Луна и Смерть - Федерико Гарсиа Лорка

class="v">кто корабль наш ведет.

Стихотворные книги —

это звезды: во мраке ночном

в мир, который зовется Ничто,

проплывают безмолвным путем

и на тверди небесной

пишут строки свои серебром.

В горьких песнях, рожденных

в андалусском краю,

скорбный голос поэтов,

обреченных страдать, узнаю.

В этой книге хотел бы

я оставить всю душу свою…

7 августа 1918 года

«Каждая песня…»

Перевод Артема Андреева

Каждая песня —

заводь

любви.

Свет каждой звезды —

заводь

эпох.

Завязь

эпох.

Заводь

возгласа —

каждый вздох.

1921

Смуглая песня

Перевод Анатолия Гелескула

Пусть, Мария дель Ка́рмен,

я сгину,

твою смуглую меря чужбину.

Затеряюсь

в глазах нелюдимых,

трону клавиши

губ этих дивных.

Здесь и воздух смуглеет

и тоже

бархатится пушком

твоей кожи.

Заблужусь,

на груди умирая,

в тайниках

непроглядного края.

Пусть, Мария дель Кармен,

я сгину,

твою смуглую меря чужбину.

«Вновь свинцовые тучи…»

Перевод Артема Андреева

Вновь свинцовые тучи

солнечный свет преломили.

С горных вершин прилетает звонкоголосый ветер.

А по небесному лугу

между звездных цветов

лунный плывет полумесяц,

словно бы серп золотой.

По вечернему полю (вот-вот появятся души),

по безлюдной дороге

я иду с грузом боли;

правда, в сердце моем

греза счастья поет,

греза страсти заветной,

бесконечно далекой.

Белый отзвук ладоней

на моих прохладных висках.

Страсть моя созревает

вместе с моей слезой.

1921?

Сюита воды

Перевод Анастасии Миролюбовой

Деревня

В черной воде

тополя на дне,

и маргаритки,

и маки.

По глухому пути

упряжке идти.

По ветру —

лететь соловью,

тополиному сердцу.

Дрожь

Глубокую память

посеребрит впечатленье —

росный камень.

В безбурном поле

светлые воды —

погашенный родничок.

Север

Зябко светят звезды

над перекрестком.

Кто-то входит в леса дымовые,

кто-то выходит из дымного леса,

тяжко вздыхают шалаши

под вечными бликами утра.

В утреннем стуке

топора

леса и долины плещут,

как мелкие волны бассейна.

В утреннем стуке

топора!

Юг

Юг

миражи

отразит.

Спутаешь все слова:

апельсин и звезда,

небеса и река.

Только стрела

жива:

вот что такое

юг —

без цели по ветру летит

золотая стрела, легка…

Восток

Лестница благовоний

опускается

к югу,

прыгая через ступени.

Запад

Лунная лестница

поднимается

к северу —

переход светотени.

1921 (?)

Сюита зеркал

Перевод Геннадия Шмакова

Символ

У Христа

по зеркалу

в каждой руке.

Дрожит Его лик

и множится.

А черные взгляды

сердцем Его

полнятся.

Верую!

Огромное зеркало

Мы живем

под зеркалом огромным.

Человек – живая лазурь!

Осанна!

Блик

Донья Луна.

(Может, ртуть пролилась?)

Навряд ли.

Что за мальчик засветил

ее фонарик?

Мелькнет мотылек,

и все погрузится во мрак.

Молчите… тишина!

Ведь этот светляк —

луна.

Лучи

Всё вокруг – раскрытый веер.

Брат, открой свои объятья.

Бог – лишь точка впереди.

Отзвук

Птица поет

от одиночества.

Воздух множится.

Мы слышим зеркалами.

Земля

Все мы ходим

по зеркалу

незрячему,

по стеклу

прозрачному.

Если б ирисы росли

лепестками вниз,

если б розаны цвели

лепестками вниз,

если б корни видели

звезды и высь,

а умерший спал

с открытыми глазами,

все мы жили бы – лебедями.

Фантазия

За гладью зеркальной —

погасшие звезды

и девочка-радуга,

спящая крепко.

За гладью зеркальной —

покой бесконечный,

гнездовье затиший

бескрылых и вечных.

Зеркальная гладь —

это мумия водная,

ты в полночь закроешься

ракушкой света.

Зеркальная гладь —

первородные росы,

упавшая в вечер

раскрытая книга и эхо, ставшее плотью.

Синтоизм

Золотые колокольчики.

Пагода – дракон.

Дзинь, дзинь, дзинь

над рисовым простором.

Родник изначальный,

источник правды.

А где-то вдали —

розовые цапли

и вулкан увядший.

Глаза

В них столько тропинок,

распахнутых настежь!

Там – два перекрестка

тенистых и влажных.

Смерть – частая гостья

с полей этих тайных.

(Срезает садовница