытки англосаксов возвратить прежнюю свободу. Власть нормандцев утвердилась навсегда.

Однако могущественный и богатый король Англии был несчастлив в семейных делах и закончил свою жизнь очень печально. Он жил то в Англии, то в Нормандии, где находилась его жена Матильда. Их взрослый старший сын, Роберт, потребовал у отца свое наследство – Нормандию, и когда получил отказ, поднял на него оружие. Отец и сын сошлись на поле битвы к лицу и узнали друг друга. Вильгельм проклял сына. Болезненная и удрученная горем Матильда узнала об этом и вскоре скончалась. Это было единственное существо, которому покорился гордый и самонадеянный король. После смерти королевы остался ковер ее работы, длиной в 50 аршин. Она вышила шелками не только все подвиги своего мужа, заканчивая битвой при Гастингсе, но и разные случаи из его детства. По этим вышивкам можно судить об одежде, вооружении и обычаях той далекой эпохи.

В последний год своей жизни Вильгельм поссорился с французским королем за то, что тот обозвал его «толстяком», между ними началась война. Нормандцы ворвались в небольшой городок Мант и, по обычаю того сурового времени, сейчас же его подожгли. На одной из городских улиц лошадь Вильгельма обожгла ноги и упала на кучу горящих обломков. Король ударился животом о переднюю луку и с трудом поднялся. Уже совсем больного его отвезли в Руан, и здесь на руках монахов он умер 8 сентября 1088 года. В своем предсмертном завещании король поделил владения между сыновьями и приказал отпустить всех пленных на свободу. Пожертвовал большие суммы денег на церкви и монастыри: на церковь Св. Марии, сгоревшую в городе Манте вместе с двумя монахинями, король назначил особый вклад, так как считал свою смерть Божьим наказанием за попущение этого тяжелого греха.

Проповедь Петра Пустынника

Народы Запада, принимая Христова учение, мысленно обращали свои взоры к Востоку, к местам, освященным стопами Спасителя. Из Галлии, Германии, Италии, Испании и других стран христианского мира шли тысячи богомольцев поклониться Святому гробу. Эти путешествия не прекращались даже и во время переселения народов. Бедный странник с посохом шел по полям, где происходили жестокие побоища, и никто его не трогал.

Обычный путь латинских христиан был таков: они шли на Цареград, переправлялись морем в Сирию и достигали сухопутьем Иерусалима. Здесь, пробыв несколько дней в посте и молитве, приближались к гробу Господню и омывали слезами Голгофу. Более благочестивые обходили после этого все окрестные места: поднимались на Сион, спускались в Иосафатову долину, ходили в Вифлеем и посещали гору Фавор, отсюда отправлялись к Иордану, чтобы омыть свои грехи в водах этой священной реки. В Иерихоне богомольцы собирали масленичные и пальмовые ветви, которые несли на родину, а некоторые не довольствовались и этим: через пустыни Сирии они ходили к горам Синаю и Хореву, на обратном пути посещали берега реки Евфрата, где вел счастливую пастушескую жизнь праотец еврейского народа – Авраам. Такие путешествия в то время были не особенно трудны: Святая Земля находилась еще под властью христианских государей, она цвела обилием и красотой, ее поля – хорошо возделаны, горы покрыты кедровыми лесами. Часто на пути попадались городки, деревеньки, монастыри; шла бойкая торговля между Цареградом и странами Востока. Но это продолжалось недолго: из пустынной Аравии явился новый завоеватель, о котором рассказано в статье «Завоевание арабов». Этот народ разрушил счастье христиан.

Им стало легче, когда калифом стал славный и мудрый правитель Гарун-аль-Рашид. Он вошел в дружбу с Карлом Великим, писал ему письма и посылал