Малороссийские сказки. С иллюстрациями - Клавдия Владимировна Лукашевич
Ивашечка, Ивашечка,
Наварила кулешику:
Поешь, мое серденько,
Будешь сыт-сытешенек.
Ивашечка услышал голос матери и отвечает:
Ты плыви, плыви, челнок,
Выплывай на бережок.
Ко мне матушка пришла,
Есть и пить принесла.
Пристал он к берегу, наелся, напился, потом отпихнул золотой челнок серебряным весельцем и поплыл дальше – рыбку ловить.
А змея-то и подслушала, как мать Ивашечку кликала. И была та змея – злая ведьма. Вышла она на берег и давай реветь грубым голосом:
Ивашечка, Ивашечка,
Наварила кулешику:
Поешь, мое серденько,
Будешь сыт-сытешенек.
Ивашечка услышал и подумал: «Нет, это не матушки голос». Махнул он весельцем и запел вполголоса:
Дальше уезжай, челнок,
Не плыви на бережок.
Челнок и поплыл. А змея стояла-стояла на бережку, не дождалась и ушла сердитая.
Вот мать снова принесла ему обед и снова стала звать его.
Он услышал и запел:
Ты плыви, плыви, челнок,
Выплывай на бережок…
Ко мне матушка пришла,
Есть и пить принесла.
Челнок приплыл к бережку. Ивашечка поел, попил, отдал матери рыбку, что наловил, потом оттолкнул челнок и поплыл снова.
А змея тем временем побежала к кузнецу и просит его:
– Кузнец, кузнец, выкуй мне такой тоненький голосок, как у Ивашкиной матери.
Кузнец раздул огонь, достал клещи, нагрел их, ухватил змею за горло и давай ей его ковать. Кует, а сам припевает:
Куйся, куйся, голос злой,
Стань добрей, стань нежней,
И потоньше ты запой.
И сделался у змеи тонкий голосок. Пришла она к реке и запела:
Ивашечка, Ивашечка,
Наварила кулешику:
Поешь, мое серденько,
Будешь сыт-сытешенек.
Ивашечка подумал, что то мать его кличет, и приплыл к бережку. А змея выхватила его из челна и потащила в свою хату.
Принесла к хате и кричит дочери:
– Олёнка, Олёнка! Натопи мне так жарко печь, чтоб все камни пораспались.
Олёнка засуетилась; печь натопила так жарко, что камни стали падать.
– Олёнка, Олёнка! Спеки мне Ивашку, пока я за гостями схожу! – сказала змея и улетела.
Вот Олёнка и говорит:
– Ивашка, Ивашка, садись на лопату!
А он в ответ:
– Как же я сяду? Я не умею.
– Ничего. Садись как умеешь, – говорит Олёнка.
Ивашечка положил на лопату голову.
– Э, не так! Сядь совсем.
Он взял, положил одну руку.
– Так, что ли? – спрашивает.
– Э, не так! Садись хорошенько, совсем.
Вот он взял и положил ногу.
– Ну теперь, наверно, так?
– Э, да нет! Совсем, совсем садись! – закричала Олёнка.
– Я не знаю как! Покажи ж ты мне.
– Смотри.
Только что она взобралась и села на лопату, как схватил ее Ивашечка и бросил в печь; заслонкой заслонил, хату запер, убежал на двор, взлез на дуб и сидит.
Пришла змея, стучит и кричит:
– Олёнка, Олёнка, отвори!
Молчит Олёнка, не отворяет. Ведьма еще шибче стучит и кричит:
– Олёнка, Олёнка, отвори!
Молчит Олёнка.
Рассердилась змея и выбранила Олёнку:
– Вот дурная девчонка, убежала гулять.
Она сама кое-как хату отворила, вытащила из печки жареное и поела, думая, что съела Ивашечку.
Как наелась, вышла на двор и стала кататься по двору и приговаривать:
Покачуся, повалюся,
Закусив мясцом Ивашки.
А Ивашечка с дуба ей в ответ:
Покатайся, поваляйся,
Олёнкиного мясца наевшись.
Послушает, послушает змея, кажется ей, что кто-то поет, и ну опять валяться и припевать:
Покачусь, повалюсь,
Закусив мясцом Ивашки.
А Ивашечка опять ей в ответ:
Покатись, повались,
Закусив мясцом Олёнки.
Взглянула змея на дуб, увидела Ивашечку, все поняла, да как завоет. Бросилась она к дубу и давай его грызть. Грызла-грызла, сколько зубов переломала, а перегрызть не смогла.
В это время в вышине пролетали гуси; увидел их Ивашечка и стал просить:
Гуси-гуси, гусенята,
Я вам сяду на крылята,
Унесите вы скорей
Меня к матушке моей.
Там мы будем в воле жить,
Сытно есть, мед-пиво пить.
Но гуси пролетели мимо и крикнули Ивашечке:
– За нами летят еще гуси. Пусть тебя средние возьмут.
А змея все грызет и грызет дуб. Вот она зубы все переломала, добежала к кузнецу и просит:
– Кузнец, кузнец, скуй мне поскорее зубы, да поплотнее, из чистого железа. Мне надо дуб перегрызть и Ивашку съесть.
Кузнец сковал ей крепкие зубы. Стала она опять дуб грызть. Грызет да грызет.
А Ивашечка сидит да плачет. Видит он, снова летит стадо гусей, и стал он их жалобно просить:
Гуси-гуси, гусенята,
Я вам сяду на крылята,
Унесите вы скорей
Меня к матушке моей.
Там мы будем в воле жить,
Сытно есть, мед-пиво пить.
А гуси ему в ответ:
– Пускай тебя задние гуси возьмут.
Да и полетели.
Ивашечка и думает: «Пропал я теперь навеки». И так горько-горько заплакал, что слезы на землю закапали. А змея все грызет да грызет, вот-вот дуб повалит.
Видит Ивашечка, что в вышине летит одна гусыня. Отбилась она от стада, насилу летит. Ивашечка и стал ее просить-молить:
Гуся-гуся, гусенятко,
Возьми меня на крылятко,
Унеси ты поскорей
Меня к матушке моей.
Там мы будем в воле жить,
Сытно есть, мед-пиво пить.
Гусыня опустилась на дуб и говорит:
– Садись.
Ивашечка сел ей на спину, она взмахнула крыльями и полетела. А дуб в это время рухнул и убил змею.
Гусыня принесла Ивашечку к родной хате, посадила его на оконце, а сама полетела.
Сидит Ивашечка на оконце. А баба напекла пирожков, вынимает их из печи и говорит:
– Это тебе, дидусь, пирожок, а это мне.
А Ивашечка крикнул:
– А мне?
А баба снова вынимает пирожки и снова делит:
– Это
