Тени Веги - Селина Катрин

знаете ли, сентиментален, а ещё являюсь ужаснейшим игроманом. «Эхо Танорга»[1] в некоторой степени вызывает привыкание похлеще наркотиков. Тут одно наложилось на другое, и… — Он изящно взмахнул в воздухе рукой. — И мне до сих пор не даёт покоя, что кто-то украл мой приз.

А вот теперь у меня перед глазами засверкали цветные мушки. Ах вот в чём, оказывается, заключалось наказание Эдгара. Моё первое задание, когда мы только-только встретились с этим ужасным человеком, состояло в том, что я должна была украсть какой-то виртуальный арбалет с огненными стрелами… Тогда я была юной и наивной девочкой, которая особо себе даже не представляла, что такое «Эхо Танорга» и как много эта игра значит для людей. Для меня это мошенничество было лишь способом покрасоваться мозгами перед привлекательным мужчиной — а Эдгар всегда таким был — и будущим возможным работодателем. Я, собственно, даже нарушением закона такую ерунду не считала.

— И что бы вы сделали с тем несчастным воришкой, если бы моя Фича нашла его? — подливая масла в огонь, спросил Эдгар и выразительно посмотрел на меня.

Со стороны этот взгляд можно было принять за влюблённый, вот только я прекрасно понимала, что это угроза.

— Да много чего можно сделать с таким дифреном, — фыркнул Зелос. — От банальщины до чего-то экстравагантного…

Он замолчал, так как тяжелая бархатная штора колыхнулась и в ВИП-комнату вошла официантка. Она молча расставила заказы и выпрямилась, чтобы уйти, но тут Зелос вдруг воскликнул:

— Это что?

— Тирамису, сэр.

— В чашке?!

— В ч-чашке, — растерялась вегианка. Если честно, то я тоже. Пирожное с какао-пудрой красиво лежало в чашке-миске с высокими прозрачными краями. Всё вместе смотрелось очень аппетитно. Я бы такое съела, если бы вообще могла проглотить кусок.

— Зовите шеф-повара, — ультимативно потребовал гость.

— Да-да, к-конечно. У нас лучший ресторан на Веге, если вы чем-то недовольны…

— А повар, видимо, худший, — отрезал Зелос.

Наступила полнейшая тишина, а ровно через минуту прямо у нашего столика образовался розовощёкий пухлый парнишка лет двадцати с милой родинкой под глазом. Он снял с себя колпак и низко поклонился мафиози.

— Здравствуйте. Вы меня звали?

— Вы приготовили это? — вопросом на вопрос ответил Зелос.

— Ну да. — Повар робко переступил с ноги на ногу. — Вы даже не попробовали.

— Мне и не надо пробовать дерьмо, чтобы знать, что это дерьмо, — отрезал мужчина в белой хламиде. Затем движением фокусника достал из рукава ампулу с жидкостью — такие обычно использовали спортсмены, чтобы колоть стероиды — и вылил в портвейн. — Пейте. — Приказным движением мафиози подвинул бокал к повару.

— Но-о-о… я не пью алкоголь… — ещё сильнее растерялся парнишка, явно почуяв неладное.

Я увидела лишь на мгновение, как Зелос повёл бровью, а в следующую секунду три амбала позади него отмерли, схватили сопротивляющегося повара за руки и насильно влили в него всё до последней капли. Честно говоря, смотреть на это было жутко… Но ещё более жутким стал остекленело-поплывший взгляд парня с родинкой под глазом, резко расширившиеся зрачки и выступивший пот на лице.

— Это не тирамису, — тем временем как ни в чём не бывало начал читать лекцию Зелос. — Это какая-то жидкость, раз она налита в чашку. Настоящее тирамису должно быть воздушным и крепким, оно должно самостоятельно стоять на блюдце. Вы не можете называться шеф-поваром, если не умеете готовить такой элементарный десерт.

— Не могу называться шеф-поваром, — машинально повторил парнишка и облизал сухие губы.

Я видела, как изменилось его дыхание на поверхностное, кожа посветлела, а на виске быстро-быстро забилась пульсирующая венка. Все эти признаки наркотического опьянения я уже видела однажды ночью.

— Тирамису должно быть воздушным. — Зелос развернулся к несчастному и взглянул ему в глаза. — Слышишь, бездарность? Ты хочешь быть профессионалом?

— Конечно хочу…

— Тогда иди и научись летать! Только после этого твои десерты будут воздушными!

— Да, сэр. Я обязательно научусь. Прямо сейчас…

С этими словами парнишка вышел из нашей ВИП-комнаты, даже не потрудившись закрыть за собой штору. Я так и смотрела в его удаляющуюся спину со странной, чуть плавающей походкой.

— Это «амброзия»[2] последнего поколения, — усмехаясь, сообщил Зелос, возвращая внимание к нашему столику. — Синтетическая и очень забористая вещь. Люблю такие. Управлять людьми — одно удовольствие.

В этот момент в основном зале раздались крики, а затем звук бьющегося стекла. Миг — в поле моего зрения попал покатившийся по полу огнетушитель, и мелькнула спина повара. Он прыгнул в окно. С двадцать шестого этажа ресторана.

— Ну вот и отлично, нечего такой бездарности работать в этом чудесном заведении.

Мой мир остановился. В груди бешено колотилось сердце, каждый удар отдавался набатом в ушах. Я боялась, что сердцебиение звучит так громко, что я выдам себя с головой. Я не могла дышать, не могла думать. Все казалось нереальным, как в страшном сне, из которого хочется проснуться. Но это было наяву. Зелос — не просто монстр, он психопат, который играет с человеческими жизнями, как с пешками на шахматной доске. Ему не понравился десерт, и поэтому он заставил повара покончить жизнь самоубийством.

Я смотрела на мужчину с узкими чертами лица и в белоснежном одеянии, и каждый мускул в теле напрягся от ужаса. Как кто-то может быть настолько жестоким? Иметь настолько извращённые понятия о нормальности?

— Так на чём мы остановились? — уточнил Зелос и посмотрел на меня.

Я не могла вымолвить ни слова. Я задыхалась, кожа горела, внутренности корчились от шока. Только что на моих глазах в человека влили дрянь и внушили ему, что он должен прыгнуть из окна…

— На том, что вы хотите приобрести партию этих красавчиков для небольших, но подвижных целей, — спас меня Эдгар, и, пожалуй, я была ему в этот момент благодарна. Казалось, что все мысли написаны у меня на лбу.

— Ах да, точно. — Зелос небрежно пошевелил длинными пальцами, усеянными многочисленными перстнями. — Плачу или «амброзией», или по пачке крекеров[3] за штуку, но поставка должна быть до конца недели.

— Возьму крекерами. — Эдгар благодарно наклонил голову.

Мужчины одновременно встали и пожали руки. Зелос вместе со своими мордоворотами вышел из ВИП-кабины, а Эдгар слегка поморщился и мотнул головой, чтобы его шестерки тоже покинули помещение. Последний мужчина аккуратно занавесил за собой штору, и стало даже чуть тише. По крайней мере, крики