Валерий Самохин - Прейскурант на победу

Купец обреченно вздохнул – о спокойных днях можно было и не мечтать.

– И большую ссуду хочешь взять, сынок?

Денис внимательно посмотрел на отца. На его лице не дрогнул ни один мускул.

– Миллионов десять.

– Да куда такие-то деньжищи?! – ошеломленно выдохнул Иван Кузьмич.

– Знаешь, отец, есть у меня одна мечта. Точнее, их у меня много. Но эта – первая.

– Ты про эту девушку? – догадливо оживился купец.

Денис с усмешкой пригубил напиток и сказал:

– Нет. Не про девушку… Через несколько лет один немецкий банк даст тридцать миллионов долларов японскому правительству. На эти деньги Япония начнет войну с Россией. И я очень не хочу, чтобы это произошло.

– Какой банк?! Какие доллары?!

Ответ последовал невпопад:

– А может… и про девушку…

Уфимская губерния. 26 июня. 1896 год. Городской парк. 23:15

В летние каникулы курсистки аристократического заведения княжны Оболенской вмешалась любовь. Юлия Рябушинская последние дни жила как во сне. Она понимала, что увлечена сыном провинциального купца, но ничего поделать с собой уже не могла. И не хотела.

После смерти отца опеку над богатой наследницей взял ее родной дядя – Павел Михайлович. Молодая, красивая и прекрасно образованная девушка была лакомым кусочком для донжуанов всех мастей и сословий. Постоянно окруженная назойливым вниманием светской молодежи Петербурга, Юлия попросту сбежала в российскую глубинку, воспользовавшись неоднократными приглашениями погостить от дальнего родственника, уфимского заводчика Ногарева.

Первое время она просто наслаждалась неторопливой скукой южно-уральской губернии. Даже неуклюжие ухаживания кузена не могли нарушить ее умиротворенного состояния. Малоприятный тип. Девушка засмеялась – вспомнилась фраза Дениса, когда она вслух отслеживала родственную связь со своим кузеном. Как он сказал? Двоюродный шакал троюродного верблюда? Смешной он. И милый…

Юлия уже в который раз подергала за рукав своего молчаливого кавалера:

– Смотри – звезда падает!

– Надо желание загадать.

Третья фраза за вечер.

– Я загадала!.. Еще одна! Теперь твоя очередь…

– Не молчи! Когда ты молчишь – мне грустно…

От молчаливого нежного ответа зеленых глаз перехватило дыхание.

– А эта звезда как называется? Ты про нее пел?..

– Завтра уедешь, и целый месяц мы не увидимся…

– Ты опять молчишь!..

Когда ее кузен набросился на Дениса, она испугалась. Но даже тогда успела заметить его необычную пластику. Что-то в ней было от балета. В прошлом году столичные подружки завлекли Юлию на новую спортивную забаву: английский бокс. Крепкие молодые люди, одетые в цирковые трико, неуклюже прыгали друг перед другом, смешно задирая вверх подбородок. Подружки были в восторге, но ей не понравилось.

Денис боксировал по-другому – красиво. И слово красивое. У него много интересных выражений. И сам он необычный. Правда, очень застенчивый…

– Не вернешься через месяц – я уеду!

– Куда?

– В Петербург. Осенью экзамены.

– Я приеду к тебе.

– Поклянись!

– Клянусь.

– Не так!

– Чтоб я лопнул!

– Не надо… не лопайся…

– Ты опять молчишь?!.

Сегодня подружка увлекла их в модный салон. Было чудесно. Пили шампанское, танцевали, играли в фанты и музицировали. Говорят, в этом салоне частенько пел сам Шаляпин. Юлия тоже исполнила свой любимый романс. Интересно, он догадался, что она пела для него? А потом ему достался фант: рассказать смешной стих.

Но Денис почему-то отказался. Она сделала вид, что обиделась на него. Тогда он попросил гитару. И спел. Какая красивая песня! Правда, о таком композиторе – Ди Милано – никто почему-то не слышал. Но итальянцы всегда были прекрасными музыкантами…

– Тебя в самом деле молнией ударило?!

– Да…

– Бедненький!.. А что потом?

– Ты появилась.

– Не смейся надо мной!.. Лучше спой еще что-нибудь…

– Ты опять молчишь!..

Ласковое прикосновение к щеке и грустная, милая улыбка…

– Напиши мне.

– Я не умею.

– Ты опять смеешься?!.

– Мне пора.

– Приезжай поскорей!..

Огромная зловещая луна мрачно повисла над пустынной улицей, заливая мертвенно-бледным светом ночной пейзаж. Неясный силуэт в темном окне обернулся и прощально помахал рукой. Сердце забилось в радостном томлении. Забравшись в холодную постель, Юлия свернулась котенком под пуховым одеялом и тихонько запела:

Под небом голубымЕсть город золотойС прозрачными воротамиИ яркою звездой…

Ну когда же он приедет?!.

Уфимская губерния. 27 июня. 1896 год. Частный особняк

– Документы готовы? – спросил Денис, пробегая глазами по списку.

– Губернская канцелярия печать поставила.

– Что еще забыли?

– Да вроде ничего, – пожал плечами Иван Кузьмич.

Подготовка к вояжу в Самару заняла несколько дней. Во-первых, нужно было зарегистрировать новую компанию – третья купеческая гильдия не дозволяла заниматься оптовыми сделками. За небольшие подношения регистрацию провели в считанные дни. Назвали незатейливо: торговый дом «Черников и сын»…

– За сколько доберемся?

– Почти двое суток плыть.

Купец отправил в рот очередной кусочек севрюжьего балыка и расплылся в довольной улыбке. Отрезав толстый ломоть от пшеничного батона, он ухватил крынку с парным молоком.

– Перекусил бы на дорожку.

– Спасибо, батя, не хочется.

В дверь залетел взъерошенный Федька, едва не споткнувшись об порог. Негромко выругавшись, он торопливо доложил:

– Барин, там костюмы принесли.

Денис привычно показал ему кулак. Сорванец ухмыльнулся и понятливо закивал головой…

Гардероб обновился кардинально. Современная мода – кургузые пиджаки и зауженные, в обтяжку брючки – вызывала нездоровый смех. После долгих споров и нескольких поправок в эскизах – обнаружилась неожиданная способность к рисованию – местный портной взялся за дело. На примерке он опять бурчал, но – уже одобрительно.

Требовалось также подобрать новых работников для предстоящей комбинации. Имеющихся в наличии у купца явно не хватало. Решили привлечь и Федьку – юный сорванец отличался смекалкой и взрослой рассудительностью.

– Федор, купонные книжки отпечатали?

– Через два дня обещали, Денис Иванович.

– Ты хоть пирожок скушай, – опять вмешался отец. – С печенкой заячьей. Пальчики оближешь!

Купец стукнул ложкой по руке Федьку, потянувшегося к блюду с выпечкой. Деревянный стук по столу возвестил о промахе – паренек радостно заталкивал в рот горячую сдобу.

– Прибью! – пригрозил ему Денис. – С артельными старшинами связался?