Перегрины. Правда за горизонтом - Василий Кленин

Гемию, зато попытался избавиться от его Спутников. Он хотел так ослабить Первого Владыку.

Бараго глубоко втянул дым и прикрыл глаза.

– Махеино много козней строил Спутникам. И погубил каждого из них… О каждой смерти есть отдельная легенда, Катагуа.

Он повернулся к приятелю, и в глазах его мерцал нездоровый блеск дурмана.

– Друг мой! Дальнейшее я не могу тебе рассказать при всем желании. Да и не поверишь ты словам моим, даже при всём желании – настолько удивительна эта истина. Но это именно она! Истина! Хочешь ее узнать?..

…Они брели по узкой, но очень нахоженной тропке. Далеко позади остались здания Кои-Кои, и окрестные выселки. Они шли уже по диким, неухоженным лесам. Причем, шли не одни! Где-то впереди (на этой же тропе) маячили люди, сзади тоже были слышны шаги. Бараго вел Катагуа к лесному изваянию Благого Гемия.

Статуя оказалась вылепленной из глины, кое-как обожженной и криво-косо покрашенной. Позорище какое-то, а не почитание Основателя! Тем не менее, на полянке находилась целая небольшая толпа, люди возлагали к ногам Гемия дары, стояли и молились на коленях, простирались ниц. И всё это – с надлежащим почтением. Не хуже, чем в столице! Этот факт Каймана слегка успокоил. Он также подошел к статуе, возложил свои дары и от всего сердца помолился, прося Благого дать ему мудрости для того, чтобы всё узреть и понять.

Страстная молитва не помешала Смотрителю Полей приметить, что, хотя, большая часть молящихся заканчивала свои дела и двигалась обратно, некоторые – в основном, мужчины – тихонько утекали куда-то в заросли… Причем, совершенно не в том направлении, где жили все эти люди.

«Там же вообще – чащоба» – с охотничьим азартом подумал Кайман.

И, когда Бараго поманил его за собой именно туда, пошел, не задумываясь.

Тропинка вилась причудливыми петлями, повторяя рельеф, и вскоре, вокруг приятелей сгустилась тьма. То не горы вылезли (откуда здесь взяться горам?). Это тропинка спустила их в каменистое ущелье. Внезапно Катагуа увидел впереди свет! То тут, то там путь освещали смолянистые факелы. Иной раз целой группой. Смотритель Полей быстро понял, что освещали они не тропу, а каменные стены расщелины. На которых…

– Что это за рисунки? – в изумлении воскликнул Кайман.

Огромные росписи покрывали стены. Увы, разобрать их было сложно – и Бараго, осенив себя священным знаком, начал рассказ. Это был рассказ о великих чудесах Благого Гемия. Катагуа слушал их – с детства знакомые! – и не узнавал. Ибо в каждой истории появлялся кто-то из Спутников. И по мере сил своих помогал Спасителю. А потом появился Махеино. Он был совершенно бессилен перед светом Гемия. Однако, начал одного за другим убивать Спутников. Ослабляя связь Благого Гемия с Пусабаной, с миром смертных. Вскоре тот вообще вознесся, а оставшиеся Спутники остались один на один с Махеино.

– Сила злодея возросла, – испуганным шепотом рассказывал Бараго, описывая очередную роспись. – Дух его отравлял мир, и не было у Спутников силы, чтобы противостоять ему.

Он сделал паузу.

– Принято считать, что Гемий и Спутники – сущности иной природы, чем ферроты. И они неспособны иметь детей. В случае Основателя так и есть (вернее, он способен, но не в том смысле, как обычные люди). Потому-то он выбрал лучшего из ферротов и сделал его Первым Владыкой. Зато Спутники были гораздо ближе к Пусабане. И один из них полюбил простую женщину. Так сильно полюбил, что та приняла от него Семя. Махеино убил последнего Спутника и восторжествовал! Он уже готов был покорить Пусабану! Однако, злодей учуял Семя в благословенной женщине. Покуда есть на Земле след, хотя бы, Спутников Спасителя, власти его не бывать полной! Он рыскал по Пусабане с острым ножом в руке, но нашлись добрые ферроты, которые укрыли женщину. А потому Махеино так и не обрел…

Бараго оборвал сам себя.

– Пожалуй, я смолкну. Мы пришли.

Это Катагуа увидел и сам. Расщелина превратилась в просторную широкую площадку. Каменные стены смыкались над ней почти полностью, на невероятной высоте, наверное, в десяток человеческих ростов. Всюду горели факелы. Вокруг стояли, сидели не менее тридцати человек. Все – мужчины, в основном, немолодые. Они что-то распевно бормотали, их бубнёж сливался в какую-то совсем незнакомую Кайману песню. Песня была приятная, успокаивающая, но слова – совершенно непонятны.

– Что они… – начал было Смотритель Полей, но Бараго поспешно зажал ему рот.

– Тише, мой друг… – еле слышно прошептал он. – Молчи, счастливчик! Сейчас ты сам всё увидишь и поймешь.

Всеобщее внимание обратилось на центр площадки. Люди перестали напевать, а начали что-то бормотать вразнобой. В центре Катагуа легко рассмотрел возвышение, явно сложенное людьми из камней. Оно, как ни странно, пустовало. Но впереди, пониже, располагалось удобное резное сидение. Тоже пустое.

Наконец, Кайман понял, куда все смотрят. В далекую тьму дальней стороны, не освещенную факелами. Там шевелилась какая-то большая громоздкая, но совершенно бесшумная тень. Пальцам стало очень холодно: тень покачивалась, нарастала. Ферроты вокруг него также галдели всё громче и громче. Катагуа начал, наконец, различать слова. Вернее – слово. Одно-единственное, которое каждый из присутствующих обращал к таинственной тени.

– Защити… Защити… Защити! Защити!!!

– Да что это такое? – не удержался и спросил Кайман у приятеля.

– Это Семя… – с полыхающими от экстаза глазами ответил Бараго. – Мы спасли его… Спасли от Махеино. И оно защищает нас.

Катагуа выпучил глаза. Спасенное Семя Спутника? Спустя почти сотню лет? В это время тень выбралась в пятно света, и стало ясно, что это человеческая фигура, с головой укутанная в огромное покрывало. Разнообразные дорогие перья на нем сплетались в чудной узор.

Люди тянули к фигуре руки, люди молили ее об одном: «Защити!». Бараго тоже опустился на колени и присоединился к общему хору – Кайман совершенно не узнавал прежнего ироничного десятника. Опасаясь сильно выделяться, он тоже опустился на колени… но руки тянуть не решился. Вокруг всё очень сильно смахивало на богохульство.

В тот момент, когда молящие стоны людей достигли своего пика, покрывало распахнулось, опало на землю…

И Катагуа увидел перед собой мерзкого северянина!

Глава 11. За спиной змея

Имя: Хрогерт и Гуннольфр. Место: Злая Земля

Змей смотрел вперед. Всегда. И в этом было его предназначение. Плевать, насколько интересен