Русский флибустьер - Владимир Андреевич Жариков

группа необитаемых островов на юго-востоке. Я знаю это место, там есть три островка, очень удобных для кренгования.

– Чёрт побери! – у губернатора загорелись глаза, он ударил кулаком по своей ладони. – Всего месяц назад мы отправили в Англию на виселицу Джеймса Мэя, а теперь можем схватить и Чёрную Вдову! Пока они заняты кренгованием, это будет сделать проще простого!

– Да, но кого отправить туда? – усомнился Дэвид Бартлетт. – «Святой Георгий» снаряжается к походу в Англию, а «Нереида» слишком мала, чтобы отправлять её на схватку с такими головорезами, как люди Чёрной Вдовы!

– К чёрту поход! Задержим выход «Святого Георгия» на несколько дней! Пусть отправляется на схватку с пиратами, застанет их врасплох. И доставит сюда Чёрную Вдову живой или мёртвой!

– Доставит ли? – снова с сомнением произнёс полковник.

– Доставит! Потому что это дело я поручаю лично вам, сэр Бартлетт! Готовьтесь! Возьмите дополнительно сколько надо пушек из форта. Возьмите сколько надо людей. Идите двумя кораблями, берите с собой и «Нереиду»! И чтоб завтра на рассвете вы уже были в море!

Через два часа баркас гостей отвалил от берега и направился к своему кораблю. На судне тут же распустили все паруса, и через полчаса, обогнув остров, оно уже скрылось из виду.

Барк «Великолепный» и фрегат «Возмездие» – так Джеймс Мэй переименовал свой корабль из «Стремительного» – стояли на якорях на расстоянии полукабельтова друг от друга в трёх милях к северо-западу от Сен-Силио. Эта часть океана не просматривалась из крепости. Джеймс Мэй, оставив командование кораблём своим помощникам, находился на борту «Великолепного». Он, Ревека Грей и одноглазый Боб Стингер во все свои пять глаз наблюдали за островом.

– Идут! – сказал Боб Стингер, единственный глаз которого был зорче любой подзорной трубы.

– Да, видим, – согласились капитаны.

Из-за острова показался корабль. Это была «Летящая стрела». Не прошло и часа, как пинас бросил якорь неподалёку. Петруша со Степаном и Вильямом на вельботе направились к «Великолепному».

– Ну, что там? – обратилась к ним Ревека, едва троица поднялась на палубу.

– Всё нормально! Угощайтесь! – Петруша протянул им связку бананов.

– Спасибо. Итак?

– Похоже, они поверили.

– Да, – подтвердил Вильям. – Срочно собирают в экспедицию и шхуну, и большой корабль. Завтра гарнизон опустеет едва не на треть. Часть пушек они тоже начали грузить на корабли.

– Замечательно.

– И ещё, – сообщил Степан. – Пока набирали воду, разговорился с одним болтливым солдатиком, и вот что он поведал мне по секрету. В бастионе по левому фланку[47] стоит часовня, достаточно близко к стене, она хорошо видна с моря. Так вот, это вовсе не часовня, это арсенал. Там у них хранится почти весь запас пороха и ядер, мушкеты, запасные орудийные стволы, лафеты и прочая ерунда.

– Отлично! Молодец, Безухий! И план твой просто замечательный!

Ревека обращалась к Степану «безухий», но в этом не было насмешки или оскорбления. Более того, она произносила это слово ласково и даже с долей нежности.

– План… Хех, погоди ещё, план, – скромно произнёс Степан. – Посмотрим, как завтра всё сложится. Как говорила моя покойная бабушка: «Не кажи «гоп», поки не стрибнеш!»[48]

Глава 21. Штурм

Граф Ричард Вайд занимал пост губернатора Сен-Силио четвёртый год. Во времена Славной революции он был майором армии Вильгельма Оранского, ставшего впоследствии королём Англии, участвовал в свержении Якова II и воевал с якобитами. Позже был направлен в Новый Свет и командовал полком во время битвы при Квебеке, где англичане, однако, потерпели поражение. В бою был ранен и после этого получил назначение на пост губернатора Сен-Силио, сменив предыдущего, который скончался от малярии.

Губернатор Вайд был невысокого роста и, чтобы казаться выше, носил сапоги с высокими каблуками. Он был слегка лысоват, фигуру имел атлетическую, с мощным торсом, но в лице его было что-то отталкивающее. Быть может, близко посаженные глаза или, может, длинный утиный нос. Вайд ненавидел католиков, негров и прочих цветных, особенно карибов, которых велел истреблять нещадно. Он уничтожил последние остатки коренного населения Сен-Силио, которое ещё сохранилось после испанцев, хозяйничавших на острове без малого двести лет. Сэр Вайд исправно платил налоги королю, при этом не оставляя в обиде и себя, существенно повысив поборы с плантаторов, что заставляло их ещё сильнее выжимать пот из рабов.

Ещё до восхода солнца «Святой Георгий» в сопровождении «Нереиды» покинул гавань Сен-Силио и взял курс на юго-восток. Но после его отплытия не прошло и двух часов, как Ричард Вайд был разбужен своим камердинером:

– Сэр, к вам капитан Стэлтон, сэр!

– Ну что ещё?!

Губернатор после почти бессонной ночи, проведённой в развлечениях и кутеже, нехотя поднялся с кровати, надел халат и в спальном колпаке вместо парика вышел из спальни в приёмную.

– В чём дело, Стэлтон?

– Сэр Вайд, он вернулся. Он снова здесь!

– Кто вернулся? Бартлетт? – не понял губернатор.

– Нет. Француз. Вчерашний гость. Он вошёл в гавань.

– Как? Зачем? Кто разрешил? Почему вы впустили его?

– У меня не было указания открывать по нему огонь. И потом… Это же торговый корабль. Несомненно, у него мирные намерения.

В это время со стороны крепости донеслась канонада пушечных выстрелов.

– Что это? – насторожился губернатор. Стэлтон пожал плечами.

Но тут стены дворца губернатора содрогнулись от докатившейся мощной взрывной волны.

– Мирные намерения?! Джон! – крикнул Вайд камердинеру. – А, чёрт!

Он кинулся в спальню, сбросил халат и сам начал быстро надевать панталоны, сорочку, камзол и сапоги. В спальню вбежал Джон.

– Коня! Быстрее!

В бастионе царили неразбериха и паника. В тот самый момент, когда крепость осталась без командира – полковник Бартлетт отправился на захват Чёрной Вдовы, а капитан Стэлтон умчался к губернатору доложить о странном возвращении французского корабля и не поручил никому командование фортом, – в этот самый момент французский корабль миновал гряду рифов и, войдя в бухту, произвёл несколько орудийных выстрелов.

Первый выстрел двадцатичетырёхфунтовым ядром был пристрелочным и направлен в сторону часовни, возвышавшейся в двухстах ярдах левее сторожевой башни. Сбив на макушке часовни крест, канониры уточнили наводку и произвели очередь из трёх орудий, пробив при этом брешь в стене часовни. Далее в эту брешь очередным выстрелом филигранно был вложен брандскугель[49], который воспламенил весь порох, хранившийся в арсенале. Взрывом разворотило не только часовню, но и прилегающую часть бастиона.

Пока прибывшие на место Вайд и Стэлтон пытались оценить обстановку и восстановить порядок, «Летящая стрела» уже подошла к причалу, и на берег начал высаживаться десант. Используя брешь в стенах форта, образованную взрывом, пираты ворвались в крепость. Капитан Стэлтон отдавал срочные команды занимать оборону