Семья волшебников. Том 4 - Александр Валентинович Рудазов

– Ну… если ты готова за ним ухаживать, – поддался папа.

– Коты беспроблемные хоз… питомцы, – сказал Снежок. – Но им нужно регулярно чистить лоток, менять воду и кормить.

– И это не должен быть кто-то из родни Совнара, – добавила мама.

– Мам, я еще не сошла с ума, – сердито ответила Вероника. – Я не собираюсь заводить бушука.

– Вот и молодец. Помочь тебе с поиском хорошего кота?

– Сама найду, – отвернулась Вероника.

Она мстительно подумала, что все-таки придется снова призывать Ксаурра и дружить с ним. Это единственный вариант, который устроит родителей.

Глава 18

Комацу Акихико начал рабочий день так же, как сотни рабочих дней до этого. Как и почти каждое утро, открыв глаза, он на мгновение усомнился – не приснилось ли попадание в другой мир? Правда ли он исекайнулся в страну волшебников или сейчас заскрипит будильник, и он окажется в своей крохотной квартирке?

Но потом он смотрел на часы без стрелок, слышал за окном семикратное уханье совы и понимал, что ничего не приснилось. Он в Мистерии… и ему скоро на работу.

Просыпался Комацу по-прежнему рано. На Земле вставал в пять утра, на Парифате – в седьмом полуночном часу. Он не сразу привык к местным суткам, первое время машинально пытался соотносить их с земными, но они плохо соотносились.

Еще труднее оказалось привыкнуть к местному календарю с его разбросанными как попало выходными. Бывает, что будни идут по десять-двенадцать подряд. Хорошо хоть, рабочий день на Парифате принят всего шестичасовой… или это только в Мистерии так, Комацу не выяснял.

А поскольку у них еще и час чуть короче земного, жить вполне можно.

В общем-то, жизнь Комацу изменилась не радикально. Поднявшись с постели, он точно так же почистил зубы и расчесал усы… хотя этого он дома не делал. Усы у него совершенно не росли, да если б даже и росли – их запрещено носить по санитарным нормам.

Но то в Японии, а не в Мистерии. Здесь повар может носить на лице что угодно. И Комацу однажды просто любопытства ради купил эликсир Усы-для-Красы, а потом так и оставил. Ему неожиданно понравился новый имидж.

Умывшись, он сделал легкую гимнастику. Радио тайсо в Мистерии нет, зато Фурукава-сан подарила волшебную шкатулку с музицей – маленьким музицирующим духом. По просьбе (а порой и без просьбы) владельца она исполняла мелодии, пела песенки и декламировала стихи.

Вот и сейчас давно выучившая распорядок дня Комацу музица возникла в облике хорошенькой девушки ростом в локоть и певучим голоском воскликнула:

– Встаньте на середину комнаты, Комацу-доно, и поставьте ноги на ширину плеч! Начинаем утреннюю зарядку!

Предстать музица могла в любом облике и говорить любым голосом. Комацу не знал, разумна ли она или это магический аналог Сири, но она понимала каждое слово, успешно поддерживала беседу и отзывалась на свое имя (Харуки). Комацу три минуты повторял за ней упражнения, потом стал готовить завтрак, а музица запела бравурную песенку, аккомпанируя себе на барабане тайко.

За два года Харуки многому научилась от Комацу и уже неплохо разбиралась в японской культуре.

Завтракал Комацу по-мистерийски – яичницей из двух яиц, жареным беконом и помидорами. Традиционной кухни ему хватало и на работе, дома он готовил местные блюда. Они, впрочем, мало отличались от европейских – белые люди Мистерии ели примерно то же, что и белые люди на Земле. Но всякой экзотики тоже хватало, и Комацу с интересом ее изучал.

Он решил, раз уж карьера волшебника ему не светит, стать лучшим в том, в чем он хорош. В поварском искусстве. Достичь в нем запредельных высот, стать королем поваров… в стране под названием Нгелта даже есть такая должность, и это в буквальном смысле король. Его ежегодно переизбирают.

Вообще-то, менять королей каждый год – это немного неудобно, но им виднее. Комацу пока не очень много знал о культуре и географии стран за пределами Мистерии, хотя книги усердно штудировал и дважды путешествовал порталом, когда брал небольшие отпуска.

Позавтракав, шеф-повар лучшего и пока что единственного японского ресторана в этом мире сложил руки в коротком ритуальном жесте и возблагодарил бога Люгербеца. В свое время он довольно быстро выбрал себе бога-покровителя. Великий Люгербец не так хорош собой, как Лилейна, Солара, Канторилла и другие местные богини, зато он гарант блаженной сытости.

Молись ему – и котлеты никогда не пригорят.

Собираться на работу не требовалось. Комацу жил прямо над рестораном, так что каждое утро просто спускался на первый этаж. Надевал фартук и колпак, приглаживал усы и с чинным видом вступал в свое царство.

За окнами пропел жаворонок. Первый рассветный час. Ресторан еще закрыт для посетителей, но работа уже началась. Помощники-акасягуми проводят утреннюю уборку, закупают или приносят со склада продукты, делают заготовки. Будучи не людьми, а мелкими ёкаями, похожими на красноволосых детей домовичками, они выполняют такую работу легко и в удовольствие.

Кажется, Фурукава-сан им даже не платит.

Ко второму рассветному часу подошли маэстро Иси-ль-Обрехт и мэтресс Чиапарелли. Первый – из Нгелты, профессиональный повар с большим опытом, а вторая – волшебница, хотя и начинающая.

Комацу поклонился им, а они – ему. Иси-ль-Обрехт, как обычно, сделал это чуть снисходительно, словно исполнял некий варварский обычай. В первое время он вообще относился к Комацу свысока, и даже поругался с Фурукавой-сан, поскольку был уверен, что именно его пригласили на должность шефа. Его страшно разозлило, что придется подчиняться какому-то мальчишке, потому что главой японского ресторана, видите ли, должен быть этнический японец, знакомый с традиционной кухней.

Но со временем Иси-ль-Обрехт и Комацу прониклись уважением к мастерству друг друга. В первый день маэстро, как Комацу потом узнал, устроил ему что-то вроде испытания и собирался уволиться, если бы шеф его не прошел. Но он прошел с блеском, причем даже не заметил, что его испытывают.

С Чиапарелли было проще. Она, правда, тоже поначалу вела себя высокомерно, поскольку Комацу – магл, да еще и варвар из-за Кромки, а она волшебница, причем урожденная мистерийка (это считается здесь поводом для гордости). Но ей всего девятнадцать лет, она только в этом году получила диплом специалиста и умеет… не очень много.

У нее отлично получаются пирожные с мелкими волшебными эффектами, хотя не такие вкусные, как у маэстро Иси-ль-Обрехта. Еще она может буквально «выращивать» мясо, заставлять его увеличиваться в размерах, разрастаться, причем работает не только с