Антибол 2. Со щитом или на щите - Татьяна Зимина

кружевное. Чёрное, кружевное, с крошечными розовыми бантиками.

Мать её за ногу.

Перед дверью она остановилась и приложила ладонь к моей груди.

— Поклянись, что никому не скажешь, — потребовала она.

— Что у нас с тобой тайные потрахушки? Расслабься. Я не хвастаюсь победами на любовном фронте.

— Я о жезле!

— Ори погромче, и клятва не понадобится.

— Тимуррр… — она тоже впервые назвала меня по имени. — От этого зависит моя жизнь.

Вдох — выдох… Вдох…

Хотелось спросить: а о жизни Лилит ты не думала, когда упрятывала её в Башню?

— Ладно, — я взялся за ручку двери. — Я никому не скажу.

И открыл дверь.

На пороге, с поднятой рукой, стоял Макс. Видать, только собирался постучать.

— Что никому не скажешь? — тут же спросил он. А потом заметил Уховёртку. — Мама дорогая! Баронесса. А что это вы тут делаете? — он заглянул ей за плечо и увидел разорённую постель. — Упс… Пардоньте. Вопрос снимается.

И посмотрел на меня.

А я посмотрел на Уховёртку.

— Ты должна ему всё рассказать.

— Исключено.

— Кларисса.

— Дайте, я сам догадаюсь, — встрял Макс. — Баронесса, у вас случился форс-мажор, вы бросились ко мне, меня не застали и тогда… — он перевёл многозначительный взгляд на меня.

— Ты слишком много о себе понимаешь, — фыркнула Уховёртка. — Я СРАЗУ пошла сюда.

— Значит, всё остальное — верно, — кивнул Макс. — Что и требовалось доказать. Ну так что у нас плохого?

Я молчал.

Сука твою мать, заявись этот паршивец на три минуты раньше…

— Он всё равно узнает, — выдавил я из себя.

Напряжение накапливалось, время шло. А у меня сегодня игра.

— Ты не понимаешь! — рявкнула Уховёртка. — Я просто НЕ МОГУ…

— Ладно, зато я могу, — сказал Макс и гостеприимно махнул рукой вдоль коридора. — Идёмте — куда вы там собрались… А по дороге я вам всё объясню.

— Ты?.. — я не мог сдержать удивления.

— Что поделать? — Макс притворно вздохнул. — Работа у меня такая.

— Работа? — переспросил я.

— Всё знать, — принялся перечислять Макс. — Обо всём догадываться. Преодолевать трудности при помощи самого себя, если ты понимаешь, о чём я…

— Не совсем.

Мы шли по тускло освещенному коридору.

Народу вокруг — никого, так что хрен знает: наступило утро, или всё ещё была ночь.

И кстати: а какая она? Ночь на Благоре…

— Кларисса, — позвал Макс. Та бросила в его сторону косой взгляд. — Давай, я буду говорить, а ты поправишь меня, если я ошибусь. Лады? — дракониха кивнула.

— Ты меня невзлюбила, когда я отказался на тебе жениться, так?

— Ты нанёс смертельное оскорбление клану Фейрчайльд, — прошипела Уховёртка. — Никто не имеет права отказаться от…

— Ой, да ладно тебе, — перебил её Макс. — Оставь эти средневековые замашки. И вообще: ты меня спросила? Может, у меня была девушка, или вообще…

— Твой дед дал согласие за тебя.

И вот тут Макс остановился. Словно перед ним выросла стенка, которой мы не видели.

— Дедуля? — переспросил он. — Но как… Зачем… Почему…

— Дыши, Макс, — мне пришлось вмешаться. — Давай, ты помнишь, как это делается. Вдох… — я нажал ладонью на его грудную клетку. — Выдох…

— Спасибо, мне уже лучше, — он отстранился и строго посмотрел на Уховёртку. — Ладно, с дедом я потом поговорю. Вернёмся к вашим баранам, баронесса… Итак, я отказался на вас жениться.

— И сбежал, — добавила Уховёртка.

— А что мне оставалось делать? — Макс свирепел всё больше. — Ты наехала на меня, как бронетанковая самоходка. Конечно, я сбежал. Потому что ценю свою свободу. Я к ней, знаешь ли, привязан.

Эти двое встали друг на против друга и принялись пыхтеть.

— И ты решила ему отомстить, — сказал я. — Потому что нет на свете ничего хуже отвергнутой женщины.

— И обманутой, — добавила Уховёртка.

— Ладно, вали всё до кучи, — Макс перевёл дух и сделал небольшой разминочный кружок вокруг нас. — Я поступил вероломно и ты решила меня закопать. Но ты не могла меня достать: ведь я не появлялся на Благоре — что я, враг себе, что ли?.. А тут — турнир. И ты просто ухватилась за возможность, да? Решила дискредитировать мою команду, сделать так, чтобы мы вылетели, продулись по полной. И начать решила с Лилит.

— Достать тебя через бабу было элементарно, — буркнула Уховёртка.

— Она — не баба. А девушка. И вообще-то не моя, а своя собственная.

— Но ты за неё впрягся!

— Мы своих не бросаем, — надменно задрав подбородок, бросил Макс. — Я впрягся бы за любого, кто попал в беду, ясно? В принципе — за любого.

— Даже за… — начала Уховёртка.

— Подожди! — я отодвинул Макса назад. — Так это ТЫ снюхалась с Ангелами Ада! Это ТЫ подбросила Скраблию идею прижать Автандила. И устроила так, чтобы второй матч мы играли именно с ними. А я-то всё голову ломал… Знаешь, внезапно мне расхотелось тебе помогать.

Колено донимало не слишком сильно, и я вдруг подумал: а не пойти ли мне на тренировку…

— Ты обещал! — рявкнула Уховёртка. — А кроме того… Скраблию ничего подбрасывать было не надо. Он САМ пришел с доносом — как только проведал, что у Князя пропал Жезл.

— Наябедничал, что в команде соперников играет уголовник? — спросил я. — И намекнул, что именно он и есть вор.

Уховёртка кивнула.

— Скраблий сказал, что Лилит — его девушка, а значит, она и ангел — заодно. И посоветовал хорошенько прижать крылатого. А потом предложил свою помощь — как законопослушный гражданин.

— И ты согласилась, — кивнул я.

— Я должна проверить ВСЕ версии, — прошипела Уховёртка. — Поэтому решила проследить за ангелом. Но… — она пожала плечами. — Кроме не слишком спортивного поведения его ни в чём не уличили.

— То есть, ты ТОЧНО знаешь, что сокровищницу обнёс не он! — я тыкнул пальцем ей в грудь. Уховёртка посмотрела на меня так, словно это был нож.

Упс…