На изломе осени - Дарья Андреевна Кузнецова

момент Марта не выдержала и зажмурилась, а когда открыла глаза, всё было кончено.

— Боишься? — прищурился бармен, перешагивая тело охотника. Он потер запястье и сбитые в кровь костяшки, и Марта отметила, что ее спаситель без браслета. Не охотник и не жертва. Интересно, весь персонал был в курсе «игры»? — Не бойся, это не настоящая Дикая охота. Так, мелкая свора, возомнившая, что им есть место среди гончих, — презрительно бросил он, сам отвечая на свой вопрос.

— Почему ты мне помогаешь?

— Помогаю? Не обольщайся, нам просто по пути. Я выведу тебя из бара, а дальше выбирайся как знаешь.

Он отвернулся и зашагал дальше по коридору, а Марта осталась у стены, нащупав в кармане карточку от аэроскута. Сердце гулко и болезненно отдавало в груди.

Как она могла забыть⁈ Асти! Марта так перепугалась, что не подумала о лучшей подруге. Конечно, та была с Бундой, он мог защитить, но… именно байкер привел их сюда. Он настоял, чтобы они держали приключение в секрете. И ему нужны были деньги — он сам рассказывал Асти, что мечтает о дорогущем навигаторе-импланте.

Марта тряхнула головой, прогоняя дурные мысли. Она не должна обвинять кого-то, не зная правды. Скорее всего, Бунду тоже обманули. Он влюблен в Асти, и точка. А раз так, то они оба прячутся, и чем быстрее Марта найдет их, тем лучше.

— Ты куда? Нам в другую сторону. Надо уходить, пока другие не набежали.

Джон-Джек поймал ее за руку и развернул к себе.

— Я не уйду без подруги, — с дрожью в голосе сказала Марта.

— Той блондинки, с которой ты сидела за столиком? — бармен показал недюжинную память. И с цинизмом у него всё было хорошо, в отличие от сочувствия. — Если она жертва, то, скорее всего, уже мертва. За первую четверть часа вырезают больше половины, у неподготовленных вроде вас нет шансов. Странно, что ты выжила.

Марта не хотела об этом думать. Асти не могла быть жертвой. Ей бы это не пошло.

— Ты ошибся, она охотница, — уверенно соврала она.

— Тогда тем более с ней ничего не случится. А с тобой — запросто.

— Неважно. Я ее не брошу. — Марта вырвала руку и упрямо уставилась на него исподлобья.

Джон-Джек выругался сквозь зубы.

— Хорошо, идем. Проверим, нет ли ее в зале. — Он мотнул головой, предлагая следовать за ним.

***

Заставить себя вернуться в зал оказалось куда сложнее, чем подумать об этом. От запаха крови мутило, а от страха подгибались ноги. Если бы не Асти, она не смогла бы перешагнуть через себя, но мысль, что подруга где-то одна и ей куда хуже, помогала справляться со страхом.

Джон-Джек шел молча, опережая на несколько шагов, и Марта сдалась первой. Догнала его и аккуратно ухватилась за рукав, готовясь отпустить по первому недовольному взгляду. Но парень сделал вид, что не заметил. Стало чуточку легче: почему-то казалось, что он точно сможет ее защитить.

Впереди послышались голоса: один, другой, третий… Похоже, им навстречу двигалась целая группа. Джон-Джек огляделся, приложил к ближайшей двери электронный ключ и втолкнул Марту, захлопнув за ними дверь. Это была кладовка, вся заставленная рухлядью. Здесь и прятаться было некуда. Если дверь откроют…

Ручку с той стороны дернули, и бармен тут же зажал Марте рот.

— Молчи, — одними губами произнес он, затем задрал голову. Наверху была вентиляционная шахта. Марта в нее точно влезла бы, да и Джон-Джек не выглядел слишком мускулистым. Крепким, не более того.

Он жестом показал лезть наверх, затем подставил руки, создавая ступеньку, и Марта закивала. Туфли на невысоком каблуке, которые она сегодня надела, пришлось оставить тут же. Она запрыгнула на подставленные ладони и, не иначе как от страха, сумела открыть решетку и подтянуться на руках. Заторопилась, чуть не застряла, запаниковала, но собралась в последний момент.

Надо двигаться по шахте, — мысленно задала она направление, но, вместо того чтобы уйти, высунулась наружу. Она-то залезла, а Джон-Джек?..

Парень, увидев ее, закатил глаза и сделал жест, чтобы не мешала. Марта помотала головой и взамен протянула ему руку. Но, как он и сказал, помощь не потребовалась: Джон-Джек подпрыгнул и зацепился за решетку, оказавшись с Мартой нос к носу.

— Двигай, если хочешь жить, — одними губами сказал он ей в лицо.

Марта попятилась, с трудом развернулась и последовала совету, слыша шорох за спиной и точно зная, что Джон-Джек ползет за ней. Чем глубже, тем темнее становилось, и вскоре они двигались на ощупь. Пожалуй, Марта впервые была благодарна своей мальчишеской фигуре — в узкой шахте она не застревала. Когда случалась развилка, Джон-Джек хватал ее за щиколотку и указывал, куда повернуть. Первый раз она от испуга лягнула его ногой, но бармен даже не выругался, только зажал пострадавший нос.

Они ползли, замирали, едва заслышав подозрительный шум, и снова двигались вперед. С направлением Джон-Джек не ошибся, музыка становилась громче, а вскоре появился первый просвет. Добравшись до решетки, Марта прилипла к ней, рассматривая зал.

Ее спаситель не соврал: зал превратился в побоище. Перевернутые столы, стулья, битая посуда. И везде, куда ни посмотри, безжизненные тела. Похоже, многие, как и она, не ожидали, что слово «жертва» тут понимают буквально, и их убили в первые же минуты.

Выискать «свой» столик среди этого хаоса оказалось непросто, но Марта помнила, что диско-шар висел прямо над ними. По нему и сориентировалась. Следом взгляд метнулся к барной стойке, оттуда к выходу. Имея отличную память на лица, Марта помнила, как заливисто смеялась рыжая девчонка, горло которой перерезали от уха до уха, и как спорил со своими приятелями пригвожденный к стене лысый татуированный парень. Все они каких-то полчаса назад жили и не подозревали, что игра превратится в кошмар.

— Что застыла? Нет там твоей подруги? — Джон-Джек оказался рядом, обдавая горячим дыханием ухо. Асти, наверное, похихикала бы над ситуацией и дала бы ей пару советов, что можно сделать с парнем в темноте, но Марте было не до смеха.

— Нет. — Она с трудом отвела взгляд от зала, борясь с тошнотой.

— Тогда ей действительно повезло. На своих охотники не нападают. Если достаточно умна, тихонько отделится от группы и пересидит где-нибудь до утра. — Шепот Джона-Джека едва угадывался, но ей было важно слышать хоть что-то. — Что ты трясешься?

Не в силах говорить, Марта вздохнула, пытаясь унять дрожь, и