Подземный мир - Вольфганг Хольбайн

что твой учитель заметит. Что же касается меня, то я должен тебя разочаровать: здешний персонал привык к тому, что я пропадаю здесь часами.

Мужество окончательно покинуло Михаэля. Зануда Бергман ничего не способен заметить, даже если пол класса нарядится в красные колпаки й будет прыгать на одной ноге. Его отсутствие могли заметить другие, но вряд ли они скажут об этом Бергману! Не в первый раз кто-нибудь сбегает с экскурсии, и остальные стараются прикрыть его, чтобы учитель не обратил внимания.

- Не бойся, старался успокоить его Вольф - Рано или поздно кто-нибудь придёт. И мы будем кричать и подавать знаки фонариком.

- Но вы же сами сказали, что вас никто не хватится. А эта часть катакомб закрыта для экскурсий. Мы можем проторчать тут недели.

- Даже месяцы, - подтвердил Вольф. - Если не годы и не десятилетия. Как знать, может, все эти трупы здесь вовсе не жертвы чумы, а упавшие в яму туристы, которых никто не хватился.

Михаэль не сразу понял, что Вольф шутит, но потом рассмеялся, и ему стало немного легче. Конечно, писатель прав. Настоящая опасность им не грозит. Рано или поздно отсутствие Михаэля заметят: при посадке в автобус или в школе, самое позднее - вечером родители начнут его разыскивать. Нет, как тут ни противно, но по-настоящему им ничто не грозит, если, конечно, их тут только двое.

Михаэль опять вспомнил про ту зелёную рожу, но не стал заговаривать об этом с Вольфом. Было ясно, что писатель не хочет говорить об этом. И Михаэль знал почему. То было не животное. Но и не человек.

- Зато будет захватывающий эпизод для вашего романа, - сказал Михаэль.

- О нет! Я пишу совсем другие книги. Ты ведь сказал, что видел мою передачу по телевизору?

- Честно говоря, я... - замялся Михаэль.

- Ну, ясно, тебе это неинтересно. - Вольф вздохнул, но не рассердился. - Сейчас все читают только занимательные приключения. В историю й литературу никого пряником не заманишь.

- Нет - нет, это не так! - горячо возразил Михаэль. - Просто...

- Тихо! - Вольф быстро поднял руку, прислушался и потом включил фонарик. Луч высветил белокурую голову, возникшую в дыре наверху.

- Стефан! - обрадовался Михаэль. - Тебя, послало, само небо!

Стефан загородился от света, и Вольф опустил фонарик.

- Михаэль! Что ты там делаешь? Вылезай скорее! Бергман заметил, что тебя нет. Его удар хватит, если он тебя здесь увидит!

- Перестань болтать! - перебил Михаэль. - Неужели ты думаешь, что мы попали сюда по своей воле?

- А что, нет? Что же вы там делаете?

- Загляни, увидишь! А лучше скорее беги за помощью. Тут нужна верёвка. Или лучше лестница.

Стефан исчез, и Вольф опять выключил фонарик, хотя теперь не требовалось экономить батарейки.

- Кажется, нам повезло, - сказал он, - А твой учитель не такой уж засоня.

- Вы его ещё не знаете. Меня ждёт проповедь длиной в вашу последнюю книгу.

Вольф засмеялся, но тут же посерьёзнел:

- Слушай... Что касается гоуля... Про него лучше не болтать. Скажем, что перила были гнилые, о'кей?

- Как вы его назвали? Гоуль? Что это значит?

Вольф помолчал, и Михаэлю стало ясно, что он жалеет о том, что произнёс это слово.

- Сказочный персонаж, - наконец сказал Вольф. Как тролль, эльф, гном, понятно? Гоули -это существа, которые якобы живут под кладбищами и... питаются трупами. Чепуха, конечно, но, с другой стороны... подходит к нашей обстановке; а?

- А почему б нем не надо говорить?

- Представь себе, что скажет твой учитель, если ты преподнесёшь ему ЭТУ историю? - спросил Вольф. Михаэль вздохнул: - Вот видишь. То же самое и со мной. Газеты только того й ждут, чтобы напечатать: известный - писатель встречает в катакомбах демона, пожирающего трупы. Нет уж, спасибо.

Михаэль чувствовал, что это ещё не вся правда. Однако он ничего не успел сказать; как послышались шаг. Вольф опять включил фонарик и направил его на дыру вверх, хотя ждать появления Бергмана и всех остальных было ещё рано.

Однако дыра была пуста, а шаги становились все громче. Если это были шаги.

Вольф опустил фонарик и обвёл им все помещение, но ничего нового они не увидели. Шум же становился все отчётливее, но звучал теперь как шаги, для этого он? был слишком тяжёлым и размеренным. К нему добавился струящийся, ползущий шорох, он-то и пугал Михаэля больше всего.

- Что это? - спросил он.

Вместо ответа Вольф посветил себе под ноги на кости.

По ним пробегала дрожь. Мелкие осколки и косточки шевелились, прах сыпался в щели между раздвигающимися частями, и Михаэлю показалось, что вся куча, на которой стоял Вольф, начала медленно проседать. Шорох превратился в треск, воздух наполнился пылью, и Михаэль ощутил, как глубоко у него под ногами что-то подломилось.

Все происходило так - быстро, что они успели только вскрикнуть.

Прах у них под ногами подался, расползаясь в стороны, из костей образовалась воронка со все ускоряющимся оползанием вниз, и их обоих повлекло вглубь Михаэль хотел крикнуть, но рот его забило пылью, его швыряло туда и сюда, осколки костей впивались ему в спину, в лицо и шею, а в затылок с такой силой ударило чем-то тяжёлым, что у него искры посыпались из глаз.

И как раз в тот момент, когда он думал, что больше не выдержит, все кончилось. Ужасное вращение в куче костей прекратилось, вместо него последовало прямое падение вниз, затем удар, куда более жёсткий, чем в предыдущий раз, но у Михаэля хватило присутствия духа, чтобы сгруппироваться, втянуть голову в плечи и закрыть лицо руками. Он сделал это вовремя, потому что в следующий момент на него обрушилась лавина черепов, рёбер и прочих костей. То, что он й на сей раз обошёлся без серьёзных повреждений, было чистым везением, потому что глыбы, падающие вокруг него, могли и убить.

Ему пришлось ещё долго ждать, когда бомбардировка ослабеет, и только после этого он отнял руки от лица.

Чудо предыдущего падения повторилось: он опять услышал, как Вольф рядом с ним то стонет, то ругается, и то и другое служило доказательством, что он жив. И даже фонарь продолжал светить.

Это были хорошие новости.

Плохие же состояли в том, что они очутились метров на десять глубже прежнего в помещении более просторном и более древнем, чем чумная могила. Воздух