Развод в 45. Я тебя не прощаю - Александра Салиева

– Так мы же идём на прогулку, или нет? – отшучиваюсь, как могу.

Мысли напоминают вату, чтобы полноценно анализировать сказанное.

– Да что-то мне уже не хочется никуда.

Невольно улыбаюсь.

– Хочешь сказать, я зря прихорашивалась для нашего свидания? – выгибаю бровь.

– Если так подумать, что-то не припомню, чтоб в любое другое время ты облегчала мне участь, выглядев иначе, – шагает ко мне.

Он шагает, а я всё-таки хватаюсь пальцами за подол.

– Ничего не знаю! Сперва прогулка, потом всё остальное, – отступаю от него.

А то знаю я его, опомниться не успеешь, как уже поздно будет вообще куда-то идти. Только спать останется лечь.

Нет уж!

Гром тяжело вздыхает, но не спорит, разувается и тоже идёт переодеваться. А пока он собирается, я грею ему ужин. Так что задержаться всё равно приходится. Но вскоре мы, наконец, едем на набережную.

Несмотря на время, здесь полно народа, кто-то даже купается, некоторые играют в мяч на спортивной площадке, другие соревнуются на уличных тренажёрах. С воды дует прохладный ветерок, делая жару не такой невыносимой, да и закатное солнце уже не так сильно печёт, так что я наслаждаюсь нашей неспешной прогулкой вдоль берега.

Гром привычно держит меня за руку, в свободной ладони у меня мороженое.

– Вкусно тебе, красавица? – спрашивает он, одаривая заинтересованным взглядом.

– Очень, – отвечаю кокетливо. – Хочешь попробовать? – протягиваю ему сладость.

Гром улыбается и качает головой, но стоит мне только облизнуть молочную шапку, как притягивает к себе и целует. Языком проходится по моим губам, вынуждая забыться в моменте.

– И правда очень вкусно, – улыбается. – Поделишься ещё?

Вместо ответа мажу мороженым по губам и, приподнявшись на цыпочках, целую его. Оказываюсь тут же поймана за затылок и впечатана плотнее в мужское тело. А поцелуй и вовсе больше не имеет никакого отношения к пробам мороженого. Разве что сохраняет ванильный привкус.

Где-то на задворках кто-то свистит, кто-то ругается, а ещё вибрирует. Не сразу я понимаю, что последнее – это мой телефон. Лишь когда он замирает, а после снова принимается сотрясать мою сумочку, я выныриваю из своих грешных желаний.

– Кто-то звонит, – вынужденно разрываю наш с Громом поцелуй.

Он тоже вздыхает, и пусть неохотно, но отпускает, позволяя ответить на вызов. Оказывается, это Александр – лучший друг моего сына.

– Да, Саш? Что у вас опять случилось?

А то, что случилось, это неоспоримый факт. Иначе бы не звонил. Или бы позвонил сам Тимур.

– Тёть Лид, у нас проблема. Серьёзная, – заявляет Саша хмурым тоном.

– Например?

Вот тут он мнётся, чем в самом деле напрягает. Обычно этот парень говорит, что думает, через раз фильтруя свою речь. А тут вдруг не сразу находится со словами.

– Мы с Тимуром тут слегка выпили… – тянет неуверенно.

– И? – подталкиваю его к продолжению.

– Немного побуянили…

Час от часу не легче.

– Насколько немного? – уточняю совсем мрачно.

– Настолько, что мы с ним теперь в участке сидим, – наконец, признаётся парень.

– Вы что делаете? – переспрашиваю в неприкрытом шоке.

– Тёть Лид, тут ситуация такая, не для телефонного разговора, – не спешит что-то пояснять Саша, замолкает ненадолго и продолжает уже тише: – Ну вы это… вытащите же нас, да?

Будто у меня есть выбор.

– В каком именно вы участке? – спрашиваю, тоже вздыхая.

Саша называет адрес и вешает трубку, а я ещё с минуту смотрю на телефон, после чего не выдерживаю.

– Нет, ну ты это слышал? – одариваю Грома возмущённым взглядом.

А я-то уже думала, что за двадцать с лишним лет ко всем их выходкам привыкла. Оказывается, нет…

– А разве это не его отец-юрист подсобил тебе с адвокатом, который помогает тебе с разделом имущества? – хмурится в свою очередь Андрей.

– Он самый, – ворчу, убирая телефон обратно в сумочку.

– Что, нагоняй не хочет получить, поэтому тебе позвонил, а не родному отцу, да? – усмехается следом Гром.

– Там такой папа, что одним нагоняем эти двое не отделаются, – вздыхаю, потирая лоб пальцами. – И как только умудрились?

– Ладно, не переживай тоже, разберёмся, – приобнимает он меня за плечи и утягивает за собой в сторону машины.

Конечно, разберёмся. Как иначе-то? Но сперва я всё равно им подзатыльников отвешу. Чтобы больше не устраивали ничего подобного. Балбесы великовозрастные! Что вообще оба такого натворили, что их аж полиция забрала?

Нет, я им не подзатыльники отвешу, а ремнём отхлестаю по заднице. Чтобы в будущем больше не думали творить такую дичь.

Поездка до нужного участка проходит в волнении. Никак не удаётся сидеть на месте ровно. Успокаивает только то, что сидящий рядом Гром совершенно невозмутим. Пока мы едем, делает несколько звонков каким-то своим знакомым, договариваясь об отпущении грехов моему сыну и его другу без занесения в дело.

По итогу нам даже идти никуда не приходится. Ребят полицейские сами выводят, стоит только назвать фамилии.

– М-да, – тяну с очередным вздохом.

Оба помятые, с опухшими лицами, на которых ярко выделяются отголоски былой драки.

– Что случилось?

Правда как спрашиваю, так и замолкаю под тяжёлым взглядом сына. Он ничего не говорит, просто проходит мимо, направляясь к выходу.

– Саш? – уточняю уже тише.

Тот вздыхает, но сознаётся.

– Он заставил Дину сдать анализ ДНК. Ребёнок его. А Дина больше не желает его видеть. Сказала, что ей не нужен такой муж, который ей настолько не доверяет, а её ребёнку – отец, который не уверен в том, что он его. И вообще не желает иметь дела с тем, чей отец её чуть не изнасиловал, а вместо поддержки она получила одни обвинения и упрёки.

Я как вздыхаю, так и не выдыхаю. Оборачиваюсь к выходу, но что-то сделать не успеваю.

– Вы лучше пока его не трогайте, тёть Лид. Я с ним побуду. Увезу сейчас его за город на дачу, где точно уже никуда не вляпаемся. Всё будет хорошо. Спасибо вам, что помогли.

Он сжимает моё плечо и уходит, а я остаюсь на месте беспомощно смотреть им вслед.

– Как же так? – шепчу, чувствуя, как на глаза слёзы наворачиваются.

Гром молчит, только обнимает, крепко прижимая к себе.

– Тимур не дурак, решит всё, не волнуйся, – целует успокаивающе в макушку.

Не дурак, конечно, но я всё равно переживаю. За что моему мальчику такие испытания? Он ведь такой хороший. Конечно, с недостатками, но у кого их нет? Такого он точно не заслуживает.

– Как же так? – продолжаю причитать растерянно.

Хочется побежать за Тимуром, обнять его, пусть себе кричит на меня за это, зато не молчит, не копит в себе. Пусть винит меня во всём, лишь бы