Домик №10 - Наталия Романова

class="p1">– Тебе пора. – Михаил подтолкнул к выходу с участка жену. – Такси вот-вот приедет.

– Пора, так пора. – Софа встрепенулась, расправила плечи, подмигнула Матвею, тот коротко обнял «по совместительству лучшую подругу» и тут же отпустил, желая хорошего пути и наказывая позвонить, как только доберётся.

С Розой Софа попрощалась тепло, как с хорошей знакомой, если не с подругой, и Розе оставалось только гадать, знала ли Софа, что она сестра женщины, с которой спал её муж, пусть и бывший, а в настоящем – её мужчина. Это было очевидно всем присутствующим. Как сказала Нелли Борисовна: «У этих двоих написано на лбу, чем они сегодня занимались!»

Миша развернулся и пошёл вслед за Софой, сказав, что сейчас вернётся. Матвей же, пользуясь, что все отвлеклись на уезжающую Софу, отвёл Розу в сторону, под огромную ель, растущую прямо на участке. Развернул знакомым жестом к себе лицом и впечатал свои губы в Розины. Забывая, что рядом могут быть люди, Роза забылась тоже, решив, что ствол дерева достаточно широкий, чтобы скрыть их. А если увидят… что ж, она готова жениться на обесчещенном ею старшем тренере и руководителе Розенберге М.

Ближе к вечеру, почти к ночи, разъехались почти все, Леонид Львович отправился спать, как и Идида Яковлевна, Нелли Борисовна убрала со стола, сама, не доверив этот процесс никому, даже чудесной Риточке, к слову, оказавшей действительно чудесной. Эдаким улыбчивым рыжим солнечным зайчиком, когда она смеялась, то заливалась ярким румянцем, становясь моложе своих юных девятнадцати лет. Матвей с Михаилом не уставали подшучивать над девушкой, получая явное удовольствие от реакции и смущения Риты, впрочем, Рита не отставала и порой очень даже колко отвечала.

– Рита твоя ученица? – спросила Роза у Матвея, когда Миша ушёл в комнату к детям, а Рита побежала на улицу кому-то звонить, пока не видит мама, увлёкшаяся беседой с Нелли Борисовной.

– Громко сказано. – Матвей взлохматил волосы. – Давай по порядку, тебя же не процесс тренировок женского бокса, интересует, – ухмыльнулся он и придвинул к себе Розу. Они сидели на том самом диване, где несколькими часами ранее Леонид Львович читал газету, оказывается, действительно выпущенном в самом начале двадцатого века и принадлежавшем дедушке братьев Розенбергов, как вся остальная мебель, восстановленная уже в двадцать первом веке его внуками.

– Вряд ли. – Роза покачала головой. Конечно, ей было интересно послушать и про женский бокс и даже про красноухих черепах, о чём угодно, лишь бы из уст Матвея, тем не менее, диалог Нелли Борисовны и Матвея не выходил из головы.

– Хорошо, – кивнул Матвей в знак согласия. – По мнению нашей мамы, я слишком долго был один.

– А ты был один? – Что-то Роза сомневалась в этом.

– Скажем так, я не спешил знакомить маму с каждой женщиной, с которой… проводил время, из-за этого складывалось превратное впечатление, что я одинок. С другой стороны, в моей жизни действительно не было чего-то постоянного. Женщины, которую я бы хотел привести в этот дом. Нет, обет безбрачия я, конечно, не давал, – подмигнул он Розе. – Да и не до женщин мне было, если откровенно. Сейчас я свободен, мелкие чаще с отцом. Михаил сам справляется. Идида здорова, в меру возраста, но в посторонней постоянной помощи не нуждается, как видишь. Теперь есть время о себе подумать, тогда его попросту не было.

– Ох, – вздохнула Роза.

– Я не жалуюсь. – Матвей улыбнулся, так умеет только он. Какой-то детской улыбкой, немного робкой, что неимоверно шла его лицу и контрастировала со всей остальной внешностью русского богатыря. – Рассказываю, какая гениальная идея посетила маму. Решила, что раз она не в курсе интимных подробностей моей личной жизни, значит, я не в состоянии устроить эту жизнь, и взяла инициативу на себя. Она посоветовалась с лучшей подругой, Верочкой Абрамовной…. – Роза вспомнила высокую женщину, с копной рыжеватых волос, молодую и интересную, вряд ли той было сорок лет, поэтому «Верочка» из уст тридцатичетырёхлетнего здоровенного мужика прозвучало гармонично. – И они решили, что Рита – прекрасный вариант для меня. Разница в возрасте, видите ли, идеальная, национальность подходящая. Верочка Абрамовна даже настояла на занятиях Ритки в клубе, якобы для здоровья. Попросила меня лично с ней заниматься. Вот только нам забыли сообщить, что это сватовство, а не бокс, – громко засмеялся он. – Рите я интересен, как чемодан без ручки. Представь, ей семнадцать, первокурсница, а мне тридцать два, здоровый дядька, тренер. Мне тоже не очень-то интересна девушка в этом, – подчеркнул он, – смысле. Ребёнок! Вот и вся история. Но у мамы и Верочки есть план, мне плешь проели, могу представить, каково ей, – тряхнул он головой. – Надеюсь, скоро они успокоятся.

– А как же?..

– Лягушонок. – Матвей внимательно посмотрел на Розу. – Повторяю, я не давал обета безбрачия, не отказывал себе, случались романы, случайные связи, я не идеальный, но совращать семнадцатилетнюю девочку – это не ко мне. Я, знаешь ли, люблю погорячее. – Он нервно облизнул губы. – Ты забыла? Я напомню сегодня ночью.

– Ночью?

– Да, ночью. Сейчас попрощаемся со всеми и домой.

– А Миша? – До этого Роза слышала, что Миша собирается в Питер, только детей уложит спать. Для одного дня впечатлений больше, чем достаточно. Она побывала на даче Розенбергов. Познакомилась с самыми близкими людьми Матвея, даже понравилась его бабушке, что можно засчитать за уверенную заявку на победу. Ночевать в квартире Розенбергов, когда в соседней комнате спит один из братьев – перебор. Можно же и номер в гостинице снять, благо их много, на каждом углу. От посуточных до почасовых.

– Он не домой, – ответил Матвей. – Естественно.

Глава 28

Уже ночью на крыльцо дома, такое же резное, как летняя веранда, вышли все оставшиеся на даче члены семьи, за исключением Светика и Даниила. Набегавшись, наигравшись с новыми домашними питомцами, дети уснули без задних ног. Миша сказал, что не успел донести парочку до кроватей после купания, как они вырубились на его руках.

Михаил сел в свой Ленд Крузер, захватил с собой Риту, у которой оказались срочные дела, и рванул в город. Верочка Абрамовна раскланялась, бросив недоуменный взгляд на Розу, и под руку с мужем забралась в такси. Муж, высокий, худощавый блондин по имени Иван, без конца балагурил и беспокоился о Риточке – единственном своём ребёнке. Был ли он в курсе великих планов жены, история, скорей всего, умолчит. Остальные гости тоже отправились, кто домой на такси, кто пешком на соседние дачные участки.

На крыльцо вышла сонная Идида Яковлевна и на удивление бодрая Нелли Борисовна. Леонид Львович не вышел