На изломе осени - Дарья Андреевна Кузнецова

— Если так страшно, надо было сразу уходить. А не рисковать ради других.

— А ради чего тогда? — Она удивилась, как хрипло прозвучал ее голос. — Ты тоже спасаешь, помогаешь. Ради чего?

— Хор-роший вопрос. — Джон-Джек потер подбородок и отстранился от нее, замолчав. Но всё равно оставался рядом. Их локти соприкасались, и пусть эта поддержка была нечаянной, для Марты было важно знать, что она жива и не одна. — Давай-ка выбираться, — наконец, предложил он, когда ее дыхание практически выровнялось. — Рано или поздно они сообразят, что вентиляция — отличное место для пряток.

— Эй, там кто-то есть!

Выстрел, прошивший железо рядом с ними, заставил Марту вжаться в своего спасителя.

— Черт. Раньше, чем я думал, — выругался бармен, что-то решил про себя и сунул Марте в руку нож. — Когда уведу их, беги к пожарной лестнице. Два пролета — и ты на крыше. Ты же на аэроскуте сюда добралась?

Марта кивнула. Ее бросило в холодный пот от понимания — дальше придется самой. Джон-Джек сжал ей руку, заставляя согнуть пальцы и крепко стиснуть оружие.

— Не бойся, ты справишься, — твердо сказал он, а сам споро и громко двинулся в противоположную сторону. Следующий выстрел прозвучал рядом с ним — кажется, преследователи не ожидали, что их двое, и помчались за Джоном-Джеком.

Выстрел, еще один. Марта зажмурилась, радуясь, что пока слышит его движения. Затем, стараясь не дышать лишний раз, поползла вперед, к решетке, и дрожащими пальцами протолкнула ее в зал.

***

Прыгать было высоко, но девушку подстегивал даже не страх, животный ужас. Пока охотники отвлеклись на Джона-Джека, у нее появился единственный шанс сбежать. Марта вывалилась из вентиляции и бросилась к выходу, молясь, чтобы дверь была не заперта, а аэроскут оказался на месте. Осколок разбитой бутылки, впившийся в босую ногу, едва почувствовала — вытащила, выбросила и, чуть хромая, побежала дальше.

Ярко-розовый жучок, мечта девичьих грез и любимая игрушка Асти, за которую той предстояло расплачиваться пять лет, ждал, где оставили — в дальнем углу стоянки. На систему безопасности подруга тогда не поскупилась, и, в отличие от большинства ранних моделей, жучок требовал ключ, чтобы взлететь. Ключ! Она начала в панике хлопать себя по карманам, задыхаясь от страха, что карточка потерялась где-то в шахте…

Нашла! Марта добежала до аэроскута, прижала карточку к крышке панели, вбивая цифры, от волнения попадая не туда. Крышка не открывалась, блокируя доступ к управлению.

— Кажется, Мартышка забыла пароль? — раздался знакомый голос, и Марта обернулась. Бунда стоял у края крыши и курил: расслабленный, спокойный. Будто его не затронул весь творившийся в «Хромой собаке» хаос. Впрочем, последующие слова подтвердили, что об опасности игры он знал: — А ты долго сюда добиралась. Я уж решил, что кто-то убил тебя раньше. Досадно бы вышло.

И опять эта широкая улыбка. Асти называла его добрым здоровяком, с наивной влюбленностью вздыхая о ямочках на щеках. Почему никто из них не заметил, какая тварь на самом деле скрывалась под добродушной личиной?

— Ты ведь знал, что нас ждет? — с неожиданной даже для себя яростью спросила Марта. Страх уступал место злости, сузившись до ненависти к одному-единственному человеку. Тому, кто втравил их в эту игру.

— А ты ждала от Дикой охоты чего-то другого? Ты же учишься на историческом, Мартышка, могла догадаться по легенде.

— А как же Асти?

— Надо было как-то вас заманить. Видишь ли, эта игра начинается задолго до объявления старта. — Он выбросил сигарету за ограждение и размял шею. — Ладно, не будем больше терять времени. На имплант я, скорее всего, уже набрал, но подстраховка не повредит.

Он демонстративно покрутил в руках связку браслетов — их там было не меньше десятка! — и двинулся к ней. Да! Бунда хладнокровно убил десять человек ради импланта, игрушки, собственной прихоти! Марта поняла, что не может спросить, что случилось с Асти. Не хочет этого знать.

Здравый смысл победил.

Она развернулась, бросилась к лестнице, но сбежать не успела. Бунда нагнал ее в несколько шагов, и она кубарем полетела на крышу от сильного удара. Выронила нож, чудом на него не напоровшись, но рассадив в кровь ладони. Зря Джон-Джек отправил ее одну. Она ничего не умела.

— Нет, ну так неинтересно. Я думал, ты хоть немного побегаешь. — Еще один удар ботинком в живот, и на несколько мгновений Марта оглохла и ослепла. Ее никогда не били, и было очень, очень больно. Схватить нож, чтобы ударить в ответ, она не успела. Наклонившись, Бунда приподнял ее за грудки.

— Скажу честно, ты всегда нравилась мне больше Асти. Такая милая скромная тихоня. Пожалуй, в другой раз я с удовольствием поиграл бы с тобой подольше, но… увы. Может, поцелуешь на прощание?

— Задницу свою поцелуй!

Марта не поверила, услышав звонкий голос подруги, и Бунда тоже — резко повернулся, забыв о жертве. Зря. В школе Асти состояла в команде по бейсболу и мяч кидала так, что прошибала любую защиту. И пусть мяч заменила обычная кожаная сумочка, раскрученная на руке, но попала она прямо в перекошенное лицо убийцы.

«Другого шанса не будет», — поняла Марта, вывернулась, схватила нож и не глядя ударила куда-то в плечо, лишь бы оттолкнуть Бунду от себя. Он взвыл, а Марта выскользнула из-под него и тут же почувствовала крепкую руку подруги.

— Давай в аэроскут, быстрее! — Асти почти тащила ее за собой.

От прикосновения хозяйки жучок мгновенно завелся и взлетел в воздух. Марта даже не успела подумать, что надо закрепить ремень безопасности.

Она не любила аэроскуты, терпеть не могла болтаться в воздухе. Знание, как устроены летающие скутеры и почему здоровенная махина не падает под силой притяжения, не помогало унять внутреннюю дрожь. Марта всегда летала у самой земли на минимальной скорости. И никогда, никогда не гоняла по ночному городу, лавируя на узких улицах, то уходя в пике, то взмывая в небо. Поэтому она мертвой хваткой вцепилась в Асти, а подруга лихо заворачивала виражи, при этом умудряясь болтать.

— Детка, и ты жалуешься на недостаток мужского внимания? Пока я тут отжимаюсь, ты где-то отцапала горячего парня! — Воздух бил в лицо, глуша слова Асти.

— О чем ты?

— Бармен-красавчик, которого я встретила в зале. Он подсказал, где тебя искать.

— Он жив?

— Да что ему станется, — как-то странно