Антибол 2. Со щитом или на щите - Татьяна Зимина

Ты выслала моего помощника, Одиссея. Я хочу, чтобы он вернулся.

Уховёртка поджала губы.

— Если вы обойдёте Теночли… — проговорила она, словно в раздумьях.

— Ой, да ладно тебе, Кларисса, — встрял Макс. — Ты и сама понимаешь: выгонять Одиссея было неспортивно. Ты сделала это на эмоциях, но сейчас-то мы в одной лодке, а?

— Ладно, я распоряжусь, — буркнула Уховёртка.

Кивнув в знак благодарности, я вышел вслед за Максом.

Тот, прислонившись к стене, с облегчением выдохнул, а потом приложил палец ко рту: молчи, мол.

Я кивнул. Что я, идиот?.. У драконихи слух, как у землеройки.

— Я в архив, — сказал Макс, чуть повысив голос.

— А я — на тренировку, — добавил я.

— Тогда нам по пути.

Конспираторы хреновы.

— Мама дорогая… — протянул Макс, когда мы вошли в так называемый архив.

Если что, на минуточку: до него пришлось лететь.

Помните, я говорил, что драконы живут в скалах, как ласточки? Так вот: Арена Коммод, так же, как и дворец Князя, как и госслужбы типа сокровищницы или контрразведки — были сосредоточены в одном месте, то бишь, в одной скале.

А никому не нужный архив, который посещают от случая к случаю, находился он у чёрта на куличках — в другом часовом поясе, в четырёх часах лёта. Причём, скорость Макс держал не меньшую, чем пассажирский «Боинг».

— Давай, — он привычно подставил спину, стоило нам выйти на взлётную площадку.

— Иди в жопу.

— По-другому туда не попасть, — пожал плечами паршивец. — У драконов просто нет общественного транспорта. Они сами — транспорт, сечёшь?

Я поморщился. Одно дело — на чужом горбу преодолеть полосу препятствий. Совсем другое — несколько часов лёта над сплошным морем туч…

— Тогда может, ты сам? — без всякой надежды спросил я.

— Проверить Теночтитлан — была твоя идея, — резонно заметил Макс. — Да ладно тебе, Тим, я не собираюсь торчать один в пыльном архиве! Там же скучно, как… как в библиотеке!

— Ты же говорил, твоя бабушка преподавала литературу. Ты должен ЛЮБИТЬ книги.

— Посидел бы ты с моё над учебниками, — буркнул тот. — Знаешь, сколько ЧАСОВ я провёл в пыльных библиотечных коридорах?.. Ну пожалуйста, Тим. Я не хочу перелопачивать эти архивы в одиночку.

— Ладно, — я вздохнул. — Но только — до вечера. У меня тренировка.

— А насчёт Одиссея это ты ловко придумал, — сразу повеселел Макс, опять поворачиваясь спиной и подставляя закорки. — Уховёртка ничего не заподозрила.

— Осенило, — буркнул я. — А вообще, не понимаю, зачем тебе понадобилось всё скрывать.

— Привычка, — пояснил Макс, и…

Сорвался с обрыва.

Как был, не меняя человеческого обличия.

Ветер засвистел в ушах, щеки прилипли к зубам. Слава богу, хоть дождя не было, как в прошлый раз.

Я судорожно сжал руки.

Бляха медная! Ну и видок у нас со стороны…

— На шею не дави, — крикнул Макс.

Я его игнорировал. Да и при всём желании, помочь ничем не мог: судорога была такой сильной, что я в принципе рук уже не чувствовал.

И вот, когда я уже во всех душераздирающих подробностях представлял, как мы со всей дури хряпнемся о жесткую землю, вдруг захлопали полотнища огромной палатки — Макс развернул крылья.

Спина его внезапно раздалась, сделалась широкой, как покрытый чешуёй диван.

Впереди маячила украшенная острым гребнем шея, задницей я ощущал, как сокращаются маховые мускулы.

Схватившись за какой-то шип, я рискнул обернуться: в перспективе маячили мощные задние ноги и хвост…

На крабе я ездить научился, — подумал я, пытаясь разглядеть тонущие в тумане чёрные скалы. Макс лавировал меж них на бреющем, иногда едва не касаясь склонов кончиками крыльев…

Теперь вот дракон.

Расскажу Глазастику — она будет в полном восторге.

И тут, между небом и землёй, уворачиваясь от плотных ударов ветра, я принял самое, наверное, главное решение в своей жизни.

Как только закончатся Игры — смотаюсь на Землю и заберу Глазастика сюда.

А чего? Я тоже могу купить домик в Сан-Инферно.

Впервые поймал себя на мысли, что планирую будущее.

Никогда раньше я так не делал.

Не до того было — да и незачем.

Но сейчас, сидя на широкой спине дракона, я вдруг отчётливо понял: всё. Допрыгался.

Пора остепениться.

Если, конечно, мы не воткнёмся в какую-нибудь скалу и не рухнем в этот блямский туман.

— Как ты вообще отыскал это место? — спросил я, когда Макс приземлился на ровный пятачок, величиной с десертное блюдце. — Как по мне, все эти скалы абсолютно идентичны.

— Когда я смотрел карту в кабинете дедули, — пояснил Макс, непроизвольно облизываясь — перед приземлением он умудрился проглотить муху размером с пеликана. Надеюсь, что муху. А не маленького дракончика, улизнувшего поиграть без присмотра взрослых… — Постарался запомнить всё, что на ней было — а вдруг пригодится? А про чувство направления я не врал: оно у меня зашибенное. И кстати, могу утешить: обратно уйдём порталом.

По спине продрало, словно бы драконьими когтями.

Утешил, твою мать. Не то слово.

Войдя в архив, мы остановились на пороге. Потому что дальше было не пройти — кругом громоздились бумаги.

Коробки с папками, мешки, набитые конвертами, просто отдельно взятые листки, уложенные в шаткие зыбкие башни…

За наслоениями едва угадывались размеры пещеры. Единственное, что можно сказать — она была громадной.

Казалось, скалу просто выдолбили изнутри, как орех, и под завязку набили бумагами.

Пахло старыми газетами и мышами.

— Если ты думаешь, что мы сможем здесь хоть что-то найти… — пробормотал я. А потом чихнул. В воздух поднялось густое облако бумажной пыли.

— Вот почему Кларисса так легко рассталась с кулоном, — констатировал Макс.

— Легко? — я стряхнул пыль с рукавов олимпийки. — Да она же стрясла с тебя кучу денег.

— В перспективе, — спокойно кивнул Макс. — Если продажи золота когда-либо возобновятся.

— Ну… — я растерялся. — Не будете же вы копить его вечно.

— Лет сто — как минимум, — мстительно улыбнулся Макс. — Король Золтан хочет поднять магический потенциал населения на новый уровень. А для магии…

— Нужны запасы золота.

— Красава! Начинаешь рубить фишку, — похвалил