Древняя Русь: имидж-стратегии Средневековья - Илья Агафонов

К тому же женщины гораздо чаще своих мужей или отцов принимали постриг, что делает саму процедуру изменения имени гораздо более широкой.

* * *

Традиции имянаречения девочек, судя по всему, долгое время повторяли правила присвоения имени новому наследнику. Во времена языческие и раннехристианские, большое значение имела родовая значимость конкретного имени, а позже – значимость святого покровителя и семейная «популярность» имени в той или иной династической ветви. Сохранялся, судя по всему, и запрет на наречение ребенка тем же именем, что имеет здравствующий родственник.

Однако даже так женские имена в династии Рюриковичей долгое время оставались весьма разнообразными, фиксируя широкие связи Руси с Польшей, Чехией и Скандинавией. И это не считая иных родов, которые могли пользоваться уважением на Руси как, например, род полоцких князей или семейства уважаемых новгородских бояр, с которыми также могли заключить брак.

Довольно часто родовые имена Рюриковичей имели мужской и женский варианты для универсального использования. Такие имена, как Ярослава, Всеслава или Ростислава, были весьма распространены, обладая теми же свойствами, что и мужские имена. Через них на детей переходил авторитет их предков, а также фиксировалась преемственность власти, которой можно было воспользоваться при выдаче дочери или сестры замуж. Еще одним знакомым именем с двумя вариантами будут имена Олег и Ольга. Последнее стало довольно популярным в княжеском именослове по очевидным причинам наличия княгини с таким же именем. Однако прочие скандинавские имена, вроде той же Уты, также периодически встречались в X–XI веках.

Известны также и иные вариации славянских женских имен с окончанием «-слава», которые, однако, не имеют подходящих аналогов в русской традиции имянаречения. Так, сестру датского конунга Кнуда Великого (1018–1035) звали Святослава, а дочерью Галицкого князя Владимира Ярославича (1188, 1189–1199) была Болеслава. Правда, такие имена не очень подходят русской традиции – они в ней не встречаются. Зато они вполне хорошо вписываются в польские и чешские именословы, где подобные пары вполне работали. А если учесть весьма плотные связи династии Рюриковичей с Польшей, то в целом такая ситуация вполне объяснима. Другое дело, что эти имена в княжеский именослов так и не вошли, оставшись проявлением отдельных контактов с иностранными государствами.

Встречались в женском именослове и уникальные имена, мужские варианты которых не появлялись на Руси вообще.

Верхуслава

На Руси известно по меньшей мере о двух Верхуславах. Одна из них – дочь князя Новгородского Всеволода Мстиславича (1117–1132, 1132–1136), ставшая женой польского князя Болеслава Кудрявого. Ее имя, судя по всему, превратилось в родовое для польской династии Пястов, ведь в семье как ее сына Мешко III Старого, так и ее внука Болеслава Куявского появятся свои Верхуславы.

Еще одна известная Верхуслава была дочерью князя Всеволода Большое Гнездо и вышла замуж за Ростислава Рюриковича, одного из участников княжеской борьбы за Киев.

Звенислава

Также фиксируются две женщины с такими именами. Одна была дочерью полоцкого князя Бориса Всеславича (1001–1128), однако приняла постриг. Другая – дочь черниговского и киевского князя Всеволода Ольговича (1127–1139/1139–1146) стала женой еще одного польского князя – Болеслава Высокого.

Сбыслава

Еще одно имя, мужских аналогов которому не появляется в княжеском именослове. Однако имена вроде Сбыслав или Собеслав встречаются у древнерусских воевод (в том числе новгородских), а также у польских князей. Одной из известных носительниц имени в княжеских семействах является дочь Святополка Изяславича (киевский князь в 1093–1113 годах), ставшая женой польского короля Болеслава III. Другой известной Сбыславой стала дочь Всеволода Большое Гнездо, родившаяся в 1178 году.

Мальфрид/Мальмфрид

Не самое обычное германское имя для древнерусского именослова, попавшее на Русь, судя по всему, благодаря плотным контактам со Скандинавией и Польшей. Известно, что дочь Мстислава Великого с таким именем стала женой норвежского конунга Сигурда Крестоносца. Однако распространение имени Маль(м)фрид в Норвегии относится лишь к XIII–XIV векам. Тут интересно, что на Руси такое имя фиксируется раньше, чем в Скандинавии: летопись фиксирует смерть княгини с таким именем вскоре после смерти Рогнеды Рогволдовны в 1000 году. Историки долго спорят, является ли наша Мальфрид очередной женой Владимира или же его матерью – Малушей. С точки зрения принципов имянаречения и того факта, что это имя потом появится у одной из внучек Ярослава Мудрого, версия о том, что под этим именем скрывается мать Владимира, имеет право на жизнь.

Еще одна Маль(м)фрид отмечена как дочь князя Юрия Ярославича Туровского (1157–1168). Вышла замуж за луцкого князя Всеволода Ярославича.

Добронега/Добровка

Одна из дочерей Владимира Святого и Анны Византийской. В 1018 году попала в плен к польскому королю Болеславу Храброму. Позже, уже в середине правления Ярослава Мудрого, стала женой польского короля Казимира I Восстановителя.

Рогнеда

В случае с именем Рогнеда, самой известной носительницей которого была дочь полоцкого князя Рогволда, жена Владимира Святого, стоит понимать, что ее имя не было частью родовой традиции Рюриковичей. Род полоцких князей, пусть знатный и уважаемый, к Рюриковичам не относился. А потому имена вроде Рогволда и Рогнеды особой популярности в древнерусском именослове не сыскали.

Вместе с тем одна известная Рогнеда у нас есть – дочь князя Мстислава Великого. В 1112 году она стала женой волынского князя Ярополка Святополчича, однако спустя несколько лет брак распался из-за конфликта мужа Рогнеды с Владимиром Мономахом.

Ингибьерг/Ингеборга

Еще одно необычное имя со скандинавскими корнями. Также дочь Мстислава Великого, ставшая женой Кнута Лаварда, сына датского короля Эрика Доброго. Есть мнение, что корни появления этого имени отсылают к имени жены Ярослава Мудрого – Ингигерды, дочери шведского короля Олафа.

Предслава/Предеслава

Одно из родовых языческих имен, распространенных среди женщин из рода Рюриковичей. В XII веке фиксируются по меньшей мере четыре интересные Предславы:

• Предслава Владимировна: дочь Владимира Святого, попавшая в плен к польскому королю Болеславу Храброму в 1018 году. Участница княжеской борьбы, начавшейся между сыновьями Владимира в 1015 году;

• Предслава Святополковна: дочь уже упомянутого киевского князя Святополка Изяславича и жена венгерского принца Альмоша, мать венгерского короля Белы II Слепого (1131–1141);

• Предслава Святославовна: дочь витебского князя Святослава Всеславича (1101–1129), больше известная под именем Евфросиньи Полоцкой;

• Предслава Рюриковна: дочь князя Рюрика Ростиславича, активного борца за киевский престол; в 1188 году стала женой Галицко-Волынского князя Романа Мстиславича, который развелся с ней в 1195–1196 годах.

Как можно понять, родовые имена женской части княжеских детей также могли быть очень и очень разными. Сначала женские имена работали лишь