И только море запомнит - Полина Сергеевна Павлова

опускает ладонь на плечо О’Райли – теплый и доброжелательный жест. Он успокаивает волнение, червями копошащееся внизу живота.

– Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

– Нет, но, думаю, я что-нибудь придумаю по ходу.

– Тогда будь осторожна, – Колман на удивление целует девушку в лоб, поглаживает по небрежно заплетенным волосам. – И будь проклят тот день, когда я отказался вернуть тебя твоему отцу, Морриган.

– Да будем мы у ворот рая за час до того, как дьявол узнает, что мы мертвы[50], – усмехается Моргана, за что получает почти отеческий подзатыльник.

Она залезает в лодку к Джеффри, и их спускают на воду.

Утро ясное и чистое, а небо светлое. Отличный день, чтобы в случае чего можно было умереть и никогда потом об этом не жалеть. Корморэнт налегает на весла, кряхтя и пыхтя. Такому дохляку, как он, это дается не без усилий, но Моргана не предлагает свою помощь. Она поглядывает то на приближающийся берег, то на отдаляющуюся «Последнюю фантазию», с которой Колман наблюдает за их движением.

– Что будете делать, когда закончим с этим всем? – усмехается Джеффри так, словно они, счастливые, уже возвращаются назад.

У Морганы как-то совершенно не было времени подумать о том, какой станет ее жизнь после того, как она доберется до Источника. В один момент возможность избавиться от шрама, уродующего ее лицо, и слепоты стала настолько близкой, что она не успела опомниться. Теперь они не гонятся, не спешат. Им осталось сделать последний рывок. И цель всей жизни Морганы, от которой она когда-то отказалась, теперь играет новыми красками.

– Мы еще не закончили, но… – Моргана хмыкает, – если все пойдет так, как надо, то в очередной раз окажусь в бегах уже от живого Кеннета. Уверена, у него поводов меня повесить не убавилось.

– Как и всех нас, кэп. Как и всех нас.

Странно лишь то, что она не чувствует присутствия проклятого корабля. Она так была уверена, что Кеннет направится за ними, а сейчас ощущает сомнения. Неужели она ошиблась и проклятый лорд избрал для себя другой путь? Тогда ей придется наполнить флягу водой, а затем целенаправленно потратить добрую половину оставшейся жизни, чтобы самой отыскать мертвеца и заставить выпить воду до дна.

А нужно ли вообще поить Кеннета водой? Может, достаточно окунуть его головой?

Она пытается вспомнить, что об этом мог сказать Понсе де Леон. Но испанец в своих записях, обрывки которых Моргане удалось раздобыть, вовсе не рассуждал о свойствах особой воды. И если капитан поняла все правильно, он искал в совершенно ином месте, не там, куда они с Джеффри держат путь.

Чтобы убедиться, что она действительно ничего не упускает, капитан достает маленькую книжечку и пробегается взглядом по страницам. Некоторые рисунки и записи смазались, но еще возможно разобрать слова. Однако на бумаге лишь краткий пересказ легенды о том, что у Источника люди смогут жить вечно в счастье.

Пожалуй, большей лжи Моргана еще не видела. Человечество никогда не будет жить в мире и согласии, пока существует разделение на сильных и слабых. Сильные всегда будут стремиться подчинить и завладеть большим. Избитая правда жизни.

Когда весла уже больше не помогают, О’Райли и Корморэнт вылезают из лодки и втаскивают ее подальше на берег. Им не нужно, чтобы ее унесло волной и потом не на чем было вернуться на «Последнюю фантазию». Издалека бриг выглядит особенно красиво, завораживает своей чистой простотой и вместе с тем изяществом линий. Скорее всего, заказ на него делал тот, кто немало понимал, но не мог позволить себе линейный корабль. Да и чтобы отстроить для себя галеон, нужно иметь огромное самомнение – такое, каким всегда отличался Бентлей. Но каким бы красивым ни казалось ей нынешнее судно, «Острое лезвие» Моргана любила больше. Любила красные паруса и самодельный таран, резную тонкую девушку – носовую фигуру, с которой иногда болтала, когда было совсем нечем заняться. О’Райли нравилась даже скрипящая лестница, ведущая на капитанский мостик, ей еще помнится отчетливый, почти надрывный «писк» третьей сверху ступени.

«Лезвие» осталось в прошлом. И нужно продолжать двигаться дальше.

Моргана снимает с ноги сапог, выливает из него воду, затем проделывает то же самое и со вторым. Мягкий белый песочек приятно греет ноги. В детстве она часто, держа обувь в руках, бегала по лугу, пока Эйдан, закусив соломинку и надвинув на лоб треуголку, лежал под раскидистым дубом, то и дело ворча, чтобы Моргана далеко не уходила.

А она и не уходила. Лишь носилась за бабочками, собирала цветы. Один раз, правда, провалилась ногой в кроличью нору и вывернула ее так, что даже сварливый Эйдан расчувствовался. И пока нес ее до дома, утешал и говорил, что все будет в порядке. Много воды утекло с того беззаботного времени.

Корморэнт раскладывает трубу и еще раз осматривает остров:

– Пусто. Вообще ничего. Ладно. Вперед. Кэп, не будем задерживаться.

Интересно, что же такого ему хотелось разглядеть среди густых ветвей. О’Райли достает из-за спины мачете. Это грубое приспособление, которым орудуют на плантациях сахарного тростника, отлично показывает себя в непроходимых джунглях. Его даже не обязательно правильно затачивать, чтобы рубящий удар отсекал ветки.

– Знаешь, когда мы шли к Сфере, по пути нашли остров, на котором была карта на стене. Сначала думали, что ничего особенного на этом острове нет и мы зашли в тупик. Но древние уж очень любят загадки.

– А еще пророчества в загадках. Чертовы древние, – хмыкает Джеффри. Он выуживает компас из своей грязной кожаной сумки, захваченной с корабля. Но, видимо, решив, что и тот будет здесь бесполезен, убирает обратно. – Интересно, и сколько нам нужно будет идти? Хотелось бы вернуться на корабль к ночи, чтобы хоть что-то осталось от обеденной похлебки.

О’Райли прерывает мечты Джеффри о трапезе:

– Наверное, пока не поймем, что мы пришли.

Во все предыдущие разы так и было. И концепция всех волшебных мест уже становится понятной – ты всегда догадаешься, что ты на верном месте, когда доберешься до него. Проблема лишь в том, что они могут блуждать в этих джунглях до скончания веков и так и не добраться до места назначения. Можно попытаться найти ручей или хоть какой-то еще водоем на острове и пройти вдоль него в надежде, что исток и окажется тем, что они ищут. Но еще дольше они могут простоять без дела на берегу, боясь сделать первый шаг.

Моргана решается идти первой. Хоть Джеффри и заверяет каждого, кто предложит ему с ним выпить, что он не дилетант, а самый настоящий авантюрист, бывавший во всех уголках света, О’Райли уверена: она видела больше странностей.

Потому выживание в очередной раз зависит от нее. Капитан отсекает мачете лианы и листья, некоторое