Форточница - Натали Лавру

– Откуда же мне взять эти пять лет… – тяжко вздохнула я.

***

Моя неуёмная натура умеет найти приключений на многострадальную филейку.

В начале урока по алгебре учительница не смогла найти наш классный журнал и отправила меня на поиски.

Искомую вещь я нашла в кабинете физики, где у нас был урок до этого. Обратно мне бежать не хотелось, поэтому я неторопливо шла вдоль стендов с объявлениями и стенгазетами, по пути читая то, на что не обращала внимания во время переменок.

Вдруг на глаза мне попалось объявление о наборе в юношеский хор «Пение», где у последней буквы белилами замазана чёрточка в середине. Это ж какое непотребство! Дети же ходят!

По счастливой случайности моя новомодная замазка в форме ручки с металлическим наконечником оказалась в кармане брюк. И я решила этим самым наконечником соскрести белила с бедной испохабленной буквы «е». Если не надавливать на тюбик, замазка не выльется, а чужую, засохшую, можно будет убрать.

Только я приступила к кропотливой работе, как откуда ни возьмись вырулила завуч.

В школе меня ещё с прошлого года знали как личность неблагонадёжную и склонную к нарушению общественного порядка. И вот опять я без вины виноватая.

– Наталия Пестова! – она отняла у меня замазку, сняла со стенда лист с непотребным словом и скомандовала. – Со мной к директору сейчас же!

Меня отчитали, как безнадёжную хулиганку, угрожая мне преступным будущим и тюрьмой.

Вот так: не делай добра – не получишь зла.

В мою правдивую версию случившегося никто, разумеется, не поверил. Да и как поверить, когда я пыталась стереть белила теми же самыми белилами? Абсурд!

Пока меня пытались пристыдить, я смотрела на пошлое слово, большими жирными буквами напечатанное на листе, и мне вдруг стало смешно. Моё воображение нарисовало эпичную картину того, как участники хора с таким необычным названием с упоением воспевают этот самый символ и молятся на него. На их просветлённых лицах отражается благоговение…

Я изо всех сил давила приступы хохота, но в какой-то момент не выдержала и прыснула.

– Тебе ещё смешно? Нахалка! Я вынуждена донести о случившемся твоему классному руководителю и попечителю, – пригрозила она.

– Простите, я не хотела, – не очень убедительно оправдалась я, но до конца спрятать улыбку так и не смогла.

Директриса указала мне пальцем на выход.

Конфискованную замазку мне так и не вернули.

***

Вечером за ужином Костя был какой-то особенно нервозный и недовольный.

– Чего, доложили тебе, да? – спросила я.

Тут как пить дать – рассказали ему про хор «Пение».

– Скажи, Наташа, чего тебе не хватает? – зашёл он издалека. – Почему тебя вечно тянет на всякие некрасивые шалости?

– Так это не я переправила букву «е» на букву «с». Я, наоборот, хотела исправить обратно, за этим меня и застукали.

– Ага, с замазкой в руке, – не поверил Костя.

– Я соскребала чужие белила железным наконечником, – пояснила для непонятливых. – Между прочим, я даже вслух такие слова не говорю. И не стала бы писать их на стенде, который читают дети! Что я, дурочка, что ли?

– Допустим, – всё ещё не проникся мой попечитель. – А зачем ты нахамила директору?

– Я хамила? Да просто передо мной выложили лист с этим непотребством, а я представила, что это настоящее эпатажное название юношеского хора, и они его воспевают… – призналась я.

– Наташа! – оборвал меня Костя.

– А что Наташа? – тоже повысила голос я. – Подумаешь, посмеялась чуть-чуть! Давай ещё в угол поставь меня за это!

– Ты как со мной разговариваешь!? – уже не на шутку вспылил он.

– Как заслужил, так и разговариваю! – я встала из-за стола, готовая в любой момент убежать. – Я говорю тебе правду, а ты мне не веришь!

– Ты понимаешь, как портишь мне репутацию своими выходками? Потом в глаза мне врёшь, что ты не при чём. И так каждый раз! – он совершенно перестал быть похожим на Костю, которого я знала. – Мне надоело! Я обеспечиваю тебя всем! Почему ты такая неблагодарная? Чего тебе ещё не хватает?

– Всё, на хрен! – не выдержала я и швырнула о стену свою кружку с недопитым чаем. – Не нужен мне такой опекун!

Кружка тяжело грохнула о дверцу кухонного шкафа, разбилась и забрызгала чаем всю столешницу и мойку.

Я убежала в комнату собирать вещи, пока полна решимости и мой влюблённый девичий разум не включил сопли.

Вот ведь… вляпалась! И всё из-за какой-то буквы, будь она неладна.

В сумку полетели только самые используемые вещи, но и тех было столько, что хоть газель с грузчиками заказывай.

Сзади на меня налетел злой рычащий Костя, швырнул сумку с вещами в дальний угол комнаты и силой толкнул меня на кровать. Мне даже показалось, что он сейчас схватит меня за шею и придушит, но нет, обошлось.

– Я не разрешал тебе уходить! – гневался Костя.

Злость была ему не к лицу. На лбу и под глазами пролегли глубокие морщины, и это состарило его лет на десять. И жутковато к тому же. Это называется: бойся гнева терпеливого человека.

– Мне не нужно твоё разрешение! – я смотрела на него, как дикая собачонка на собаколова.

Вдруг у меня в голове что-то щёлкнуло, и я бесстрашно скользнула к своей сумке. Однако меня тут же снова схватили за плечи. Больно.

– Ай! Убери от меня руки! – заверещала я, извернулась и влепила ему пощёчину.

Костя бросил меня на кровать, отступил на шаг назад, ладонь прижал к ударенной щеке, а другую руку выставил вперёд и хрипло выдал:

– Сядь! Сядь! Сядь! – воззвал он ко мне. Пыхтел так, будто только что пробежал марафон без физподготовки. – Пять минут, – и скрылся за дверью.

В ванной послышался плеск воды, вздохи и рычание.

Довела мужика. Хотя… Я-то тут причём? Он уже был какой-то сам не свой. Смотрел на меня, как на свою самую большую в жизни ошибку.

В общем, тикать надо.

Я на цыпочках пробралась к сумке, скидала в неё выпавшие в полёте вещи и застегнула. На первое время этого должно хватить.

Когда в сторону моей комнаты послышались Костины шаги, я юркнула обратно на кровать, будто тут и была.

– Прости, я погорячился, – скорбным голосом сказал Костя. – Сегодня у меня был отвратительный день. А тут ещё этот звонок из школы…

– У тебя-то что случилось? – поинтересовалась я.

– Запустили проверку по детским домам области. В одном из учреждений выявлены серьёзные нарушения. Сегодня ездил туда, разговаривал с директором. Общий язык мы не нашли, всё вылилось в конфликт, – он прошёл в комнату и сел рядом со мной. – Обычно