Югославия в огне - Ольга Ивановна Обухова

брат датского короля, король Норвегии Хокон талантливо использует особенности норвежской местности – глубокие извилистые фьорды, горные хребты, густые леса и вместе с армией и английскими и французскими подкреплениями продолжает сопротивление.

– Продолжает сопротивление… – вздохнул регент. – Сколько еще оно может продолжаться, если немцы давно захватили столицу, весь юг и центр страны с крупнейшими городами и портами, уничтожили всю норвежскую авиацию и военно-морской флот? Норвежцам просто повезло, что они в самом начале кампании смогли потопить крупнейший немецкий крейсер «Блюхер», который сдуру пробирался в Осло через самое узкое место фьорда и оказался под перекрестным огнем прибрежных батарей. Но больше таких подарков немцы норвежцам не делали, и порты Бергена, Ставангера и Тронхейма были захвачены как в учебном фильме – люфтваффе энергично отбомбились, десантники организованно спрыгнули на парашютах и захватили важнейшие объекты, после чего крейсеры и эсминцы заняли акваторию порта и поставили победную точку. Итог – сразу две немаленькие страны захвачены немцами без особого труда и напряжения, за считанные часы, как Дания, или дни, как Норвегия.

– Соседство с Германией стало настолько опасно, что его нужно бояться не меньше, чем черт боится ладана, – выдохнул премьер Цветкович.

Павел приблизился к висевшей на стене крупномасштабной карте и долго вглядывался в нее.

– Похоже, что из всех европейских стран в худшем положении оказались именно мы, – произнес наконец он. – Потому что мы граничим не с одним, а сразу с двумя хищниками. Если Германия нависает над нами с севера, то Италия обложила нас и с запада – через Словению и Истрию, и с юга – захватив Албанию, и через Адриатику. После Венского арбитража Венгрия безмерно благодарна подписавшим его Риббентропу и Чиано, которые передали мадьярам южную Словакию и Закарпатье, и, конечно, будет действовать на их стороне. Тем более что они грезят о том, чтобы заполучить назад всю Воеводину – с Нови Садом, Кикиндой и Суботицей. Румыны ненавидят нас за то, что мы захватили в 1918 году «их» Банат. Болгары – за то, что в составе Югославии оказалась «их» Македония. Да и Греция, которая вроде бы мирная, тоже претендует на южную часть Македонии. А дальше находится захваченная Италией Албания – и все, круг замкнулся.

– Как человек, который последние пять лет провел в качестве посла в Берлине, пристально наблюдая за действиями Гитлера, я позволю себе заметить, что мы вряд ли находимся сейчас в фокусе внимания фюрера, – сказал министр иностранных дел Цинцар-Маркович. – После того, как он разгромил Данию и Норвегию и обеспечил себя незамерзающими портами и аэродромами на севере Европы и железной рудой из Швеции, которая вывозится через норвежский Нарвик, он скорее всего повернется против главного, заклятого врага Германии. Врага, который больше тысячи лет соседствует с ней, и все это время с галльским остроумием издевается над ней и отравляет ее существование. Гитлер попытается исправить ошибку внуков Карла Великого, из-за которых его величайшая империя оказалась разделена на три части: из них образовались Германия, Франция и Италия. Долю Лотаря, которому достались Италия и Прованс, он трогать не будет, потому что наследником этой доли себя по праву считает Муссолини, а рассориться с ним для Гитлера невозможно – рухнет вся конструкция оси Берлин – Рим, которую он с таким тщанием выстраивал. Но Франция, родина маршалов Жоффра, Фоша и Петена, разгромивших Германию при Вердене и Амьене и отнявших у нее Эльзас и Лотарингию, колонии в Африке и Океании, оккупировавших Саар и наложивших несносные репарации, заслуживает самой жестокой порки. К тому же, как австриец, Гитлер будет склонен отомстить родине Наполеона за то, что французский полководец растерзал и расчленил его любимую Австрию и символически изнасиловал ее, когда, угрожая войной, заставил императора Франца отдать ему свою дочь Марию-Луизу в жены.

Министр финансов Юрай Шутей не смог сдержать усмешки:

– Я бы не стал так преувеличивать страдания Марии-Луизы – если они и были, то Наполеон более чем щедро платил за них. И золотом, и бриллиантами, и дорогими подарками, включая драгоценный фарфор и венецианские зеркала, картины, мебель, книги – все они постоянно дарились Марии-Луизе влюбленным Бонапартом и регулярно перекочевывали в Вену, благодаря чему дворец императора Франца из довольно бедного и почти аскетичного стал в конце концов весьма аристократическим. Таким, в каком ему было не стыдно принимать участников Венского конгресса, деливших после разгрома Наполеона его владения.

Регент досадливо отмахнулся:

– К черту эти подробности о Марии-Луизе! Меня интересует только одно: нападут ли Германия с Италией на Югославию в ближайшее время.

Министр иностранных дел Цинцар-Маркович пожал плечами:

– Как я уже сказал, сейчас Гитлера будет интересовать только Франция. Это будет эпическая битва. И знаковая – та, благодаря которой фюрер войдет в историю Германии. Смыть с себя версальский позор, бросить поверженные французские знамена к подножию Рейхстага или новой имперской канцелярии, пройтись торжественным парадом, чеканя шаг на прусский манер, по Елисейским Полям и под Триумфальной аркой – все это сразу поставит бывшего австрийского ефрейтора в один ряд с Бисмарком, Гинденбургом и Шлиффеном. И сразу возвысит над Вильгельмом II, которого Гитлер считает неудачником, позорно проигравшим предыдущую войну, и ненавидит, и презирает, поскольку живущий в Голландии свергнутый император позволяет себе критиковать политику нацистов. Кстати, Голландия и Бельгия станут следующими жертвами немцев – возможно, даже одновременно с нападением на Францию. Они находятся рядом, их военный потенциал невелик, а воля к сопротивлению – ничтожна, к тому же Бельгию тоже надо наказать за высокомерное отношение к Германии после капитуляции в 1918 году и вернуть себе Мальмеди. А Люксембург, по-моему, немцы и вовсе хотели сделать своей провинцией…

– Понятно. – Павел глубоко вздохнул. – Но… когда и если немцы разгромят Францию и разберутся с ее соседями, то они повернут в другую сторону. А единственная оставшаяся сторона – это наша.

– Генеральный штаб придерживается именно этой точки зрения, – веско кивнул генерал Душан Симович. – Дальнейшая территориальная экспансия стран Оси будет осуществляться на Балканах. Собственно, она уже идет – Италия захватила Албанию. Речь идет о подключении к этому процессу гитлеровской Германии. Это произойдет неизбежно, в течение ближайшего года.

– Если Германия нападет на нас, что вы предлагаете делать? – медленно произнес Павел.

По лицу Симовича пробежала тень.

– В первую очередь – забыть о Хорватии. Потому что она не будет участвовать в сопротивлении – а, наоборот, воспользуется атакой немцев на Югославию, чтобы с их помощью обрести независимость в тех границах, в которых ей позволено существовать с 1939 года.

– Какой бред! – взвился Цветкович. – Какое право вы имеете так говорить о хорватах? После