Сорока и Чайник - Артём Скороходов

Автоматон радостно оскалился, взял Фёдора за плечо и повёл в свою каморку в подвале. Там он усадил его на низенький табурет, потом долго возился в куче мусора в углу комнаты. Жестом фокусника вложил в его руки два кастета с надписью «Зима» и «Понедельник». Фёдор сглотнул. В горле собрался комок. Потом Животное покопался еще и достал оттуда старый медный Чайник и поставил его перед Фёдором.

— «Ну, здравствуй, — сказал Чайник. — Я ж тебе говорил. Всё только начинается».

Конец первой части

— Постой! Подожди! — воскликнула женщина и ухватила его за рукав.

Кузьма Афанасьевич вздрогнул.

— Подожди. Фёдор, постой!

— Извините, вы обознались, — хрипло ответил Кузьма Афанасьевич.

— Фёдор, это же я, Елизавета! Лиззи! Сестра твоя. Я тебя узнала тогда, на похоронах отца. Ты был там, я видела тебя и проследила. Да постой ты наконец!

— Не знаю никакой Лиззи. Меня зовут Кузьма Афанасьевич. Вы ошиблись.

Старик попытался вырвать рукав из ее рук, но у него не получилось.

— Тёть Лиз, пойдем, — испуганно сказала девчонка и попыталась потянуть женщину в другую сторону. — Они сейчас нас догонят.

— Федь, ну ты что, Федь, — в глазах у женщины появились слёзы.

Кузьма Афанасьевич наконец смог вырвать свой рукав и начал спускаться к своему подвалу, не оборачиваясь. На улице завизжали тормоза, и рядом с ними резко остановилась огромная самоходная карета. Девчонка испуганно закричала. Женщина, не двигаясь, смотрела вслед старику. Из повозки выскочили трое здоровенных громил в белоснежных костюмах. В руках у них были дубинки и револьверы. Девчонка вырвалась и побежала, но ее тут же догнали и повалили на землю. К женщине подошли двое, заломили её руки и потащили к мотокарете. Елизавета стала вырываться, один из здоровяков попытался ее урезонить, началась возня, и внезапно оглушительно грохотнул выстрел.

— «Хватит», — сказал Умник.

— «Хватит», — сказал Змей.

ОН заворочался в голове, задевая острыми шипами душу.

В глазах у Кузьмы Афанасьевича потемнело, он их закрыл. Остановился. Его плечи расправились. Дыхание успокоилось. Сердце перестало бешено стучать. Рост стал чуть выше. Хромота прошла, спина перестала болеть. Разгладились глубокие морщины, и лицо как будто помолодело лет на двадцать. Фёдор Сорока открыл глаза.

Часть 2

Глава 21

Фёдор поднял железку, под которой обычно прятал ключи от подвала, и повернулся. Два громилы в белых балахонах склонились над Лиззи, третий же тащил визжащую девчонку к карете. Последнему бандиту в затылок и прилетела ржавая пластина, которую метнул Фёдор.

Рывком он оказался рядом с теми, кто были рядом сестрой. Первый сразу обмяк, когда ему по голове прилетел удар кастета. Второй дернулся, поднял взгляд, попытался закрыться руками, но правый кросс легко обошел его руку и пришелся ровно в челюсть. Раздался хруст. Фёдор склонился над Лиз. На ее груди расплывалось красное пятно от выстрела. Сорока попытался закрыть рану руками, но это было бессмысленно. Сестра попыталась улыбнуться при виде Фёдора, но у нее ничего не выходило. Она ухватила его за руку и прошептала:

— Позаботься об анафеме.

— Анафеме? Лиз, держись.

Он оглянулся вокруг. Надо срочно везти ее в больницу. Плюс кто-то мог убежать за полицией. Один из громил поднялся и с перекошенным лицом пошел к Фёдору. Бандит вытянул руки, как будто собирался задушить своего противника. Сорока поднялся и стал пятиться назад.

— «Отвлекаешь левой, он вздергивает руки вверх, и ты бьешь снизу. Если попадешь кастетом по челюсти, будет перелом или как минимум нокаут», — предложил Умник.

Фёдор махнул левой рукой, но громила просто не отреагировал на удар и с безжизненным, как у мертвеца, выражением лица прыгнул на Фёдора, заваливая его. Сорока опешил. И даже не от того, что на его отвлекающий удар противник не отреагировал, а вот от этого абсолютно безумного выражения глаз. Внутри неприятно зашевелился ОН.

Внезапно громилу откинуло прочь. Рядом с Фёдором стоял Животное.

— Драка! — пробасил робот.

Бандит, не сказав ни слова, начал подниматься, из жутковатой раны на голове на его белый балахон текла кровь.

ОН дернулся, ОН может сейчас проснуться.

— Тихо, тихо, спокойно, — прошептал ЕМУ Фёдор. — Сами справимся.

Завизжала девчонка, которую за лодыжку держал третий, с кровавой раной на затылке. По лестнице из подвала с громким топотом вышли големы-кочегары Живчик и Чёрт. Численное преимущество стало явно не в пользу злодеев. Но это их совершенно не остановило.

— Чур вон тот мой! — пробасил Животное и ринулся к дальнему противнику, который совершенно не хотел отпускать девочку.

Первый с настойчивостью автоматона пошел на Фёдора.

— «Спокойно, спокойно, думай головой,» — шептал Умник.

— «Размажь его!» — рычал Змей.

Фёдор посмотрел на Лиззи, которая неподвижно лежала у его ног, и поднял взгляд на противника. Движения бандитов замедлились. Живчик и Чёрт сзади вообще почти замерли. Животное, казалось, завис в прыжке, отводя одну из рук для удара. Из металлического запястья робота медленно выдвигалось длинное и узкое лезвие.

Фёдор врезал.

Голова злодея в белом балахоне дернулась, он как подкошенный падал на брусчатку. Кастет на правой руке Фёдора покрылся кровью. Сорока сел рядом с Лиззи, попытался поднять ей голову.

— Лиз, очнись. Лиззи, очнись, — начал повторять он.

Через несколько мгновений к нему подошел Животное:

— Уходим, — сказал он. Но потом, увидев, что человек не реагирует, потряс его за плечо. — Уходим, капитан.

Фёдор не хотел признаваться себе. Не хотел. У сестры не было пульса. Это был конец. К черту. Не пойдет он никуда. Надоело бегать. Он уже хотел сказать об этом другу. Но тут автоматон его дернул, поднимая на ноги.

— Соберись, котлета! Уходим. Эй, Чёрт, забери чайник из подвала. Живчик, не спать! Помоги брату.

Фёдор с ненавистью посмотрел в желтые глаза Животного.

— «Может врежем и ему?» — предложил Змей.

— «Себе врежь, — ответил Умник. — Чугунка дело говорит. Уходим. Я слышу автомобильный двигатель, это может быть полиция».

— Ладно. Уходим, — сказал Сорока, отводя глаза.

— Эй! А как же я⁈ — воскликнула девчонка, которая оказалась рядом. Ее трясло, а в глазах плескался ужас.

— А что ты? — тихо ответил Фёдор. — Иди куда хочешь.

Он повернулся и пошел по улице. Рядом с ним шагал Животное, придерживая его за локоть, но Фёдор скинул манипулятор со своего плеча. Девчонка испуганно озиралась вокруг, она смотрела на тётю Лиз, на окровавленных громил и не понимала, что делать. В панике она схватила небольшой сверток и побежала следом за этим странным «стариком», к которому так целенаправленно тащила ее тётя.

С пронзительным визгом тормозов из переулка вылетел паромобиль и перегородил улицу перед Сорокой. Из авто вышли несколько молодых людей в