Сказания пыльных миров. Том 4. Громовержец - Ярослав Кожедуб
Я банально стал слишком сильным. Физически, магически… даже социально: Альт с Сильфией таки обдумали мою старую идею и помаленьку организовали закрытое общество для бывших и текущих обладающих. Пусть лишь для людей, да и сама идея в процессе сильно поменялась… но всё же — использовать нас друг против друга стало гораздо, гораздо сложнее. Не невозможно — обладающие тоже люди, со своими слабостями и желаниями, с друзьями и роднёй, с покровителями в верхах, которым зачастую сложно отказать… но в мире в принципе очень мало невозможных вещей.
Что же до меня — моей последней слабостью были системные откаты. Эту слабость я убирал последние полтора года, плотно взявшись за изучение рунной магии. Пока выходило, мягко говоря, не идеально, до Римана с Пушистиком мне всё ещё очень и очень далеко. Впрочем, на текущий момент и этого было достаточно, чтобы закрыть основные пробелы.
Мотнув головой, я выбросил из головы лишние мысли.
Своё импровизированное убежище мы уже покинули, подобравшись поближе ко входу в шахту и укрывшись в небольшом каменном распадке. Ночи в горах тёмные — хоть глаз выколи, так что заметить нас было довольно сложно. Тем не менее, ночное зрение — навык популярный. Да и в целом, лучше перестраховаться.
Выглянув наружу, я поймал взглядом огромную дыру входа в рудник и щелчком пальцев запустил внутрь рунный конструкт. Пусть ночью работа затихает, но отдельные энтузиасты предпочитают работать именно в тёмное время суток — меньше шума, можно спокойно поискать более выгодные жилы. Так было раньше, так происходит и сейчас — я вижу на площадке перед входом парочку отдыхающих от жары шахтёров.
Конструкт был, в общем-то, простеньким, но маны жрал просто немеряно. Пять сотен единиц маны как с куста — и земля под ногами начала едва заметно подрагивать. В шахте, ближе к непосредственно развёрнутому конструкту, это чуть более заметно, конечно, но даже там эффект минимален — максимум, пылью с потолка припорошит. Но этого должно быть более чем достаточно, чтобы любой благоразумный че… гном перепугался до мокрых штанов и рванул к выходу.
Следующие пятнадцать минут я неторопливо восстанавливал потраченную ману, наблюдая за выскакивающими из шахты горняками. Те собирались на площадке перед рудником, махали руками, что-то бурно обсуждали, но возвращаться обратно не торопились. И правильно…
Дождавшись, пока моя мана почти полностью восстановится, а поток рудокопов иссякнет, я использовал очередное заклинание. На этот раз — системное.
Дрожь Земли:
Ранг заклинания: 11.8
Затраты маны: 450
Откат: 18 часов
Длительность: 12 минут
Дальность: 280 метров
Радиус: 1200 метров
Сила землетрясения: 140 у.е.
Стихия: Земля
Да, за два года бонусы от «Громовержца» и Жертвы превратили меня буквально в оружие массового поражения. Подобных заклинаний я насобирал около десятка, пусть и далеко не все успел прокачать. Тот же Поцелуй Солнца я в итоге поднял всего на пару уровней и бросил — слишком муторно и ситуативно. А вот Шторм так и остался в списке моих любимых, добравшись до пятнадцатого уровня, но последнее время, когда я плотно взялся за гномов, ему пришлось потесниться. Дрожь Земли в горах была прямо-таки ультимативным заклинанием, пусть и приходилось каждое применение рассчитывать с большой осторожностью — чтобы и цель задания выполнить, и без лишних жертв обойтись, и себя самого ненароком не завалить сошедшей лавиной.
Увы, были у этого заклинания и минусы — как бы не вычислялись эти «условные единицы», но в чистом поле их было слишком мало для хоть какого-нибудь ущерба вплоть до уровня эдак восьмого. Максимум — получалось разрушить пару слишком халтурно построенных домишек или свалить с ног вражеский отряд. Впрочем, последнее было даже удобно — массовое, но не убийственное заклинание, без риска случайно убить чужого обладающего, было зачастую крайне полезным. Но вот после того, как сила землетрясения перевалила за сотню единиц, оно действительно начало… трясти.
Только вот я помню крепкие своды Чуки Камата, прекрасно державшиеся с незапамятных времён без всяких креп. Даже текущей силы могло не хватить, чтобы нанести руднику хоть какой-то существенный ущерб. Поэтому, поразмыслив, я влил в заклинание аж тройную порцию маны. Да, трата полутора тысяч практически опустошила мой родной резерв, но зря я, что ли, Кота с собой брал? Его резерв, пусть и не дотягивал до моего, но уже давно перевалил за пять сотен, а это неплохой такой объём — большинство молодых магов даже таким похвастаться не могут.
БУМ!
Демоны, кажется, переборщил…
— Валим, валим! — уже не заморачиваясь скрытностью, я в панике вскочил, закинув фамильяра на плечи. Кот в ужасе вцепился в меня коготками и обвил хвостом мою шею так, что я закашлялся. Земля под ногами ходила ходуном, удерживаться на ногах получалось с большим трудом, но как только Энигма схватила меня за руку и мы провалились в тень, стало гораздо легче.
— Ты что сделал⁈ — крикнула девушка, пока мы огромными прыжками улепётывали в сторону заранее разведанной тропы, по которой собирались отходить. — Никогда же так сильно не трясло!
— Я раньше и не перегружал его так сильно! — рявкнул я, оглядываясь назад. Вход в рудник медленно рушился прямо на наших глазах, да и внутри, я уверен, творилось то же самое. Что ж, одно можно сказать с уверенностью: задание выполнено.
С лихвой.
— Всё, это точно был последний раз, — пробормотал я спустя четыре часа. Маны было по нулям, но мы умчались практически на две сотни километров, так что, даже несмотря на возможную погоню (которой ещё придётся нас отследить), время на короткий отдых и медитацию у нас имелось.
— В последний раз ты так же говорил, — хмыкнула Энигма, прикрыв глаза.
— В этот раз точно, — улыбнулся я. — Да и сколько можно оттягивать? В принципе, можно это сделать даже сейчас.
Девушка приоткрыла один глаз, глянув на меня с интересом. Я же улёгся прямо на землю, не обращая внимания
