Потапыч: Земля Обетованная - Антон Чернов

и мозг. Как следствие — разум. В результате выходил совершенно безумный, чертовски сильный… Ну зомби, по большому счёту.

Ну а раз брать его живым смысла нет, то я и не стал напрягаться. В прыжке ухватил за рога рванувшего на меня недоумка, в оттолкнулся от них и провернул в полтора оборота. Бычара шеей хрустнул и помер.

А я послал аркубулюса с Динькой в направлении полёта свинины — может, ещё живой этот пятак-бомбист. Всё же некоторые моменты было бы интересно прояснить. Ну и поднял бич, почистился — к счастью, меня не особо порвали в плане гардероба. А в плане меня самого — досталось только несколько ударов копытами, болезненные в момент нанесения, но совершенно несерьёзные для беролака.

Ну и шляпу эти стрелки фиговы с башки сшибли, поцарапав тулью. Впрочем зачарование на регенерацию было, так что не страшно, хмыкнул я, отряхнув головной убор и нацепив на голову.

— Так и будете там сидеть⁈ — рявкнул я на стрелков фиговых, торчащих в гуляй-городе из телег.

— А ты не с разбойниками⁈ — послышался подозревающий женский голос.

— А тебе в голову не стреляли⁈ — галантно поинтересовался я. — Ты вообще, как себе представляешь ответ на твой вопрос⁈

— Скажи что «нет»! — проорала всё та же баба.

— И ты поверишь⁈ — с интересом исследователя мира душевнобольных поинтересовался я.

В ответ тишина на четверть минуты, а потом могучие когнитивные способности этой дамочки выдали дамочкиным ртом:

— А ты побожись!

— А оно мне надо⁈ — полюбопытствовал я, начав собирать оружие с прибитых бандюг.

Тем временем вернулся аркубулюс, ну и Динька — свинину они не обнаружили. Что не гарантия ни жизни, ни нежизни этого летучего хряка. Свинина Шредингера выходила, да и хрен с ней, в общем-то. Вот только эти караванщики начали стрелять по моему железному медведю, немного меня разозлив.

— Вы там охренели⁈ Хорош стрелять, а то рассержусь! — честно предупредил я.

— И что⁈

— Проверять — не советую! Вы какого лешего в моего медведя стреляете⁈

— А это твоё чудище⁈ И докажи, что ты не с бандитами!

— Достали, — вздохнул я. — У вас, придурков, есть три варианта! — решил я пояснить спасённым придуркам политику партии. — Первый: отблагодарить меня за спасение деньгами. И заниматься своими делами: я следую своей дорогой, вы своей…

— Денег нет!

— И держаться не за что, — хмыкнул я себе под нос. — Второй вариант, — продолжил я перечисление, — вы чем-то меня благодарите. Чем — не знаю, может, товарами, может — рассказами. Не знаю, что с вас, нищих недопотерпевших взять.

— Не оскорбляй!

— Пока и не начинал. И третий вариант: вы на меня нападаете. Я посмотрю, что у вас полезного, и поеду дальше.

— Бандит!

— Дура! — ответил я. — Ладно, я пока к лагерю этих нападающих, а вы тут думайте, какой вариант выбирать.

Подъехал к лагерю и любовался скорбной пустотой на месте вырубленного: этот страус, видно, в обороте, вывернулся даже из одежды и драпанул. Страус и есть страус, даже не спёр ничего, так торопился: местоположение добычи память оборотня прекрасно помнила. Ну и хрен бы с ним, махнул я лапой, копаясь в барахле.

И через несколько минут присел на пенёк, тяжело задумавшись. Дело в том, что в мешках и баулах было, помимо всякой фигни различной полезности, форма стражи Рико. В принципе, я об этом думал, но теперь стопроцентно уверен. И что мне со всем этим делать-то, в смысле не с барахлом — его ясно, что прикарманить, а с ситуацией?

Ну, положим, страусёныш драпанул. И драпанул сразу, это точно — к месту схватки не приближался, вырубился быстро, и кто его вырубил — не запомнил. Кабан… вообще не факт, что после взрыва перед мордой у него остались какие-то гляделки. Отрастит, если выжил, но в полёте после взрыва там была свиная отбивная, факт.

Так что в Рико о том, что я помешал проведению их международной политики, вряд ли узнают в ближайшее время. А вот валить из городишки, похоже, надо будет сразу по возвращении — в город мастеров или ещё куда. Но с этим разберёмся.

Встряхнулся я, встал, и тут же приветливо оскалился, помахивая лапой: на поляну выехал ящер с наездницей, явно по мою душу.

18. Теоретический миллионер

На ящере располагалась на удивление молодая и даже симпатичная блондиночка: ей и двадцатки на вид не дать, даже с конфискацией. Ну и симпатичная, хотя мордашка загорелая-обветренная, ладони с явными мозолями, а лапка придерживает ружьё на плечевом ремне так, что выстрелить может в любую секунду. Впрочем, мне, если что, на то чтобы девицу угомонить надо меньше секунды, так что пусть держится, я не против.

— Ну здравствуй, помощничек, — процедила она мне, оглядывая окрестности.

— Я ни тебе, ни твоим стрелкам не помогал, — уточнил я, копаясь в трофеях. — Спасал от смерти — было дело. Лови, — метнул я в дамочку мундиром стражи Рико.

Просто голос этой соплюшки был узнаваемый, и переговоры вела со мной она. Ну а что в пятёрки она главная — из факта ведения переговоров логично следует. Девица шмотку поймала, упустив ружьё (был бы злодеем — тут бы её злодейству и подвергнул, ничего бы уже не сделала, клуша) и начала злобно, хоть и негромко матерится. Душевно так, с редкими повторами, в адрес Рико.

А я, пока она демонстрировала глубокие и широкие познания в обсценной лексике, я причувствовался к дамочке и теребил Потапа на тему её тотемного зверя. Вроде бы броненосец: с «шлемом», «панцирем» и прочим. Из отличий от того что я знаю — длинный хвост с «булавой» — вроде броненосцам такого аксессуара по инструкции не положено. Но так — броненосец и броненосец, довольно сильный тотемный зверь. Может поэтому она в караване главная, а может потому, что возраст не